В моих лёгких выросли цве[ты] | kyousuke

Илья не пошёл гулять. Сказал, что устал от людей, что Катя его за день переговорила, что хочет просто побыть в тишине. Катя, услышав это, слегка обиделась, но спорить не стала. Компания собралась быстро: Макс, Никола, Катя, Дарья и Рене. Дарья взяла камеру, сказала, что снимет город для бэкстейджа. Рене предложил пойти в крепость. Катя согласилась. Макс кивнул, хотя мысли его были явно не с ними.
Илья подождал, пока их шаги стихнут за дверью, и поднялся на второй этаж. Постучал в комнату Виолетты.

- Открыто, - раздалось изнутри тихо, почти безжизненно.

Он зашёл, закрыл за собой дверь. Виолетта сидела на кровати, обхватив колени руками, смотрела в стену. На ней была та же белая футболка, волосы собраны в пучок, но несколько прядей выбились и лезли в лицо. В комнате пахло её шампунем - чем-то цветочным, нежным, что контрастировало с тем, как она сейчас выглядела: уставшая, сжатая, как пружина.

- Чего не ушёл? - спросила она, даже не повернув головы.

- Устал от людей. Решил побыть с тобой.

- Я тоже устала от людей.

- Знаю.

Он сел на край кровати, оставив между ними небольшую дистанцию - не вторгался, но был рядом. В комнате было тихо, только ветер за окном шевелил голые ветки.

- Слушай, - начал Илья, помедлив. - А что ты думаешь о нашей новой девочке в коллективе?

Виолетта повернула голову, посмотрела на него с лёгким удивлением.

- О Даше? - переспросила она.

- Ага. О ней.

- Нормальная, возможно, чуть нагловатая. Почему ты спрашиваешь?

Илья пожал плечами, но взгляд его стал серьёзнее.

- Не знаю. Показалась она мне какой-то... своеобразной. Чересчур дружелюбной, что ли. Даже для меня. Я люблю, когда люди открытые, но тут будто она играет.

- Играет? - Виолетта подняла бровь.

- Ну, типа. Слишком много улыбок, слишком много вопросов. И взгляд такой... оценивающий. Как будто она всех сканирует.

Виолетта усмехнулась - невесело, с горечью.

- Оценивающий, говоришь.

- А что? - Илья прищурился, подался вперёд. - Она тебе что-то сказала?

Виолетта ответила не сразу. Сжала пальцы, потом разжала. Посмотрела в окно, где серое небо висело низко, как потолок в тесной комнате.

- Сказала, - выдохнула она. - Сегодня на третьем этаже. Она спросила меня про Макса.

- И что?

- А потом сказала, что интересно, как молодая звезда выбрал себе в пару простую ассистентку.

- Чего? - Илья выпрямился, глаза округлились.

- Не модель, не тиктокершу, - продолжала Виолетта, и её голос начал дрожать, но не от слёз - от злости. - Обычную девчушку.

- Вот сука, - выдохнул Илья.

- И спросила это с такой ухмылкой, знаешь? Как будто я тут случайно оказалась, на птичьих правах.

- А ты что?

- А что я? Сказала, что, видимо, ему нравится, как я составляю расписания.

Илья хлопнул себя по колену.

- Жёстко. Но мало.

- Ну не въебать же мне ей с нулевой. Она приехала работать, снимать.

- Она приехала работать, но лезет не в своё дело.

Илья помолчал, потом наклонился ближе, понизив голос.

- А она сегодня на тренировке, между прочим, к Максу подходила. Сказала, что у него руки красивые, и попросила крупный план. И ещё пару раз якобы случайно касалась его плеча. Я видел.

Виолетта замерла. Краска отлила от лица, потом прилила снова - щёки стали красными, кулаки сжались до белых костяшек.

- Что? - прошептала она.

- Ну, типа, снимала его пальцы на клавиатуре, потом ляпнула это. И ещё пару раз прикасалась. Я сам видел.

- Она трогала его?

- Касалась, но он не реагировал. Вообще. Как каменный. Даже не повернулся.

- Каменный? - Виолетта вскочила, заметалась по комнате. - Она его трогает, а он молчит?!

- А что ему делать? Послать её нахуй при всех? Это было бы странно.

- Ей плевать, что странно! - Виолетта говорила быстро, голос срывался. - Она лезет, она нарывается, она меня назвала простой ассистенткой, а сама к нему с ручками лезет!

- Виолетта, успокойся, - Илья поднялся, пошёл за ней, положил руки на плечи. - Ты же сама говорила, что она нагловатая и всё. Максу похуй.

- А мне не похуй!

- Я вижу.

Она выдохнула, замерла, потом уткнулась лбом в его плечо.

- Илья, она меня бесит. Бесит, что она улыбается, когда говорит гадости. Бесит, что Макс не замечает.

- Он не замечает, потому что ему плевать. А если заметит - пошлёт. Ты же знаешь его характер.

- Знаю.

- Тогда не кипятись. Она просто подсасывается.

Виолетта подняла голову, посмотрела на него.

- Ты прав.

- Я всегда прав.

- Не умничай.

Он приобнял её одной рукой, по-дружески, тепло, с лёгкой улыбкой.

- Всё будет в порядке. Она... она просто временное явление. Как насморк.

- Насморк?

- Ну да. Подуешь - пройдёт.

Виолетта усмехнулась - первый раз за сегодня.

- Ты дурачела, Илюш.

Она села обратно на кровать, обхватила колени.

- Спасибо.

- Не за что. - Он направился к двери, но на пороге обернулся. - Хочешь, я принесу чаю? Или чего покрепче?

- Чай. Зелёный.

- С лимоном?

- С лимоном.

Он кивнул и вышел.

Она осталась одна. Подошла к окну, посмотрела на серое небо. Вдалеке, у калитки, мелькнули фигуры - Макс, Катя, Никола, Рене и Даша. Она шла рядом с Максом, что-то говорила, жестикулировала. Он смотрел прямо перед собой. Даже не поворачивал головы.

Виолетта выдохнула.

- Пусть идёт, - прошептала она. - Мне плевать.

Но внутри что-то всё равно кольнуло. Она отошла от окна.

***

Они вышли из дома, когда солнце уже клонилось к закату, но было ещё светло. Плюс шесть, сухо, ветер почти стих. Дарья шла впереди с камерой, снимала широкий план - дом, деревья, серое небо. Катя рядом, засунув руки в карманы куртки.

- Красиво здесь, - сказала Даша, опуская камеру.

- Ага, - ответила Катя. - Только пусто как-то. Зима.

- Я люблю зиму. Воздух свежий, людей мало. Можно снимать без суеты.

- Ты прям фанат своего дела.

- А кто не фанат? - Дарья улыбнулась. - Ты же любишь свою работу?

- Люблю. Но не до такой степени.

- Это привычка. Уже не могу без неё.

Они пошли дальше. Макс шёл чуть позади, в наушниках, но музыку не включил - просто так, чтобы не разговаривать. Никола и Рене отделились на несколько шагов, обсуждали первую карту в финале мажора.

- Ты должен был зайти слева, - говорил Никола.

- Я зашёл справа, и меня убили.

- Потому что ты зашёл справа.

- А если бы я зашёл слева, меня бы убили там.

- Но мы бы не потеряли раунд.

- Спорим?

- На что?

- На желание.

- Принимаю.

Рене хмыкнул, Никола улыбнулся.

Дарья сняла их - спины, жесты, тени на асфальте.

- Они всегда такие? - спросила она у Кати.

- Кто? Никола и Рене? Да, они постоянно спорят. Но по делу.

- А Макс всегда молчит?

- Макс - это Макс. Если не хочет говорить - не говорит.

- А если хочет?

- Тогда говорит. Но редко.

Катя засмеялась. Даша тоже.
Они свернули в парк. Деревья стояли голые, аллеи пустые, только редкие прохожие с собаками. Дарья снимала - то ветку, то скамейку, то крупно чьи-то шаги. Макс шёл по краю, глядя под ноги. Дарья приблизилась к нему, чуть касаясь плечом.

- Ты не устал? - спросила она.

- Нормально.

- Мы недолго. Просто подышим.

- Угу.

Он не замедлил шаг. Она отстала, вернулась к Кате.

- Слушай, - сказала Дарья, понижая голос. - А они с Виолеттой вместе?

- Ну.. - Катя помедлила. - Вроде как.

Катя не заметила подвоха.

- А давно?

- Не очень. С мажора.

- А как познакомились? Она же ассистент.

- Ну, да. Она его ассистент. Они много времени вместе проводили на турнирах, ну и... - Катя пожала плечами. - Срослось.

- И никто не против? Команда, Дэнни?

- Да всем пофиг. Главное, чтобы игра не страдала.

- А не страдает?

- Наоборот. Он спокойнее стал.

Дарья кивнула, снимая дорожку впереди.

- А она вообще какая? Я только мельком видела.

- Виолетта? - Катя улыбнулась. - Ну... она жёсткая снаружи, но внутри мягкая. Не лезет в душу, но если надо - поможет. Работоспособная.

- И Макс её слушается?

- Он её слушается? - Катя рассмеялась. - Скорее, она его слушается. Но они договариваются. Это не про власть, а про уважение.

- Понятно, - протянула Дарья.

Она отошла, сняла крупный план Кати - её улыбку, волосы, развевающиеся на ветру.

- Ты красивая, - сказала Дарья, опуская камеру.

- Спасибо, - Катя смутилась. - Ты тоже ничего.

- Я знаю.

Они засмеялись.

Они обошли парк, вышли к набережной. Вода была серой, спокойной. Никола и Рене остановились у перил, смотрели вдаль. Катя и Дарья сели на скамейку. Макс стоял чуть поодаль, глядя на реку.

- А он всегда такой отстранённый? - спросила Дарья.

- Когда думает о чём-то - да, - ответила Катя.

- О чём он может думать?

- Не знаю. Об игре, о Виолетте. О будущем.

- Он что, серьёзный парень?

- Он серьёзный, когда надо. Но иногда расслабляется.

- С Виолеттой?

- С ней - да. При ней он другой.

- Интересно.

- А что?

Дарья промолчала, опустила камеру.

Они посидели ещё, потом пошли обратно.
Вернулись, когда уже стемнело. Илья и Виолетта сидели в гостиной перед телевизором, с геймпадами в руках. На экране - Mortal Kombat. Илья играл за Скорпиона, Виолетта за Джейд.

- Умри! - заорал Илья, нажимая комбинацию.

- Сам умри, - ответила Виолетта, блокируя удар.

Илья промахнулся, Виолетта нанесла серию ударов, экран вспыхнул надписью «FINISH HIM».

- Да ты издеваешься! - Илья откинул джойстик.

- Я только начинаю, - усмехнулась Виолетта.

- Ты читерила.

- В мортал комбат нет читов.

- Ты просто нажимала на все кнопки подряд.

- И победила.

Илья схватил джойстик, выбрал другого бойца.

- Давай реванш.

- Давай.

Вошли ребята. Катя сразу села рядом с Ильёй, чмокнула его в щёку.

- Кто выигрывает?

- Она, - буркнул Илья.

- Позор, - сказал Дэнни, проходя мимо. - Отличный, лучший снайпер, но бездарный боец в мортал комбат..

- Я не бездарный. Она играет не по правилам.

- Тут нет читов, - повторила Виолетта.

- Слышал? - Дэнни похлопал Илью по плечу. - Прими поражение.

Илья вздохнул, но улыбнулся.

Макс подошёл к Виолетте, обнял со спины. Она чуть напряглась, но не отстранилась.

- У тебя ахуеть какое серьёзное лицо. - Он понежился у её шеи. - Мне нравится. Ты особенно красивая, когда сосредоточенная. - прошептал он ей на ухо.

Она покраснела, сбилась. Илья нажал атаку, выиграл раунд.

- О! Есть! - заорал он.

- Нечестно, - сказала Виолетта.

- Самая честная победа в моей жизни, - Илья пожал руку Максу. - Спасибо за поддержку.

- Не за что, - ответил Макс, усмехаясь.

Все засмеялись. Даша снимала - их лица, объятия, геймпады в руках, Илью, который подпрыгивал на диване.

- Это будет лучший кадр, - сказала она.

- Только не выкладывай, как я проигрываю, - попросила Виолетта.

- Не выложу. Только для внутреннего пользования.

Виолетта кивнула, расслабляясь.

Макс сел рядом, взял её за руку под одеялом. Она сжала его пальцы.

- Я скучал, - сказал он тихо. - Надеюсь, ты больше не напряжена?

Она улыбнулась, отрицательно помахала головой, прижалась к нему.

Илья и Катя спорили о том, кто следующий играет. Финн предложил сыграть в команде. Никола и Рене сели на диван. Даша выключила камеру, села в кресло.

Атмосфера была тёплой, почти домашней.

- Так, - сказал Илья. - Следующий раунд я выигрываю.

- Посмотрим, - ответила Виолетта.

- Я серьёзно.

- И я серьёзно.

***

Дарья отложила камеру на журнальный столик - стекло звякнуло, отразив блик от торшера. Она потянулась, чуть выгнув спину, провела ладонями по лицу, будто снимая усталость.

- Ребята, - сказала она, окидывая взглядом комнату. - Кто со мной на перекур? Воздух свежий, погода шепчет.

Илья, сидевший на ковре перед телевизором с джойстиком в руках, даже не повернул головы.

- Я пас. Мы тут заняты важным делом - набиваю себе рейтинг.

Катя, устроившаяся на диване с ногами, хмыкнула:

- У тебя рейтинг уже минус бесконечность.

Финн, листавший телефон в кресле у камина, покачал головой. «Не курю», - бросил он, даже не поднимая глаз. Никола и Рене, сидевшие на пуфиках в углу, переглянулись. Никола дёрнул плечом: «Я тоже пас». Рене просто махнул рукой - мол, без меня.

Катя потянулась, взяла кружку с чаем, отхлебнула.

- Иди, если хочешь, но я остаюсь.

Даша перевела взгляд на Макса.

Он сидел на диване рядом с Виолеттой, чуть откинувшись назад, одна рука лежала на подлокотнике, другая - на её колене. На нём была чёрная футболка с длинным рукавом, мягкая, немного мешковатая в груди, и тёмно-серые домашние штаны из трикотажа, сужающиеся к щиколоткам. Волосы сухие, чуть взлохмаченные - он провёл по ним рукой несколько минут назад, откидывая чёлку, и они так и остались лежать небрежно.

- Я пойду, - сказал он.

Он убрал руку с колена Виолетты, поднялся. Движение было плавным, без спешки. Он даже не посмотрел на Дарью - просто встал и потянулся, хрустнув спиной.

Виолетта подняла голову.

Она сидела на диване, скрестив ноги. Внутри неё что-то кольнуло - не острая боль, а тупая, глухая вибрация, как от удара в грудь. Она не показала виду. Только пальцы на джойстике сжались чуть сильнее - костяшки побелели, большой палец замер над кнопкой атаки.

- Я быстро, - сказал Макс, встретившись с ней взглядом.

Его глаза были спокойными, даже чуть сонными. Ни тени скрытого смысла, ни намёка на флирт. Просто «я выйду на минуту».

- Делай, - ответила она ровно. Голос прозвучал буднично, почти безразлично. Она даже чуть пожала плечом, как будто отгоняла муху.

Дарья уже поднялась, взяла с тумбочки пачку сигарет и серебристую зажигалку. На ней были те же джинсы, что днём - синие, прямые, слегка потёртые на бёдрах, - и лёгкая чёрная ветровка на молнии, расстёгнутая. Волосы собраны в высокий хвост, который качнулся, когда она повернулась к двери.

- Идём, - бросила она Максу, не оборачиваясь.

Они вышли. Дверь закрылась мягко - резиновый упор на косяке погасил звук.

В гостиной стало чуть тише. Катя что-то сказала Илье, но Виолетта не слушала. Она смотрела в окно - туда, где за стеклом уже сгущалась темнота, и в стекле отражалась комната: диван, торшер, она сама с джойстиком в руках. А за стеклом, в саду, мелькнули два силуэта - один высокий, в тёмном, другой чуть ниже, в чёрной ветровке. Они шли к скамейке у забора.

Виолетта проводила их взглядом. Губы её были сжаты, но не в злости - в сосредоточенности. Она словно читала что-то невидимое на их спинах.

Илья перехватил её взгляд.

Он сидел на ковре, положив джойстик на колени, и смотрел на неё снизу вверх. Его лицо было расслабленным, даже чуть насмешливым. Он не сказал ни слова. Просто посмотрел - спокойно, чуть прищурившись, и чуть заметно покачал головой. Один раз. «Не надо». Потом его бровь чуть приподнялась, уголок губ дёрнулся в лёгкой полуулыбке - такой быстрой, что Катя, сидевшая рядом, не заметила.

Виолетта выдохнула. Медленно, глубоко, как перед прыжком в воду. Плечи её чуть опустились, пальцы разжались на джойстике.

- Так. - сказала она, собираясь с мыслями.

- Продолжим? - мягко спросил он, не глядя на игру.

- Да, пожалуй.

Она не улыбнулась. Но напряжение в шее отпустило.

***

Скамейка стояла у забора, в двух шагах от крыльца. Деревянная, с немного облупившейся краской. Даша села первой, положив ногу на ногу. Макс остался стоять, прислонившись плечом к столбу, на котором висел фонарь. Фонарь не горел - или перегорел, или его включали только вечером, когда совсем стемнеет.

- Ты не хочешь сесть? - спросила Дарья, доставая сигарету.

- Постою.

- Боишься испачкать штаны?

- Там краска облезает.

- А, - она усмехнулась. - Тогда стой.

Она прикурила. Огонёк зажигалки выхватил её лицо на секунду - ровный нос, чуть приподнятые брови, губы, сложенные в трубочку для первой затяжки. Дым потянулся вверх, растворился в сумерках.
Макс засунул руки в карманы штанов. Плечи его были слегка напряжены - от прохлады или от того, что он ждал каких-то вопросов. Дарья протянула ему пачку.

- Держи.

Он взял одну, прикурил от её зажигалки - пламя прыгнуло, чуть не опалив пальцы. Затянулся. Горло обожгло - он почти не курил в последнее время, только иногда, когда надо было перебить мысли или просто занять руки.

- Хороший дом, - сказала Дарья, оглядываясь. - Уютный.

- Ага.

- Ты здесь впервые?

- Нет.

- И как тебе Сербия?

- Нормально.

Она выдержала паузу, выпустила дым через нос. Потом повернулась к нему, положив локоть на спинку скамейки.

- Ты всегда такой немногословный?

- Обычно.

- Даже с Виолеттой?

Он глянул на неё. Быстро, но прямо. В его взгляде не было удивления - скорее, лёгкое раздражение от того, что кто-то лезет в личное.

- Тебе-то что? - сказал он.

- Интересно. Ты, кажется, близок с ней. - Дарья не отвела взгляд. - Я просто спросила. Без подтекста.

Он не ответил. Затянулся ещё раз.

Она стряхнула пепел, провела пальцами по ветровке - поправила воротник. На её лице не было той лёгкой улыбки, которая была днём. Сейчас она смотрела серьёзно, изучающе.

- Слушай, - сказала она. - А ты не хотел бы, чтобы я тебя снимала отдельно? Не для бэкстейджа, а для личного портфолио. Мне нужны кадры с характером.

- Для чего?

- Для работы. Чтобы показать, что я могу снимать не только общие планы.

- Спроси у Дэнни.

- Я спросила. Он сказал: «Если ребята не против».

- Я не против.

- Но не при всех.

Он задержал взгляд на её лице. Она не отвела.

- Почему? - спросил он.

- Потому что при всех ты ведёшь себя как-то... закрыто. А мне нужна естественность. Когда ты не думаешь о том, что кто-то смотрит.

- Я естественный и так.

- Спорим?

- Не вижу смысла.

Она засмеялась - коротко, без напряжения, и бросила окурок в жестяную банку, которую кто-то поставил у скамейки.

- А Виолетта, - сказала она, глядя на свои руки, - она всегда с такой миной серьёзной ходит?

- Не знаю. Не замечал, не спрашивал.

- Может, она ревнует тебя? - Она противно улыбнулась.

- Не знаю.

- А ты бы хотел, чтобы ревновала?

Он помолчал. Докурил, затушил сигарету о край подставки для цветов.

- Мне всё равно, - сказал он.

- Она так напряжена сейчас. Всё контролирует, всё бдит.

- Она ответственная, - сказал Макс, не вдаваясь.

- Это заметно. - Дарья стряхнула пепел. - Я смотрю на неё и думаю: как ты с ней справляешься? Не устаёшь от постоянной серьёзности? Она же даже когда играет, смотрит как на экзамене.

- Она просто сосредоточена.

- Да, конечно. Просто я бы, наверное, не выдержала. Слишком много правил, слишком много контроля. Ты не чувствуешь себя... ну, как под колпаком?

- Нет, - ответил он. - Я свободен.

- Правда? - Дарья повернулась к нему, чуть прищурилась. - А мне показалось, она следит за каждым твоим шагом. Даже сейчас, когда ты вышел на минуту - уверен, она уже посмотрела в окно. Иногда ответственность превращается в... как бы это сказать... в желание контролировать всё вокруг. Особенно того, кто рядом. - Она затянулась, посмотрела на огонёк сигареты. - Ты не думал, что ей было бы полезно иногда расслабиться? Отпустить тебя, перестать вечно переживать? А то выглядит так, будто она боится, что ты исчезнешь, если она отвернётся.

- Она не боится, - сказал Макс, но голос прозвучал глуше, чем хотелось.

- Уверен? - Дарья улыбнулась - не зло, а скорее с лёгким сожалением, как будто она видела то, чего не видел он. - Ладно, не буду лезть. Это ваше дело.

Она докурила, потушила сигарету.

- Ты знаешь, я не хочу ничего плохого сказать. Просто наблюдаю. Она явно талантливый ассистент, но иногда кажется, что она слишком... накручена. Ты не замечал, как она сжимается, когда кто-то к тебе подходит? - Она подошла к нему, погладила по плечу. - Как будто боится, что ты ускользнёшь. А если человек боится потерять - значит, не до конца уверена.

- Это ты сейчас о чём? - Макс повернулся к ней. В его глазах мелькнуло непонимание, смешанное с раздражением.

- Просто мысли вслух. - Дарья пожала плечом. - Извини, если что не так. Мне просто показалось, что у вас... ну, дисбаланс. Ты спокойный, она - вся на нервах. Неужели тебя это никогда не напрягало?

- Нет, - отрезал Макс. - Не напрягало.

- Ну и хорошо, - легко сказала Дарья. - Значит, вы подходите друг другу.

Она встала, поправила ветровку.

- Пойдём. А то простудишься, а я буду виновата.

Макс не ответил. Он кинул окурок в банку, сунул руки в карманы и направился к дому. Спина его была прямой, но в плечах чувствовалось напряжение.

Дарья шла чуть позади, не торопясь. На её лице не было торжества - только лёгкое, почти незаметное удовлетворение.

Макс вошёл, сел рядом с Виолеттой. Она не подняла головы, но её пальцы на джойстике чуть дрогнули.

- Проигрываешь? - спросил он, положив руку ей на колено.

- Нет, - ответила она. - Я выигрываю.

Илья что-то сказал, Катя засмеялась. Дарья прошла к своему креслу, включила камеру, сняла общий план.

Виолетта чувствовала его руку. Тёплую, знакомую. Но внутри засела маленькая, острая заноза - от того, как он ответил на её взгляд, когда вернулся. Был ли он раздражён? Устал? Или просто задумался о чём-то, чего она не знала?
Она не спросила. Только придвинулась ближе.

- Илья, ты даёшь слабину? - Макс усмехнулся.

- Она на лаки побеждает. - вздохнул Илья.

- Ты просто медленный.

- Как черепаха. - Подметил Финн.

Катя засмеялась. Илья закатил глаза, откинувшись на спинку дивана.

Дарья села в кресло, включила камеру - сняла общий план. Все смеялись, спорили, обсуждали игру.

Виолетта чувствовала его руку на своём колене - тёплую, чуть шершавую. Она почти успокоилась.

- Разъебёшь, снова. - сказал он тихо, наклоняясь к её уху.

- Знаю, - ответила она.

И улыбнулась - краем губ, одними уголками.

Он заметил. И улыбнулся в ответ.

***

Игра выдохлась. Илья отложил джойстик, потянулся, хрустнув спиной. Катя зевнула, привалившись к его плечу, и он чмокнул её в макушку. Дарья выключила камеру, положила на стол, провела ладонью по лицу - усталость, наконец, дала о себе знать. Никола и Рене уже ушли наверх, Финн и Дэнни пропали на третьем этаже ещё полчаса назад.

- Я спать, - сказал Илья, поднимаясь. - Завтра рано вставать.

- Всегда рано вставать. - Она чмокнула его в щёку, и он ушел. Илья напевал что-то себе под нос, Катя поправляла сползший свитер. Его шаги затихли на лестнице.

Дарья проводила взглядом, потом перевела глаза на Катю.

- Слушай, - сказала она, - а ты не хочешь на третий этаж? Там пинг-понг стоит.

- О, - Катя оживилась, отлипая от дивана. - Давно не играла. А ты умеешь?

- Держу ракетку правильно. Остальное - как получится.

Она улыбнулась - мягко, без привычной насмешки. Катя встала, потянулась, хрустнув шеей.

- Пошли.

Они засмеялись и вышли. Дарья взяла камеру - на всякий случай, хотя включать не собиралась.

В гостиной остались Виолетта, Макс, недавно спустившийся Владислав. Виолетта потянулась, собираясь идти. Макс уже взял её за руку - пальцы сплелись, тёплые, привычные.

- Виолетта, - окликнул Владислав. - Можно тебя на минуту?

Она подняла голову.

- Да, слушаю.

- У меня вопрос по расписанию. Нам нужно вставить сессию разбора полётов. Я посмотрел твой план - есть ли окно в среду после обеда? Или в четверг утром?

Он подошёл к ней, остановился рядом. Не близко - сантиметров пятьдесят, нормальная дистанция для разговора. Но его корпус был чуть наклонён к ней, чтобы видеть экран телефона. Она достала телефон, открыла расписание, повернула экран в его сторону.

- Смотри, - начала она. - В среду у нас выходной. Но если вы хотите, можем в четверг сразу после тренировки. Или в пятницу вечером, после ужина.

Владислав наклонился, глядя в экран. Его плечо почти касалось её плеча - не нарочно, просто так вышло. Он ткнул пальцем в дату, не касаясь стекла.

- А если вот здесь? В четверг, перед вечерней тренировкой?

- Там уже стоит теоретическая с Дэнни, - ответила Виолетта, чуть наклонив телефон, чтобы ему было удобнее. - Но можно сдвинуть на час позже, тогда разбор влезет.

- Отлично. Ты можешь это исправить?

- Конечно.

Она начала печатать, пальцы быстро бегали по экрану. Владислав стоял рядом, смотрел. Его лицо было спокойным, деловым - никаких лишних эмоций.

Макс остался сидеть на диване.

Он не двигался. Его рука, только что лежавшая на её колене, теперь сжимала подлокотник. Пальцы чуть побелели, но он тут же расслабил их, не позволяя себе показывать то, что чувствовал. Его взгляд скользнул по фигуре Владислава - высокий, худой, очки в тонкой оправе, немного мешковатый лонгслив. Ничего особенного. Но он стоял слишком близко. И она не отодвигалась.

Макс сжал челюсть - не сильно, просто чтобы почувствовать напряжение и тут же его отпустить. Он не ревновал. Он просто не любил, когда кто-то вторгался в её личное пространство. Даже если это было рабочее обсуждение. Даже если она сама не замечала.

Он перевёл взгляд на её профиль - она была сосредоточена, губы чуть приоткрыты, брови сдвинуты. Владислав что-то сказал про оптимальное время, она кивнула, поправила.

- Готово, - сказала Виолетта, убирая телефон. - Я скину обновлённое расписание в общий чат вместе с сообщением о завтрашней поездке. Завтра утром все увидят.

- Спасибо, - Владислав кивнул и отошёл на шаг. - Ты очень оперативная. Я не ожидал, что так быстро всё перестроишь.

- Да там делать-то нечего.

Он улыбнулся - коротко, вежливо, и вернулся в своё кресло, снова уткнувшись в планшет.

Макс встал. Движение было плавным, почти ленивым. Он подошёл к Виолетте, взял её за руку - просто так, без причины.

- Идём? - спросил он. Голос был ровным, даже спокойным.

- Идём.

Она взяла его руку, попрощалась с Владиславом. Тот кивнул, не поднимая головы.

***

З

амок щёлкнул - коротко, сухо, как перелом сухой ветки. Виолетта даже не успела обернуться, а её уже прижали к стене. Не больно - он подставил ладонь между её лопатками и дверью, смягчая удар. Но вторую руку он уже закинул ей под бёдра, приподнимая.
Она не удержалась - обхватила его ногами, вцепилась пальцами в его плечи, чувствуя, как под тканью футболки напряжены мышцы. Твёрдые, горячие. Как камень, нагретый на солнце. Или как её собственное тело, которое сейчас, казалось, горело.

- Макс, ты... - начала она, но он не дал закончить.

Его губы врезались в её. Грубо, жадно, без предупреждения. Язык ворвался в её рот, и она почувствовала вкус мятной жвачки, которой он заедал вечерний кофе, и ещё что-то горькое, своё, только его. Она не сопротивлялась. Её пальцы сами сжались на его затылке, зарылись в волосы - мягкие, чуть влажные у корней, потому что он мыл голову утром и до сих пор не высохли.
Он зарычал - низко, гортанно, и этот звук вибрацией отдался в её груди, спустился в живот, заставил сжаться внутренние мышцы. Она ответила на поцелуй с той же исступлённой жадностью, кусая его нижнюю губу, проводя языком по его нёбу. Он выдохнул ей в рот - горячо, сбито, и его пальцы впились в её бедро через мягкую ткань домашних штанов.
Они оторвались друг от друга только тогда, когда воздух в лёгких кончился. Его лоб уткнулся в её лоб. Глаза в глаза. В полумраке комнаты, где горел только торшер у кровати, его зрачки расширились, и радужка казалась почти чёрной. Он тяжело дышал - ртом, как после забега. Она видела, как бьётся жилка на его шее, как ходит кадык, когда он сглатывает.
Он не отпускал. Его руки - одна на её бедре, другая на затылке - держали крепко, но не больно. Она чувствовала, как дрожат его пальцы. Не от холода - от напряжения. От того, что он едва сдерживался.

- Что с тобой? - спросила она, проведя кончиками пальцев по его скуле. Щетина кололась - он не брился сегодня, и это придавало его лицу жёсткость.

- Ничего.

- Не ври. - Она провела большим пальцем по его губе, влажной после поцелуя. - Ты зол?

- Из-за того, как он на тебя смотрел, - ответил он, и в его голосе прозвучала глухая, невысказанная злость. Не на неё - на ситуацию.

- Он смотрел расписание, Макс. Экран телефона. Цифры, блять.

- Он смотрел на тебя. Через плечо. Близко. Слишком близко. Я видел, как он улыбался.

- Он улыбался, потому что мы решили рабочий вопрос.

- Мне плевать, почему он улыбался. Мне не нравится, когда кто-то другой стоит в полуметре и дышит тебе в шею.

Она хотела возразить, сказать, что он преувеличивает, что Влад - просто аналитик, который даже не говорил с ней, даже не знал её до сегодняшнего вечера. Но слова застряли в горле. Потому что его голос, его руки, его дыхание на её коже - всё это лишало её способности мыслить рационально. Внутри всё горело. Не от нежности - от того, как он сейчас её вёл. Жёстко. Властно. Так, будто она принадлежала ему целиком и полностью.

- И что ты сделал? - спросила она, и в её голосе скользнул вызов, смешанный с хрипотцой.

- Я увёл тебя наверх.

- И что теперь?

- Теперь ты здесь. Со мной. Без него. Без всех.

Он перекинул её через плечо - легко, как будто она ничего не весила. Она вскрикнула, ударила его кулаком по спине - не больно, скорее от неожиданности. Он донёс её до кровати, опустил на простыни. Матрас прогнулся под её весом, пружины едва слышно скрипнули. Она подскочила, хотела сесть, но он навис сверху, загораживая свет торшера. Теперь его лицо было в тени, и только глаза блестели - тёмные, почти чёрные, с расширенными зрачками.

- Скажи, ты вообще придурок? - удивилась она, голос прозвучал хрипло, но не зло.

Он не ответил. Сел рядом, провёл рукой по её волосам, распутывая пряди. Пальцы скользили мягко, почти невесомо - прямо таки контраст с той грубостью, что была у двери. Она закрыла глаза, чувствуя, как тепло разливается по коже.

- Ты ревнуешь, - сказала она, не открывая глаз.

- Очень.

- К человеку, который просто смотрел в мой телефон? Это пиздецки глупо.

- Неважно.

- Ты ведёшь себя как ребёнок.

- Ты знала, какой я. - Он наклонился, поцеловал её ключицу - туда, где вырез верха открывал кожу. Потом скользнул ниже - к плечу, к краю рукава. Она выгнулась, прижалась ближе, и её собственная рука легла ему на затылок, притягивая.

- Ты сводишь меня с ума, - сказал он.

- Я? Это ты...

- Я что? - Усмехнулся парень.

- Ты делаешь со мной что-то. Я не могу думать, когда ты так себя ведёшь.

- Значит не думай.

Он поцеловал её - уже не грубо, а требовательно. Глубоко, с напором, не давая ей опомниться. Она вцепилась в его футболку, сжала ткань в кулаках. Его рука скользнула под её верх, коснулась голой талии, и она застонала - негромко, но он услышал. Он замер на секунду, посмотрел на неё.

- Хочешь, чтобы я остановился? - спросил он.

- Нет, - выдохнула она.

Он убрал руку. Сегодня - нет. Не сейчас. Слишком быстро, слишком много эмоций. Она ещё не готова. Он - да, но он сдерживался. Это было видно по его напряжённым плечам, по сжатым зубам, по тому, как часто он дышал. Она облегчённо выдохнула, но в груди всё ещё горело.

- Ты невыносим. - Сказала она.

Он перевернулся на спину, притянул её к себе. Она уткнулась носом в его плечо, вдыхая запах геля для душа - мята, дерево, что-то ещё, что она не могла назвать, но узнавала из тысячи других.

- Ты сегодня странный, - сказала она.

- Просто разнообразил твой скучный день.

- Ты просто ревновал.

- Очень, я не знаю почему.. - Осторожно признал он.

- Это мило.. Таким я тебя ещё не видела.

Он усмехнулся, провёл рукой по её спине - медленно, от лопаток до поясницы, пальцами нащупывая позвонки через ткань. Она закрыла глаза. В комнате было тихо. Только сверху были отдалённо слышно щебетание девочек. Она уснула. Он долго смотрел на её лицо в полумраке - на расслабленные губы, на длинные ресницы, на родинки на лице.

***

Катя и Дарья играли в пинг-понг. Стол стоял почти у окна, за которым было темно, и в стекле отражались их движения - резкие, не всегда точные. Счёт был 5:3 в пользу Кати.

- Ты подаёшь как с левой руки, - заметила Катя, отбивая мяч.

- Я и подаю с левой, - ответила Дарья.

- Ты левша?

- Нет. Но хочу научиться.

- Странный метод.

- Экспериментальный.

Дарья снова подавала - мяч ударился в край стола и улетел в стену. Катя засмеялась.

- Эй, легче!

- Я пробую новый стиль. - Дарья пошла за мячом.

- Стиль «куда-нибудь попаду»?

- Ага. Тебе не нравится?

- Мне нравится, что я выигрываю.

Даша подобрала мяч, подала снова - на этот раз ровно. Катя отбила, другая промахнулась.

- 6:3. - Объявила Катя.

- Сдаюсь. - Дарья опустила ракетку. - Ты слишком хороша.

- Я тренировалась в детстве. У нас во дворе был стол.

- А я в детстве смотрела аниме.

- Тоже полезно. Реакция развивается.

- И воображение.

Они сели на маленький диванчик у стены, рядом с мячами, выкатившимися из коробки. Дарья взяла камеру, покрутила в руках, но не включила.

- Слушай, - сказала она, - а вы с Виолеттой давно дружите?

- С универа. Лет пять.

- И вы до сих пор вместе? Не поссорились? Это редкость.

- Мы не просто дружим. Мы работаем вместе. Это как брак, только без секса.

- А с Ильёй - с сексом?

Катя неловко посмеялась, но внутри испытала лютый испанский стыд от такого юмора.
Дарья откинулась на спинку, положила камеру на колени.

- Она мне показалась... сложной.

- Она сложная, - согласилась Катя. - Но надёжная. Если она с тобой - то до конца.

- Ясненько, а Макс? Ты его хорошо знаешь?

- Неплохо. Мы часто общаемся вчетвером. Я, Илья, Виолетта и Макс.

- Поняла.

Дарья встала, потянулась.

- Пойдём, поздно уже. Завтра рано вставать.

- Идём.

Они выключили свет и спустились вниз. На втором этаже разошлись - Катя в свою комнату, Дарья - в конец коридора.

В доме стало тихо. Только в комнате Виолетты иногда слышался приглушённый голос Макса.

Она невольно закатила глаза. Бесит.

Потом стихло и там.

________

Пять тысяч слов, нахуй🫣
Пишите свои мысли по поводу работы, очень интересно почитать🩵