Грязная² работа

Ким Минджон — самая обычная девушка из простой семьи. Родители врачи, поэтому хотели передать это и своей дочери, но отнеслись с пониманием, даже к её отказу, однако девочка всегда была прилежной и сдержанной. Главная цель в жизни — работа и учёба. Всё ради лучшего университета и знаний. Ким с первых классов преуспевала в учёбе. Лучшая в классе, в школе, в городе, любимица учителей и спасение для отстающих учеников. Идеальность во всех сферах была присуща ей, при этом девушка не была самовлюблённой или высокомерной, давала списать, помогала чем могла. В общем человечность в ней это не погубило, как могло бы случиться.

Всё могло идти так же прекрасно и дальше, если бы не одна "проблема" свалившаяся на голову Минджон.

Джимин — новая ученица, что в 15 лет перевелась в другую школу и совершенно случайно попала в один из лучших классов. Выглядя на первый взгляд, как прилежная ученица, девушка быстро втерлась в доверие новых одноклассников, становясь незаменимой частью класса. Но для Джимин интересной персоной сразу стала девушка за первой партой.

В тот злополучный миг, когда взгляды девушек пересеклись, казалось взорвалась неизведанная для людей вселенная.

— Привет, я Джимин, однако меня все зовут Карина, так что обращайся как удобно. А ты наверное Минджон? Наслышана от твоём невероятном уме.

Белая и чистая, как ангельский смех улыбка Карины расцвела под алыми губами. Её лицо и шелковистые каштановые волосы в лучах утреннего солнца были, как из сказки, словно она иллюстрированный персонаж. От неё пахло чем-то ягодным, но так нежно и неброско, что Минджон, сторонящаяся ярких запахов, вдохнула полной грудью.

— Да, я Ким Минджон, рада познакомиться. — Девушка, смущённая такой резкой похвалой, подскочила, чтобы пожать руку и уронила стул назад и сама же запнулась об него.

Карина лишь засмеялась, протягивая дружескую руку помощи, заодно поднимая стул младшей.

— Тут не занято? Могу я сесть с тобой?

— Конечно... Присаживайся.

Так одним утром началась история двух девушек подростков, что тайно испытали какие-то глубокие чувства, стоило им пересечься взглядом.

Так они могли продолжить играть в невинных подружек, пока одна не дала слабины в своей черноте души. Как говорится у всех есть скелет в шкафу.

Когда Сеул утопал в лучах садящегося солнца Минджона шла после окончания всех дополнительных занятий. Транспорт, идеально довозящий её до дома, как назло сломался, поэтому девушка устало шла, еле переставляя ноги. Ещё и путь лежал не через самые мирные районы. Мечтая о холодном душе и горячем ужине Минджон скользила по тихим улицам, которые медленно заполнял ночной мрак. Уже почти пройдя всю эту неблагополучную зону, девушка услышала крики и тяжелое дыхание, звук ударов и хлюпанье крови. В одном из закоулков кто-то эмоционально решал проблемы силой. Ким напряглась, понимая, что если её заметят может случиться что-то плохое из-за этого ей пришлось, почти на цыпочках двигаться мимо, пока взгляд не зацепился за знакомую шевелюру.

Карина в школьной форме замахивалась на кого-то кулаком, по её белоснежной рубашке были разбрызганы алые пятна, что, как маки расцвели на снежном поле. Коричневый бант в полоску развязался, свисая с ее плеча, колени девушки разбиты в кровь, под глазом уже начинал назревать синяк, из носа тянулась струйка багровой крови, стекая по носогубке. Такая обворожительная на первый взгляд ученица, теперь была похожа на стеровзную бунтарку. Добив последнего парня, Карина подняла взгляд, стирая каплю крови с губы кулаком.

— Ми... Минджон!? — Девушка оступилась, отходя в глубь закоулка и тараня неожиданно появившуюся знакомую взглядом.

— Джимин? Что здесь происходит? Ты в порядке? — Понимая что угроза устранена, Ким рванула к подруге, истерично пытаясь остановить кровь, что водопадом льётся из носа "разбойницы".

— Не беспокойся, всё нор... — Затихая на последнем слове, Карина непроизвольно подалась вперёд, буквально падая на подругу.

Минджон, что не ожидала увидеть подобный картины, резко опешила, но подхватила Джимин и, не понимая что делать, потащила девушку к себе, перешагивая через отключившихся врагов. Старшая закинула руку на плечо Ким и будто пьяная адреналином и железным запахом, ковыляла под стать, пытаясь удержать себя в сознании.

Обе смутно помнили как они добрались до квартиры, но уже в ней Карина ощущала себя спокойно и безмятежно. Теплый диван и заботливые руки Минджон она отчётливо запомнила, то как девушка перевязывала ей раны и смывала кровь тряпкой, пока её тонкие ручки тряслись от нервов.

Под конец, когда с очисткой и первой помощью было покончено Минджон устало плюхнулась на пол рядом с диваном в ногах Карины, тяжело переводя дыхание и молясь, чтобы родители не пришли так рано.

— Эй... Мин... Спасибо тебе, если бы не ты, я бы тухнула в том смрадном закоулке, аж думать противно. — Старшая усмехнулась, чуть похрипывая от эмоций.

— Пожалуйста... Но черт подери, что ты там делала, дурёха!? Зачем дралась!? Ты совсем себя погубить решила, а если бы... — Крик смешанный со слезами вдруг прервался, превращаясь в тихое не менее испуганное мычание.

Карина сползла с дивана и поцеловала Минджон, словно могла извиниться и успокоить девушку в десять раз быстрее чем бессмысленные и долгие объяснения. Обе были смущены эти жестом так же, как и не против. Это соприкосновение губ вышло по большей части глупым и таким спонтанным, но у обеих кажется замерло сердце. Так странно, две пятнадцатилетние девочки на холодном полу целуются после столь драматичной драки.

Минджон смотрела в пол и уже хотела извиниться не пойми за что, но Карина вцепилась в её спину, прижимая к себе и целуя уже с большей страстью. Почему Ким не сопротивляется? Ей нравится? Неужели. Губы полюбившейся Джимин мягкие и нежные, не причиняющие никакой боли. Даже сквозь железный запах, исходящий от девушки, всё равно просачиваются нотки её сладких ягодных духов, что делает момент особенно незабываемым.

Так они бы вечно могли неуверенно друг друга целовать и крепко обнимать, если бы в один момент не скрипнула дверь и в квартиру не вернулся уставший отец. Девушки быстро расцепились, начиная хранить некую тайну между собой — время когда весь мир мог подождать. Отец Минджон лишь слепо поверил в доброту своей дочери и несчастный случай с её подругой, благодаря которому Карина побитая и с бинтами находилась у них.

. . .

Винтер сидела в пустой гримёрке, с ненавистью и отвращением ожидая появления клиентов на этот вечер, одновременно пытаясь отделаться от этих воспоминаний. Как жизнь могла повернуться к ней спиной и привести с такое место где девушка, как беспомощная букашка барахтается в луже грязи. Последняя надежда лишь на Карину, а точнее на ту чуткую, немного наглую, но такую любимую Джимин.