Prologue.
Пролог. Та, что умела молчать
Сан-Бернардино, Калифорния. 2013 год
Лии Картер было шесть лет, когда мир показал свое истинное лицо.
Они жили в городе, где асфальт плавился от жары, а воздух пах бензином и отчаянием. Мать работала официанткой, приходила под утро с запахом виски. Отец, Джейкоб, то работал, то пил, то проигрывал в покер всё, что заработал. Лия росла сама: в четыре года научилась открывать холодильник, в пять — стирать. К шести умела не плакать, не просить и знать, где лежит аптечка.
Мартин был другом отца — пузатый мужчина с мясистыми,потными руками и желтыми пальцами из-за того что часто курил. От него пахло потом, грязной одеждой и мятными леденцами. Он часто приходил, когда родителей не было. Звал Лию в кладовку, в конце коридора, давал леденец, и мерзко шептал: «Тише, это просто игра». Она замирала, смотрела на трещину в стене и уходила в себя — туда, где его нет.
Это продолжалось около шести лет. Она никому не рассказывала — боялась, что мать не поверит или что отец скажет: «Сама виновата». Она просто научилась молчать.
Когда Лие исполнилось двенадцать, Мартин умер от сердечного приступа. Она не заплакала. Она уже стала пустой внутри — как та кладовка.
Пятнадцать
К пятнадцати Лия превратилась в идеальную ученицу. Тихая, незаметная, в простых джинсах и свитерах. В ее табеле — только высокие баллы. Учителя ее любили за старательность, одноклассники относились скептически. У нее не было друзей — она боялась, что кто-то снова обидит.
Она читала всё подряд, особенно книжки про другую реальность, где нет Сан-Бернардино и гадких рук Мартина.
Она носила осколки внутри. Много осколков. И научилась с ними жить — вжимать в кожу так, чтобы не порезаться.
Семнадцать. Ночь перед продажей
Отец влез в долги к банде «Апачи» — контроль над оружием, рэкет, деньги. Сначала забрали телевизор, потом машину, потом пришли серьезные люди. Сказали: либо деньги, либо пальцы. Либо дочь.
Лия слышала этот разговор через тонкую стену. Сидела на кухне, дописывала эссе по литературе. Аккуратно, без помарок. Закрыла тетрадь.
«Либо дочь».
Она подумала: «Наконец-то. Хоть что-то понятное».
На следующий день отец привел мистера Ригана — человека в дорогом пальто, от которого пахло кожей и деньгами. «Ваша дочь выйдет замуж за старшего сына Блэквудов. Долг списан. Десять тысяч сверху». Джейкоб кивнул. Не торговался.
Ночью Лия не спала. Смотрела в окно на перегоревший фонарь. Вспоминала кладовку, Мартина, свою клятву «никогда не быть жертвой». «Ты не жертва, — сказала она себе. — Ты оружие. Просто еще не знаешь, чья рука тебя направит».