макабр

— Что-то вы совсем растеряли хватку, — нахально отозвался Келий.

Эрику всё настолько осточертело, что при виде них он просто устало вздохнул. Он проклинал этот день. Столько событий и никакого отдыха. Единственное, чего сейчас хотелось, — выпить горячего чая.

— Может, вы приедете в следующий раз, молю? — отозвался Эрик.

Келий и Энни переглянулись, не такой реакции они ждали.

— Мы ведь прямо перед тобой. Не хочешь что-то спросить у нас или схватить? — спросила девушка.

— Раз вы тут, значит, Сэдрик так захотел. А значит, нужно было что-то передать. Смысл мне пытаться вас сейчас поймать, если вы всё как раз продумали? Давайте вы просто расскажете, что хотели, а я не буду за вами гнаться, — устало ответил Эрик.

Энни расстроенно смотрела на своего парня, тот лишь пожал плечами и спокойно сказал:

— Ну, впрочем, так даже легче. Мы хотели передать, что вы ничего здесь не найдёте, потому что Элизия перед уходом всё забрала.

Эрик задумался, но ведь они нашли и действительно думали, что именно это и хотел Сэдрик.

— Тогда смысл было приезжать только чтобы сказать это? Вы ведь нарочно послали нас сюда?

— Да, но только чтобы встретиться и передать, что мы разрабатываем новый вид наркотиков, содержащих яд при распылении. И как только мы окончим разработку, мы распылим его по всей Земле и покончим с человеческим родом. Пора менять времена.

— Вы прямо как фанатики, не думали, что это слишком глупо?

— Ты считаешь, что нам есть куда расти, но человек весь свой период, независимо от века, будет уничтожать себя. Войны никогда не закончатся, поэтому лучше оборвать наш род, и уже из нашего же праха зародится улучшенная версия людей.

За спинами ребят послышались шаги, и Эрик невольно обернулся. Когда он вновь повернулся к Келию и Энни, их уже не было. Исчезли, словно и не стояли здесь пару секунд назад.

— Я вправду в порядке, — послышался голос Лулу.

Из дома вышли остальные. Лулу также была на руках генерала, но футболка мужчины была порвана. Тканью от неё была перевязана рука девушки; видимо, он вытащил осколки, бережно обмотав ранения.

— Несёшь принцессу в замок? — решил подшутить над генералом Эрик.

— Да, принцессе придётся отсидеться несколько дней, не выходя из штаба, — не обращая внимания на парня, Дмитрий обращался к девушке.

Милли плелась позади, совсем не обращая внимания на происходящее, летая в облаках и думая о своём.

В штабе их встретили тепло, сразу пригласили в кабинет, где генерал отчитался о проведённой вылазке. Милли ждала снаружи, она даже не поинтересовалась, почему ей было нельзя присутствовать на отчёте. В коридоре показалась высокая стройная фигура. Парень с чёрными волосами подошёл к девушке и сел рядом.

— Скучаешь?

Милли подняла голову, чтобы осмотреть обращавшегося к ней парня. При виде него девушка тут же заулыбалась и бросилась в его объятия.

— Рик! Наконец ты вернулся!

Парень засучил рукава, обнажая огромный шрам, протягивающийся от запястья до самого локтя. Девушка приникла. Испуганно она пробежалась глазами по всему парню, в надежде, что больше ран у него нет.

— Прости меня, Рик. Я слишком мало уделяю тебе времени.

— Я прихожу раз в месяц, а дома даже еды нет. Чем ты занимаешься?

— Но ведь у меня тоже есть дела, — попыталась запротестовать Милли.

— Сложнее моих? — возмутился Рик.

— Нет, конечно, нет, — отступила девушка.

Милли не могла спорить со своим мужем. Они поженились в таких условиях, хотя Рик всегда обещал ей пышную свадьбу. Девушка не собиралась давить на него, особенно когда ждала ребёнка. Она ещё не нашла подходящего момента рассказать Рику, но знала наверняка, что его эта новость вряд ли обрадует: это лишние хлопоты.

— У нас давно не было, так что подготовься к десяти вечера. И надень что-нибудь посексуальнее, чем обычная ночнушка.

Милли выдавила улыбку и погладила руку мужа. Он так и не подарил кольцо: трудное время, нет денег, потом... Постоянные обещания. После свадьбы он словно стал ещё грубее и холоднее. Девушка старалась закрывать на всё глаза, однако ей хотелось, чтобы ребёнок жил в любящей семье.

— Ты сегодня весь день занят?

— Как иначе? У меня нет времени прохлаждаться, сегодня опять поставили под командование этих идиотов из авангарда.

— Ты ведь не бросишь меня? — с надеждой спросила девушка.

— Что за глупые вопросы? Все, давай, меня ждут.

Рик поцеловал девушку в щеку и ушёл. Милли дотронулась до живота, пытаясь осознать своё положение. Может, этому ребёнку вовсе не суждено родиться. Дверь кабинета со скрипом открылась, и оттуда вышли Эрик, Лулу и Дмитрий.

— Принцесса, ты останешься здесь.

— Что происходит? — повернувшись ко всем, спросила Милли.

— Нас опять послали на задание, вот только генерал считает, что Лулу лучше не ходить туда: для неё опасно, особенно с ранениями.

— Говорю же, это просто царапины, я не ребёнок! — возмущалась Лулу.

— Ты не проходила через поле боя никогда! И не стоит начинать. Просто послушай, принцесса, тебе нужно заниматься документами, а не лазить в заброшках.

— Ты же будешь рядом, со мной ничего не случится.

— А если я не успею помочь? Хочешь стать моим бременем? Я и так много смертей несу, но твою я просто не смогу вогрузить на себя.

— Я такой же человек, как и все вокруг тебя, так что ничего не будет.

Генерал посмотрел на Эрика и Милли. Те с интересом наблюдали за ссорой. Ему не хотелось продолжать перед ними, поэтому он отвёл девушку в сторону, где никто не услышит их. Прикоснувшись к руке Лулу, он переплёл свои пальцы с её. И уже без крика, нежно обратился к девушке.

— Ты мне дорога. Больше, чем остальные, — Дмитрий не мог поднять взгляда.

— Ты меня любишь?

Генерал молчал. Ему было стыдно за свои чувства. Она достойна лучшего, а не его, уже потёртого и измотанного.

— Ты молодая, умная, красивая. У тебя всё впереди, найди такого же молодого и хорошего парня. Не обрекай себя на страдания, когда ты можешь находиться в безопасности. Об этом сейчас все мечтают, — с грустью сказал он, рассматривая изящные и тонкие пальцы девушки.

Лулу приподняла подбородок мужчины, чтобы их взгляды встретились, но Дмитрий отвёл глаза. Девушка схватила его за щёки, сильно вдавив пальцами, отчего у мужчины не осталось выбора, как повиноваться.

— Я останусь, но только если ты признаешь свою любовь и будешь со мной.

Генерал замер. Его сердце стучало, а пульс отдавался в висках. Он не мечтал о взаимной любви, не мечтал, что она примет и выберет его. Только что сказать? Словами не передать всего, что хотел сказать Лулу. Девушка, словно читая его мысли, слегка кивнула. После этого жеста генерал прильнул к её губам. Нежно накрывая их своими, он старался не разочаровать её.

Пальцами Дмитрий зарылся в мягких локонах девушки, свободной рукой обхватил её за талию и углубил поцелуй. Дыхание стало прерывистым, но что-то так тянуло, он не мог отпрянуть, не мог перестать чувствовать её, не мог не вдыхать её запаха, не мог не ощущать прикосновений пальцев к его покрытой щетиной щеке, не мог перестать думать, какие сладкие на вкус её губы. Однако Лулу сама отстранилась.

— Не забывай дышать, — рассмеялась она.

— Поцелуй меня ещё раз, — заворожённо просил генерал, она действовала на него как наркотик. Попробовав раз, не сможешь оторваться никогда.

— Ещё раз? — Лулу успела выдохнуться, будто пробежала марафон, а ему всё мало.

— Да. Целуй меня, пока мне не надоест, — генерал приблизился к губам девушки и предельно близко прошептал: — или пока я не умру от нехватки кислорода.

Девушка сделала заветное движение, прикоснувшись к опухшим губам мужчины. Всё больше надавливая на него, она забирала контроль. Но он не был против, наоборот, ему было приятно быть в её власти. Он был готов отдать ей всё, позволил бы делать с собой всё, что захочет, лишь бы снова чувствовать её прикосновения и ласку, слышать её голос и дерзкий, но сильный характер, милые протесты и до безумия гениальные идеи.

Начинавшийся невинно поцелуй перерос в погоню за воздухом, в рваные вздохи. В знак окончания девушка прикусила губу генерала, отчего тот даже не дёрнулся. Кровь струйкой прошлась по разорванному месту, немного пощипывая, но при этом принося удовольствие, недоступное и личное.

— Скоро увидимся, ге-не-рал, — Лулу нежно вздёрнула нос Дмитрия, дразня мужчину, и ушла, оставив его наедине со своими чувствами.

Он откинулся на стенку и расплылся в улыбке, как мальчишка, которому впервые понравилась девочка.