Её голос
Она приезжала каждый день.
Каждое утро — белая машина, хлопок дверцы, лёгкие шаги. Она входила в его двор как хозяйка — уверенно, спокойно, привычно. Я сидела под яблоней и смотрела. Иногда она не замечала меня. Иногда смотрела в мою сторону, но быстро отводила взгляд.
Ангелина, конечно, комментировала.
— Опять приехала, — сказала она на третий день. — Кошмар. Она там живёт, что ли?
— У неё своя квартира, — сказала я. — Бабушка говорила.
— А чего тогда каждый день таскается? Трактора ей, что ли, не хватает?
— Она к Олегу приезжает.
— Знаю, — Ангелина скривилась. — Вы представляете — приезжает к нему каждый день. У нее жизни своей нет?
— Не говори так.
— А что? Это правда, — она откусила яблоко. — Она какая-то... липкая.
Я не ответила.
Лена вышла из дома, села на лавочку у их крыльца, закурила. Олег возился с трактором — чинил что-то, не поднимая головы.
Она смотрела на него, потом — в нашу сторону.
Заметил меня.
Я отвела взгляд. Поздно.
Она уже меня видела.
---
На четвёртый день она подошла к забору.
Я сидела под яблоней с книгой — читать не читала, просто смотрела в строчки. Ангелина возилась с курами в другом конце двора.
— Привет, — сказала она.
Я подняла голову.
Лена стояла у забора — того самого, который разделял наши дворы. Смотрела на меня спокойно, без враждебности. Просто любопытно.
— Привет, — ответила я.
— Ты соседка?
— Да, — сказала я. — Внучка бабушки Вали.
— А, — она кивнула. — Я слышала про тебя. Олег говорил.
У меня сердце упало.
— Что говорил? — спросила я. Голос не дрогнул.
— Что ты каждое утро сидишь под яблоней, — она улыбнулась. — Машешь ему. Он машет в ответ. Ритуал такой.
— Просто здороваемся, — сказала я.
— Просто, — она повторила моё слово с какой-то странной интонацией. — Ну, ладно. Пока.
Она развернулась и ушла.
Я сидела, сжимая книгу, и чувствовала, как дрожат руки.
— Что она сказала? — раздался голос Ангелины. Она выскочила из-за угла дома.
— Сказала, что Олег про меня говорил.
— И что?
— Что я машу ему каждое утро.
— И всё? — Ангелина прищурилась. — Ничего про тебя? Что ты красивая? Что у тебя волосы длинные?
— Нет.
— Тогда она дура, — заключила Ангелина. — И слепая.
— Или просто вежливая, — сказала я.
— Вежливые не спрашивают про соседок, — сказала Ангелина. — Она ревнует. И хочет понять, кто ты.
— Мне всё равно, что она хочет.
— Врёшь, — сказала Ангелина. — Тебе не всё равно. Тебе важно.
Я не ответила.
---
Через два дня я услышала их разговор.
Сидела под яблоней, читала — в этот раз действительно читала, потому что нужно было отвлечься. Ангелина ушла в магазин. Я была одна.
Они стояли у калитки. Олег и Лена. Не знали, что я их слышу.
— Олег, кто эта девушка? — спросила Лена. Голос у неё был тихий, но в нём чувствовалось напряжение.
— Какая? — спросил он.
— Ну, та, которая под яблоней сидит. Каждое утро. Я её каждый раз вижу.
— Соседка, — сказал он. — Внучка Валентины.
— Я знаю, что соседка. Я спрашиваю — кто она тебе?
— Никто, — сказал он. — Просто соседка.
— А почему ты ей машешь?
— Вежливость.
— А почему она тебе машет?
— Не знаю, — сказал он. — Тоже вежливость.
Лена помолчала.
— Ты на неё смотришь, — сказала она тихо. — Я видела.
— Лен, — голос Олега стал твёрже. — Хватит.
Она замолчала. Потом хлопнула дверца машины — она уехала.
Олег остался стоять у калитки. Посмотрел в мою сторону.
Я не отвела взгляд.
Он смотрел секунду. Потом развернулся и ушёл в сарай.
— Оль, — раздался голос Ангелины. Она стояла за моей спиной — оказывается, уже вернулась. — Я всё слышала.
— Я знаю, — сказала я.
— Она ревнует, — сказала Ангелина. — Сильно ревнует.
— Он сказал, что я никто.
— Он соврал, — уверенно сказала Ангелина. — Чтобы она не нервничала.
— Откуда ты знаешь?
— Я чувствую, — сказала Ангелина. — И ты чувствуешь.
Я не ответила.
Смотрела на его двор, пустой и тихий.
Скоро должно было случиться что-то ещё. Я чувствовала это кожей