«Без права на выбор».

Прошло ещё несколько дней. Этой ночью мне никак не спалось. В голове бесконечным круговоротом крутились мысли о признании Тарона, страхах Джамили и, самое главное, о моих собственных чувствах к Аннару. Поняв, что уснуть всё равно не получится, я накинула лёгкий кардиган и тихонько вышла на улицу. В саду царила приятная, убаюкивающая ночная прохлада. Я прошла в глубь двора, села на деревянную лавочку и, обняв свои колени, заворожённо уставилась на чистое, усыпанное яркими звёздами небо. Тишина вокруг помогала хоть немного разложить мысли по полочкам. На моей груди привычно и тепло покоился кулон-розочка. Внезапно со стороны дома послышались тихие, размеренные шаги. Я даже не вздрогнула, инстинктивно зная, кто это. Аннар бесшумно подошёл сзади и бережно укутал мои плечи большим тёплым пледом, который принёс с собой. На секунду его крупные ладони задержались на моих плечах, мягко сжав их, а затем он обошёл лавочку и молча сел рядом, притягивая меня к своему боку. Мы долго сидели молча, устремив взгляды в звёздную высь. В этой тишине не было прежнего напряжения — только удивительный, долгожданный покой. Моё сердце внезапно забилось чаще, к горлу подступил волнительный комок. Я поняла: больше молчать нельзя. Пора. Я повернула голову и посмотрела на его серьёзный, красивый профиль в лунном свете.

— Аннар... — тихо позвала я, и мой голос слегка дрогнул. Он обернулся, внимательно и очень тепло всматриваясь в моё лицо своими глубокими карими глазами. Я судорожно сглотнула, собираясь с силами, и произнесла слова, которые так долго зрели в моей душе:

— Аннар, мне очень сложно даются эти слова после всего, что было между нами... но я не могу больше об этом молчать. Я люблю тебя.

Аннар резко замер. На его лице отразился самый настоящий ступор, а в глазах промелькнуло такое сильное, неприкрытое потрясение, будто он не верил собственным ушам. На его лице появилась бесконечная, ослепительная радость.

— Розочка моя... — с невероятным облегчением и нежностью выдохнул он, и его губы тронула счастливая улыбка.

— Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента. Прежде чем я успела хоть что-то ответить, Аннар резко поднялся, легко, словно пушинку, подхватил меня на руки и начал кружиться со мной прямо под звёздным небом. Я звонко рассмеялась, крепко обнимая его за шею и пряча лицо в его плече. Он кружил меня, бережно прижимая к своей широкой груди, а затем остановился. Аннар аккуратно опустил меня на ноги, но не выпустил из своего кольца рук. Он взял моё лицо в свои тёплые ладони, заставляя посмотреть на него. Чуть отстранившись, он заглянул мне прямо в душу своим глубоким, трепетным взглядом и тихо, с хриплым надрывом произнёс:

— Если бы в моей жизни не появилась ты, я, возможно, никогда не понял бы, каково это — по-настоящему влюбиться, защищать, любить и оберегать. Я ни минуты не жалею о времени, проведённом с тобой, розочка. Ты — моё всё.

От его слов по моему телу пробежала волна мурашек, а к глазам подступили слёзы абсолютного, безграничного счастья. Аннар бережно поцеловал меня сначала в лоб, затем несколько раз в носик и, наконец, накрыл мои губы своими. На этот раз в его поцелуе не было ни капли прежней злости — только чистая, обжигающая нежность. Под сиянием звёзд моя прошлая золотая клетка окончательно превратилась в настоящий, любящий дом.

На следующий день после нашего ночного разговора под звёздами я проснулась с удивительным ощущением лёгкости. Этот хрупкий покой продлился недолго. Ближе к полудню к нам приехал Тарон и Ноян. Мы с Джамилей сидели в гостиной, когда он вошёл. Стоило Тарону и Джами встретиться взглядами, как между ними вспыхнула такая ослепительная, нежная искра, что это было невозможно не заметить. Джамиля мгновенно покраснела и опустила глаза, а Тарон тепло, влюблённо улыбнулся ей. В этот момент в гостиную зашёл Аннар. Его проницательный, сканирующий взгляд сразу же зацепился за эту немую сцену. Он перевёл тяжёлый взор с залившейся румянцем сестры на своего лучшего друга. Атмосфера в комнате в секунду натянулась до предела.

— Джамиля, Адель, выйдите, пожалуйста. Нам с Тароном нужно поговорить наедине, — леденящим, не терпящим возражений тоном произнёс Аннар.

Мы с Джами испуганно переглянулись. Девочка задрожала от страха, но послушно пошла за мной.

Аннар медленно подошёл к Тарону, скрестив руки на груди. В его карих глазах застыла опасная сталь.

— Что между вами происходит, Тарон? — глухо, спросил Аннар.

— Я не слепой. Я видел, как моя сестра на тебя смотрит, и как ты смотришь на неё.

— Напряги память и вспомни ложь Джамили про забытую вещь в машине. За кого вы меня держите? Что ты крутишься вокруг моей сестры?

Тарон тяжело вздохнул, но не отвёл взгляда. Он расправил плечи и посмотрел на Аннара с абсолютной честностью и твёрдостью:

— Аннар, я не собираюсь от тебя ничего скрывать. На самом деле... я безумно люблю твою сестру. Люблю Джамилю уже очень давно и больше не могу молчать. У меня самые серьёзные намерения, и я сделаю всё, чтобы она была счастлива.

Лицо Аннара в секунду исказилось от бешеной, ярости. Мысль о том, что его, беззащитная сестрёнка, которую он всю жизнь опекал от грязи этого мира, выросла и кто-то претендует на её сердце — пусть даже его лучший друг — выжгла в нём весь контроль.

— Ах ты ублюдок! — рявкнул Аннар и с размаху, со всей силы ударил Тарона кулаком прямо в челюсть.

Удар был такой силы, что Тарон отлетел назад, врезавшись спиной в книжный шкаф. Из рассечённой губы тут же потекла кровь.

Я и Джамиля, караулившие у двери, услышали грохот и в панике ворвались в гостиную. Аннар уже замахнулся для нового удара, тяжело дыша от гнева, но Тарон даже не поднял рук для защиты. Он просто стоял, вытирая кровь с подбородка, и благородно, спокойно смотрел на друга, отказываясь отвечать силой на его агрессию. Он уважал Аннара и понимал его страх за сестру.

— Аннар, стой!!! Не надо! Прекрати! — закричала Джамиля, со слезами на глазах бросаясь прямо между ними. Она загородила Тарона своим хрупким телом и упёрлась ладошками в грудь брата. Из её глаз градом покатились горячие слёзы. Джамиля подняла на Аннара взгляд, полный такой невыносимой боли и отчаяния, что это ударило Аннара сильнее любого кулака.

— Аннар, пожалуйста, услышь меня! — захлёбываясь плачем, закричала она, и её слова разорвали повисшую тишину прямо в клочья.

— Почему ты всегда видишь во всём только опасность и жестокость?! Тарон — единственный человек, рядом с которым я чувствую себя по-настоящему живой и счастливой! Он защищал меня, он берёг меня, пока ты занимался своей компанией! Если ты сейчас прогонишь его или убьёшь... ты убьёшь меня, Аннар! Ты разобьёшь моё сердце собственными руками! Я ведь так сильно люблю его... Пожалуйста, не лишай меня этого счастья, не будь монстром!

Слова Джамили попали точно в цель. Они ударили по самому больному месту в душе Аннара. Огненная ярость в его глазах мгновенно угасла, уступая место полному ступору и шоку. Он ошарашенно смотрел на свою плачущую маленькую сестрёнку, которая впервые в жизни так отчаянно защищала мужчину, и его сердце, всегда такое холодное и каменное, дрогнуло. Оно окончательно смягчилось. Он вдруг ясно увидел, что Джамиля — больше не маленький ребёнок, а взрослая, искренне влюблённая девушка. А Тарон — действительно тот единственный человек, которому он может её доверить. Аннар тяжело, шумно выдохнул, опуская кулаки. На его лице отразилось глубокое раскаяние. Он перевёл взгляд на Тарона, который по-прежнему спокойно ждал его решения, и сделал шаг назад.

— Прости меня, брат... — хрипло, со скрытым надрывом произнёс Аннар, протягивая Тарону руку.

— Прости за мою вспыльчивость. Я просто... я слишком сильно боюсь за неё.

Тарон понимающе кивнул, крепко пожал его руку в знак примирения и слегка улыбнулся разбитой губой:

— Всё нормально, Аннар. Я всё понимаю. И я никогда её не обижу, даю тебе слово.

Джамиля с громким вздохом облегчения снова уткнулась в грудь Тарона, а Аннар повернулся ко мне. Я подошла ближе, мягко сжала его ладонь, и его пальцы крепко, благодарно переплелись с моими. Самый сложный и опасный разговор в жизни нашей семьи завершился долгожданным миром.

С тех пор прошло два месяца. Наша жизнь изменилась до неузнаваемости, и этот затянувшийся штиль принёс нашему дому долгожданное, такое непривычное счастье. Алим полностью выздоровел. Лучший реабилитолог страны, которого тайно нанял Аннар, сотворил настоящее чудо — мой брат не просто встал на ноги, но и вернулся к своей привычной, активной жизни. Гордость Алима со временем немного поутихла, когда он понял, что Аннар сделал всё это бескорыстно, ради меня. Более того, Алим и Элисса съехались. Теперь они жили вместе, и, видя, как Эли светится от счастья рядом с моим братом, моё сердце каждый раз замирало от радости. Элисса была старше меня на два года, и её взрослая, рассудительная поддержка всегда помогала мне в самые тяжёлые моменты. Несмотря на разницу в возрасте, мы оставались самыми близкими подругами, и я безумно радовалась, что теперь она станет частью нашей семьи. Большие изменения коснулись и Айлы. За эти два месяца они с Нояном так и не смогли наладить свои сложные, натянутые отношения — они окончательно расстались, поняв, что только мучают друг друга. Айла выбрала свободу и не прогадала. Вскоре в её жизни появился новый ухажёр — прекрасный, надёжный парень, который окружил её невероятной заботой, уважением и очень сильно её полюбил. Теперь они были вместе, и я искренне радовалась, что Айла наконец-то обрела то самое спокойное, настоящее счастье. Ноян принял её выбор и больше не пытался удерживать её силой. Джамиля успешно сдала все свои школьные экзамены и поступила в университет, о котором так долго мечтала. Ноян и Тарон по-прежнему часто бывали у нас, и Тарон наконец-то набрался смелости и начал официально, очень красиво и трепетно ухаживать за Джамилей. Их линия была похожа на добрую сказку. Но самые большие метаморфозы произошли между мной и Аннаром. За эти два месяца он ни разу не повысил на меня голос, не проявил жесткости и окружил меня такой тёплой, искренней заботой, что все старые шрамы на моём сердце постепенно затянулись. Я больше не чувствовала себя пленницей в золотой клетке. Я с удивлением понимала одну вещь: я по-настоящему, безумно полюбила этого человека. В один из тёплых вечеров мы все собрались в нашем доме. Алим и Элисса приехали к нам в гости, Джамиля и Тарон весело спорили о чём-то в углу гостиной, а Ноян лениво листал документы. Аннар сидел рядом со мной на диване, его крупная ладонь привычно покоилась на моей талии.

— Адель, — Алим отставил чашку с чаем и серьёзно посмотрел на меня через весь стол, привлекая общее внимание.

— Мы с Элиссой хотели сказать... В общем, мы решили расписаться. Свадьба через месяц. И мы очень хотим, чтобы ты была главной подружкой невесты, а Аннар... — брат на секунду замялся, борясь со своим упрямством, но затем твёрдо договорил:

— А Аннар — свидетелем с моей стороны. Если он, конечно, не против.

Я замерла от дикого восторга, чувствуя, как слёзы радости наворачиваются на глаза, и испуганно посмотрела на Аннара. В гостиной повисла тишина, все затаили дыхание в ожидании его ответа. Аннар слегка усмехнулся, его хватка на моей талии стала чуть крепче, и он спокойно, с уважением кивнул моему брату:

— Я согласен, Алим. Для меня это честь.