«Без права на выбор».

Тяжело дыша, я поднялся на ноги и перевёл свой безумный, обещающий кровавую расправу взгляд на замершего в панике Ткачёва, а затем на Лиану, которая в ужасе жалась к его плечу. В моей голове на секунду вспыхнуло удивление, мгновенно сменившись новой, ещё более сокрушительной волной леденящей ярости. И только сейчас в моей голове начали складываться пазлы.

— Лиана, что ты тут делаешь? — выплюнул я, не веря собственным глазам.

— Она моя дочь, — вместо неё с издевательской ухмылкой ответил мне Ткачёв.

Я крепче сжал челюсти, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Ах ты крыса подлая... Решила со мной в игры вместе с отцом играть? — леденящим тоном процедил я, глядя блондинке прямо в её испуганные глаза.

Они скрыли то, что Лиана — дочь Ткачёва, моего злейшего врага. Подделали документы, водили нас за нос целый год! Если бы я знал, я бы её на пушечный выстрел к сестре не подпустил. Я еще крепче перехватил пистолет, целясь Ткачёву прямо между глаз:

— Теперь условия здесь ставлю я.

Аделина:

Я во все глаза смотрела на Аннара, который в порыве безумной, ярости вколачивал голые кулаки в лицо того соучастника, что только что пытался посягнуть на мою честь. В это же время Тарон и Ноян действовали чётко и быстро. Тарон мгновенно бросился к Джамиле, лихорадочно разрезая путы на её стуле, а Ноян подбежал ко мне, аккуратно освобождая мои связанные руки. Свободная верёвка упала на бетонный пол, но у меня не было сил даже просто встать — тело после жестоких побоев Лианы превратилось в одну сплошную ноющую рану. Я так и осталась сидеть на стуле, не в силах пошевелить и пальцем. Едва освободившись, Джамиля с рыданиями бросилась ко мне и крепко, отчаянно обняла меня за шею. От этого резкого движения я не сдержалась и громко закричала — всё моё избитое тело пронзило невыносимой, жгучей болью.

— Адель! Как ты?! — испуганно, в один голос спросили Тарон и Ноян, обеспокоенно вглядываясь в моё бледное лицо.

— Мне... мне очень плохо, — едва шевеля разбитыми губами, прошептала я, чувствуя, как перед глазами всё плывёт.

— Кажется, я сейчас упаду...

Тарон среагировал мгновенно. Он быстро достал из кармана чистый платок, бережно приложил его к моему окровавленному носу и аккуратно опрокинул мою голову назад, чтобы остановить непрекращающуюся струю крови. Сквозь пелену слёз и запрокинутую голову я продолжала видеть Аннара. Он всё ещё тяжело, страшно дышал, продолжая наносить удары по уже отключившемуся парню. Бетон вокруг них окрасился в багровый цвет.

— Пожалуйста... остановите его... — из последних сил простонала я, глядя на парней.

— Остановите Аннара, он же убьёт его...

Ноян лишь мрачно усмехнулся, даже не сдвинувшись с места. Его глаза были холодными:

— Пускай бьёт, Адель. Он наказывает его за то, что этот ублюдок посмел к вам прикоснуться. Смерть для него — слишком лёгкий исход.

В следующую секунду Аннар наконец оторвался от бездыханного месива на полу. Тяжело дыша, со стекающей с кулаков чужой кровью, он резко развернулся, вскинул пистолет и прицелился прямо в голову замершего от страха Ткачёва. В его взгляде не было и капли пощады.

— Схватить его, — леденящим тоном скомандовал Аннар своим вооружённым людям, которые тут же скрутили Ткачёва и Лиану, заламывая им руки. Опустив ствол, Аннар сорвался с места и бросился ко мне. На его лице, обычно таком холодном, сейчас читался дикий, страх за мою жизнь.

— Розочка... — хрипло позвал он, падая на колени перед моим стулом.

Я попыталась из последних сил приподнять руки, чтобы обнять его, прижаться к его сильной груди и наконец почувствовать себя в безопасности... Но мир вокруг окончательно померк. Силы полностью оставили меня, и я начала заваливаться набок, теряя сознание. Последнее, что я запомнила сквозь подступающую темноту — это то, как Аннар испуганно перехватил меня, крепко подхватил на руки и бережно прижал к себе.

Направленные к выходу шаги Аннара были быстрыми и тяжёлыми. На ходу он обернулся к своим людям и отдал приказ:

— Хорошенько побейте этих двоих. И держите здесь, под замком, пока я снова лично сюда не приеду. У самой машины Аннар на секунду остановился, переводя дыхание, и посмотрел на бегущую следом сестру.

— Джами, как ты? Сильно испугалась? — с глубокой нежностью и облегчением спросил он. Он свободной рукой крепко прижал к себе плачущую Джамилю, целуя её в макушку. Самый страшный кошмар этого вечера остался позади.

Аделина:

Я очнулась в своей комнате. В глаза сразу ударил мягкий, приглушённый свет ночника. Всё тело по-прежнему неприятно ныло, но той резкой, обжигающей боли больше не было. Возле моей кровати стоял незнакомый мужчина в белом халате, аккуратно складывающий медицинские инструменты в чемодан. Как оказалось, Аннар привёз ко мне лучшего врача города. Доктор обработал все мои раны, наложил аккуратные повязки на ссадины и сделал несколько успокаивающих уколов, от которых мне наконец-то стало легче. Когда врач тихо покинул спальню, дверь снова приоткрылась, и вошёл Аннар. Его лицо выглядело уставшим, а в карих глазах застыла глухая, бережная тревога. Он медленно подошёл и тихо присел на край моей постели.

— Как ты, розочка? — тихо спросил он, всматриваясь в моё лицо с искренним беспокойством и аккуратно накрывая мою ладонь своей тёплой рукой.

— Сильно болит?

— Уже лучше, спасибо, — ответила я, с трудом сглотнув.

Внутри меня всё ещё дрожало от пережитого ужаса, но сейчас меня волновало совсем другое.

— Аннар... Как Джамиля? Где она? С ней всё в порядке?

Мысли о Джами не давали мне покоя. Сердце обливалось кровью, когда я вспоминала её бледное лицо и слёзы. Пережить такое грязное предательство со стороны Лианы, которую она считала подругой целый год — это слишком тяжёлый удар для девочки. Я безумно за неё беспокоилась.

— С Джами всё хорошо, не переживай, — мягко успокоил меня Аннар, заметив мою панику.

— Физически она не пострадала. Сейчас она у себя в комнате, пытается уснуть. Тётя Марьям напоила её успокаивающим чаем и сидит рядом с ней.

Я тяжело выдохнула, чувствуя, как удушающий груз страха за сестру Аннара наконец-то спал с моих плеч. Мы действительно были дома. В безопасности. Я посмотрела на Аннара. Видя его уставшие глаза и то, как сильно он переживал за нас, я впервые за долгое время почувствовала к нему искреннюю благодарность. Он сдержал своё слово — приехал и спас нас в самую последнюю секунду. Не удержавшись, я слабо потянулась к нему навстречу. Аннар тут же подался вперёд, и я уткнулась лицом в его сильное плечо, позволяя себе просто тихо выдохнуть все остатки пережитого кошмара. Аннар бережно заключил меня в свои надёжные объятия, прижимая к себе так трепетно, словно я была хрупким стеклом, которое он боялся разбить. Он зарылся носом в мои волосы, со свистом выдыхая скопившееся за вечер напряжение, а затем аккуратно отстранился, взял моё лицо в свои ладони и с бесконечной нежностью поцеловал меня сначала в лоб, а затем несколько раз в кончик носа.

— Отдыхай, розочка. Я побуду здесь, — тихо произнёс он.

Аннар аккуратно обошёл кровать, и прилёг на покрывало рядом со мной. Он не пытался прижать меня к себе силой или сделать что-то лишнее. Он просто осторожно притянул меня к своему боку, позволяя устроиться на его плече, и его тёплая, крупная ладонь легла на мою голову. Аннар начал медленно, убаюкивающе гладить меня по волосам, перебирая прядки своими пальцами. Я закрыла глаза, слушая мерный, сильный стук его сердца под моей щекой, но сон никак не приходил. Стоило в комнате воцариться тишине, как в моей голове набатом снова зазвучал ядовитый голос Лианы на складе: «Я переспала с ним». Эти слова въелись в мой мозг. Внутри всё болезненно сжималось от грязной, удушающей правды. Значит, я для него всего лишь очередная временная замена? Мне до безумия хотелось резко оттолкнуть его, подняться и прямо сейчас спросить, правда ли это. Хотелось кричать от обиды. Но, почувствовав, как бережно его пальцы продолжают гладить мои волосы, а сам он глубоко и устало вздыхает, я заставила себя замереть. Нет. Сейчас точно не то время, чтобы ссориться и выяснять отношения. Мы только что выбрались из самого настоящего ада. Джамиля разбита предательством, я избита, а Аннар всю дорогу сюда рисковал жизнью ради нас. Я шумно выдохнула сквозь сжатые зубы, проглатывая эту горькую обиду, и посильнее зажмурилась. Я обязательно спрошу с него за Лиану. Но не сегодня.

Аннар:

Убедившись, что Адель заснула, я аккуратно убрал свою руку из-под её головы и поднялся с кровати. Моё лицо снова превратилось в ледяную, безжалостную маску. Забота и нежность остались в этой спальне. Сейчас мне нужно было закончить то, что я начал на складе. Я спустился вниз, сел в машину и поехал обратно в промзону. Ноян и мои люди ждали меня там. Когда я вошёл внутрь склада, Ткачёв и Лиана, избитые и связанные, сидели на стульях. В их глазах больше не было прежней спеси — там застыл чистый, животный ужас. Я медленно подошёл к ним, доставая пистолет, и хладнокровно снял его с предохранителя. Щелчок металла эхом разнёсся по складу. Ткачёв, тяжело дыша, сквозь силу сплюнул кровь на бетон и с диким вызовом посмотрел на меня. Даже на пороге смерти этот ублюдок пытался показать свои зубы.

— Стреляй, Исламов, давай! — хрипло, со злобным оскалом прокричал он мне.

— Но знай: мои люди на свободе. Они очень скоро найдут тебя, найдут твою сестру и твою девку. Вы все сдохнете!

Я даже бровью не повёл на его дешёвые угрозы. Я лишь крепче перехватил рукоять пистолета, приставил дуло прямо к его лбу и леденящим душу шёпотом отрезал:

— Нет, Ткачев... Не найдут. Потому что сейчас я тебя убью, а твоих шестёрок мои люди зачистят ещё до рассвета.

В следующее мгновение склад содрогнулся от оглушительного, резкого выстрела. Пуля прошла навылет. Обмякшее тело Ткачёва безжизненно повисло на верёвках. Всё кончено. Лиана закричала, глядя на мёртвое тело отца. Она забилась в путах в полной истерике, захлёбываясь слезами. Эта тварь целый год притворялась подругой Джамиле, внедрилась в мою семью, а потом избивала Адель. Физически марать руки о неё я не собирался — я не трогаю женщин. Но оставлять её здесь как свидетеля было нельзя. Я приготовил для неё наказание, которое полностью растопчет её жизнь, но при этом оставит меня чистым перед законом. Я повернулся к Нояну и холодно скомандовал:

— Уберите тело Ткачёва. Закопайте так, чтобы его кости никогда не нашли. Для всего мира он просто трусливо сбежал из страны. Затем я перевёл леденящий взгляд на задыхающуюся от ужаса Лиану:

— А эту крысу свяжите, завяжите ей рот и везите в город.

Мой план был просчитан до мелочей. Мои люди вывезли Лиану со склада и глубокой ночью подбросили её прямо к воротам городского отдела полиции, предварительно вложив ей в руки улики и флешку с записью, где она лично признаётся в вымогательстве акций и избиении. Для полиции это выглядело так, будто Ткачёв скрылся с деньгами, бросив дочь, а саму Лиану повязали за организацию похищения. У неё не было ни единого шанса заявить на меня — менты просто не стали бы слушать бредни пойманной преступницы, у которой на руках были все доказательства её вины. Лиана пошла по тяжелой статье за вооружённое нападение и похищение людей. Она проведёт за решёткой лучшие годы своей жизни. Я спрятал пистолет, сел в машину и поехал обратно домой. С врагами было покончено.