«Без права на выбор».

— Что тебе от меня нужно?! Отпусти меня, пожалуйста... — взмолилась я, судорожно вытирая катящиеся по щекам слёзы.

— Не плачь. Я не могу смотреть на твои слёзы, Деля, — вдруг тихо, с какой-то странной, заботой произнёс Аннар. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то живое.

— Это из-за тебя я плачу! Из-за тебя! — в отчаянии выкрикнула я.

Мои слова будто ударили его по самолюбию. Наткнувшись на обвинение, Аннар мгновенно помрачнел. Он резко нажал на газ, и машина с пробуксовкой тронулась с места.

— Хватит, я сказал! — рявкнул он, со всей силы ударив ладонью по рулю.

Звук удара вышел оглушительным, и я аж подпрыгнула на сиденье, мгновенно притихнув. Весь остаток пути мы ехали в гнетущей, звенящей тишине. Я лишь испуганно смотрела в окно, судорожно сжимая пальцами ткань своих штанов. Спустя некоторое время машина затормозила у ворот огромного, роскошного особняка. Аннар вышел первым. Он стремительно обошёл машину, рванул на себя пассажирскую дверь и, крепко перехватив моё запястье, буквально поволок меня в дом.

— Я не пойду! Отпусти меня! — отчаянно упиралась я, пытаясь затормозить своими Vans по гладкой плитке дорожки, но его хватка была железной.

Аннар с силой толкнул массивную дверь, и мы оказались внутри.Как только за нашими спинами с глухим щелчком закрылся замок, Аннар наконец разжал пальцы. Я резко отдернула руку, прижимая ладонь к груди. Моё запястье горело от его железной хватки.

— Ну вот ты и дома, Аделина, — негромко произнёс он, проходя вглубь просторного, залитого светом холла. Его голос в этих пустых стенах прозвучал слишком странно. Особняк внутри выглядел невероятно роскошно: мраморный пол, огромная винтовая лестница, уходящая на второй этаж, и идеальный, пугающий порядок. Мой внутренний перфекционист на секунду замер от восхищения, но страх тут же вернул меня в реальность. Я осталась стоять у самой двери, испуганно озираясь по сторонам.

— Это не мой дом, — с ненавистью выдохнула я, глядя на его широкую спину.

— Это твоё логово. Что ты со мной сделаешь? Аннар медленно остановился, неторопливо снял куртку, оставшись в одной белой футболке, и обернулся. Его тёмные глаза внимательно, не торопясь, скользнули по моей фигуре — от распущенных волос до носков обуви. Под этим пронзительным взглядом по коже пробежали мурашки, а сердце снова забилось где-то в горле.

— Для начала — научу тебя манерам, детка, — вкрадчиво ответил он, делая шаг в мою сторону.

— И напомню, что ты теперь работаешь на меня. Отрабатываешь жизнь своего непутёвого брата. Так что твой бунт мне не интересен. Я упрямо сжала кулаки, собираясь ответить ему какой-нибудь колкостью, как вдруг со стороны огромной гостиной послышалось тихое, несмелое мяуканье. Я вздрогнула и опустила глаза. Из-за угла медленно, настороженно переставляя лапы, высунулся пушистый дымчатый котёнок. Вернее, он уже заметно подрос, превратившись в красивого грациозного подростка, но эти прелестные испуганные глаза-бусинки я узнала бы из тысячи.

— Котёнок?.. — потрясённо прошептала я, мгновенно забыв обо всём на свете. Кот замер, принюхиваясь. Он уверенно потрусил прямо ко мне. Он подошёл к моим Vans, потёрся пушистым боком о широкие штанины и громко, на весь холл, преданно замурлыкал. Я растерянно подняла взгляд на Аннара. Он стоял, скрестив руки на груди, и молча наблюдал за нами. Его каменная маска безжалостного босса на секунду дрогнула, а в глубине тёмных глаз промелькнуло что-то тёплое, почти нежное.

— Ты… ты правда оставил его себе? — тихо спросила я, поглаживая дымчатую шёрстку, пока котёнок довольно жмурился у моих Vans.

— Я же сказал тогда: у меня ему будет лучше, чем на улице, — сухо ответил Аннар, но его голос уже не звучал так пугающе. Кстатизовут его Малыш.

Он развернулся и прошёл мимо меня в гостиную.

— Иди сюда. Я несмело двинулась за ним, а котёнок послушно потрусил следом, словно моя маленькая пушистая охрана. Но стоило мне переступить порог огромной, залитой солнцем гостиной, как у меня буквально отвисла челюсть. Настоящий авторитет, гроза всего города… жил в окружении целого кошачьего царства! На огромном дорогом диване, свернувшись клубком, спал роскошный, абсолютно чёрный кот.

— Это Вейдер, — тихо произнёс Аннар, заметив мой ошарашенный взгляд.

— Характер у него сложный, но если не лезть к нему, он не тронет. В этот момент из-за дизайнерской шторы вылезла трёхцветная кошка с забавным пятнышком на носу и тихонько зевнула.

— А это Куся. Рядом с ней — Бритта, — Аннар кивнул на изящную серую британку, которая царственно восседала на подоконнике. У меня в голове не укладывалось. Я переводила взгляд с роскошной мебели на пушистых обитателей этого дома. На специальном кошачьем комплексе, лениво потягиваясь, сидел ярко-рыжий, словно пламя, кот — Огонёк, а чуть ниже, на мягком коврике, умывалась белоснежная Грейс с невероятными голубыми глазами. Все они выглядели ухоженными, сытыми и абсолютно счастливыми.

— Вейдер, Куся, Бритта, Огонёк, Грейс, Мылыш… — перечислила я, чувствуя, как страх окончательно отступает, уступая место полнейшему шоку.

— Ты спас их всех? Аннар резко оборвал мой взгляд, будто испугавшись, что я слишком быстро разгадала его. Он снова попытался вернуть лицу холодное и непроницаемое выражение, но в его глазах всё равно читалось волнение.

— Я просто создаю для них правильные условия, Аделина, — негромко ответил он.

– Сейчас — тебе нужно отдохнуть. Пойдём, я покажу твою комнату. Она на втором этаже. Он повернулся к винтовой лестнице, а я осталась стоять, глядя ему в спину. Внутри меня всё перевернулось. Этот человек только что угрожал моему брату пистолетом, но его дом, полный спасённых кошек, говорил о нём совершенно другое. Кто же ты такой на саюмом деле, Аннар Исламов?

Я медленно пошла за ним вверх по винтовой лестнице. Аннар шёл впереди, и в его уверенных, размеренных шагах уже не было той ярости, что на заброшке. Мы поднялись на просторный второй этаж, и он остановился перед высокой белой дверью в конце коридора.

— Твоя комната, — Аннар нажал на ручку и распахнул дверь, пропуская меня вперёд. Я переступила порог и замерла от удивления. Комната была огромной, оформленной в светлых, пастельных тонах. Большое окно в пол выходило на зелёный сад, а посреди стояла роскошная двуспальная кровать с кучей мягких подушек.

— Здесь есть всё необходимое, — спокойно произнёс Аннар, проходя внутрь. Он остановился у окна, заложив руки в карманы брюк, и обернулся ко мне.

— Личная ванная за той дверью. Одежда и всё, что нужно, тоже есть.

Я растерянно переводила взгляд с пушистого ковра под ногами на этого пугающего и одновременно притягательного мужчину. В голове до сих пор не укладывался весь этот сумасшедший контраст, но самое главное не давало мне покоя.

— Зачем всё это, Аннар? — тихо спросила я, крепко сжав края своей зипки.

— И что это вообще было за условие на заброшке? Ты... ты серьёзно сказал, что я должна стать твоей девушкой, а в восемнадцать лет выйти за тебя замуж? Что за бред ты несёшь? Выдавать замуж за долги — мы что, в девятнадцатом веке?!

Аннар на секунду замер. Мои прямые, дерзкие слова заставили его каменную маску на мгновение треснуть. Он медленно вытащил руки из карманов и сделал несколько шагов в мою сторону. Расстояние между нами стремительно сокращалось, и моё сердце снова начало бешено колотиться — но теперь уже совсем не от страха. Он остановился так близко, что я почувствовала тонкий аромат его парфюма. Аннар чуть наклонился ко мне, заставив меня затаить дыхание. Его тёмные, пронзительные глаза внимательно всматривались в моё лицо, изучая каждую деталь.

— Я никогда не шучу, Аделина, — вкрадчиво, с опасной хрипотцой в голосе произнёс он, и от того, как он снова назвал моё имя, по спине пробежали мурашки.

— С этого дня ты моя. Это цена свободы твоего брата. Моё слово — закон.

От дикого возмущения у меня внутри всё вспыхнуло. Секундная вспышка ярости затмила весь мой страх, и я, не контролируя себя, с размаху дала ему звонкую пощёчину. Звук удара эхом разнёсся по просторной комнате. Голова Аннара слегка дёрнулась в сторону. На мгновение в комнате повисла мёртвая, оглушительная тишина. Аннар медленно повернул лицо обратно ко мне, и я увидела, как он сильно разозлился. Его челюсти судорожно сжались, на скулах заходили желваки, а тёмные глаза полыхнули таким опасным, диким пламенем, что у меня подкосились колени. Он выглядел пугающе. Напряжение между нами зашкаливало.

— Живо отдай мне свой телефон, — ледяным, едва сдерживаемым от ярости голосом приказал он, протягивая ко мне огромную ладонь.

— Почему это?! Не отдам! — выкрикнула я, делая шаг назад и инстинктивно прижимая руку к карману своих свободных штанов. Но Аннар не стал церемониться. Он сделал резкий шаг вперёд, мгновенно сокращая расстояние, железной хваткой перехватил моё запястье и без всякого труда сам вытащил мобильный из моего кармана.

— Ты будешь полностью отрезанна от внешнего мира до тех пор, пока не научишься себя вести, — ровным, не терпящим возражений тоном отрезал он, пряча мой телефон в карман своей куртки. Он на мгновение опустил взгляд на мои губы, тяжело и прерывисто дыша от гнева, и в этот момент между нами проскочила такая мощная, ощутимая искра, что в комнате, казалось, стало нечем выдохнуть. Аннар резко выпрямился, будто испугавшись собственной минутной слабости, и стремительно направился к выходу.

— Располагайся, — коротко бросил он уже у самой двери.

Дверь громко закрылась, и за ней с сухим щелчком повернулся ключ в замке. Я осталась стоять посреди огромной комнаты в полном одиночестве, без связи, потирая горящее запястье. Мои мысли, подпитываемые страхом и странным, звенящим волнением, теперь путались ещё сильнее.