Горечь пополам

Ночью они не спали.

Лежали на диване, смотрели в потолок. За окном шёл снег.

— Мартин, — сказала она.

— М.

— Ты боишься, что я не справлюсь с твоей славой?

Он помолчал.

— Боюсь, — признался он. — Но не потому, что ты слабая. А потому, что мир айдолов — жестокий. Фанатки могут делать больно. Компания может давить. Журналисты — копать.

— А ты? — спросила Рин. — Ты будешь меня защищать?

Он повернулся к ней.

— Всем, что у меня есть, — сказал он. — Своим именем. Своей музыкой. Своей жизнью.

Рин улыбнулась сквозь слёзы.

— Тогда я не боюсь.

Он поцеловал её. Медленно, нежно, без горечи.