Глава 17. Утро после
Она проснулась на диване в студии.
Светлые полосы утреннего солнца падали через мутное окно. Мартин спал рядом — голова на её плече, светлые волосы разметались по её футболке. Рука обнимала её за талию, как будто даже во сне он боялся отпустить.
Рин смотрела на него и не дышала.
Двадцать два года. Лидер группы, которая собирает стадионы. Автор песен, хореограф, продюсер. И он спит сейчас на её плече, и выглядит моложе своих лет, и не знает, что Рин уже придумала, как проведёт с ним следующую неделю, месяц, год.
— Ты смотришь, — сказал он сонно, не открывая глаз.
— Я пялюсь, — поправила она. — Ты сам учил разнице.
Он усмехнулся, открыл глаза. Серые с золотыми крапинками.
— Как спалось? — спросил он.
— Слишком хорошо. Я не привыкла.
— Привыкнешь. — Он потянулся, поцеловал её в лоб. — Кофе?
— С молоком.
— Я помню.
Они пили кофе молча. Сидели на диване, укрывшись одним пледом. За окном серел декабрьский Сеул, 2030 год подходил к концу.
— Мартин, — сказала она.
— М?
— Ты боишься?
— Чего?
— Что я не впишусь в твою жизнь. Что фанатки возненавидят меня. Что компания запретит тебе встречаться.
Он поставил чашку. Повернулся к ней. Взял за руки.
— Я боюсь каждый день, — сказал он. — С тех пор как увидел тебя в кафе. Ты пила эспрессо и морщилась, но улыбалась. Я подумал: «Эта девушка лжёт всем. Даже себе. Интересно, почему».
— И почему?
— Потому что ты думала, что не заслуживаешь ничего сладкого. Я знаю это чувство. Я живу с ним с тех пор, как стал айдолом. Но ты — первая, кто увидел меня без маски. И не сбежал.
Рин сжала его пальцы.
— А теперь?
— А теперь я пью кофе с молоком. И смотрю на тебя каждое утро. — Он наклонился, поцеловал её в уголок губ. — Это не страх. Это надежда. Я не помню, когда в последний раз её чувствовал.
Она закрыла глаза.
Семь пятнадцать. Солнце встаёт позже зимой, но всё равно встаёт. Как и они — каждое утро.