Непослушная адептка

Кристина едва успела перевести дух, когда дверь кабинета распахнулась без стука. В проеме стояла женщина, которая самим своим видом могла заморозить пламя в камине. Идеальная осанка, платье цвета спелой сливы и лицо, напоминающее изящную, но бездушную маску из фарфора.

​— Адриан, дорогой, я полагаю, ты задерживаешься с проверкой работ... — Она осеклась, заметив Кристину, стоящую слишком близко к декану. — О, я не знала, что у тебя сеанс дополнительного обучения с этой... юной леди.

​Адриан медленно отстранился, его лицо мгновенно стало непроницаемым, как гранит.

​— Леди Элеонора, — ровным голосом произнес он. — Позвольте представить вам адептку Дюамель. Она как раз собиралась уходить.

​— Собиралась? — Кристина почувствовала, как внутри всё заледенело. — Я полагаю, я уже ушла.

​Она бросила взгляд на Элеонору, заметив на её пальце массивный перстень с родовым гербом, который точь-в-точь повторял печатку на столе декана. Невеста. У него была невеста, а он стоял здесь, в полумраке кабинета, и говорил о хаосе и желаниях.

​— Адептка, стоять, — властно бросил Адриан, но Кристина уже проскочила мимо леди, едва не задев ту плечом.

​Кухни Академии: Ночной совет.

​— И ты просто убежала? — Селина, лучшая подруга Кристины, с хрустом откусила яблоко.

​Селина была полной противоположностью Кристины: тонкая, как тростинка, с копной рыжих кудрей и вечно испачканным в саже носом (последствия её любви к взрывным эликсирам).

​— А что я должна была сделать? Попросить её подвинуться, чтобы мне было удобнее отрабатывать штраф? — Кристина мерила шагами кухню, отчаянно жестикулируя. — Селина, он же декан! Он — воплощенный порядок! А у самого за спиной целый «фиктивный» или нет, но вполне официальный брак на горизонте! Всё, с этим покончено. Больше никаких взглядов, никаких поцелуев и никаких «дополнительных занятий».

​— Ну-ну, — хмыкнула подруга. — Ты видела его глаза, когда он на тебя смотрит? Он скорее отменит закон всемирного тяготения, чем позволит тебе просто так исчезнуть из его поля зрения.

​Коридоры Академии.

​На следующее утро Кристина старалась быть незаметной, как привидение. Но когда она завернула за угол по пути на лекцию по «Сложным темпоральным искажениям», её путь преградила высокая фигура.

​Адриан выглядел так, будто не спал всю ночь, но его высокомерие никуда не делось.

​— Дюамель, нам нужно поговорить. Вчерашнее...

​— Вчерашнее было ошибкой, господин декан, — Кристина выпрямилась, глядя ему прямо в глаза, хотя сердце предательски екнуло. — И пока вы не разберетесь со своей... официальной частью жизни, между нами не может быть даже обсуждения учебного плана. Когда разберетесь с невестой — тогда и поговорим.

​Она попыталась пройти мимо, но он перехватил её за локоть. Его пальцы были горячими, а взгляд — дерзким и собственническим.

​— Вы думаете, я так просто дам вам уйти? — прошептал он, склонившись к самому её уху. — Этот брак — лишь бумажная формальность, договор между семьями, который я намерен расторгнуть. Но это не делается за один щелчок пальцев, Кристина. Тут замешана родовая магия.

​— Значит, учитесь щелкать быстрее, — она решительно высвободила руку. — А пока я буду примерной ученицей. Настолько примерной, что вы забудете, как звучит мой голос.

​— О, сомневаюсь, — Адриан усмехнулся, и в его глазах блеснул опасный огонек азарта. — Вы — мой личный хаос, Дюамель. А от хаоса еще никто не избавлялся по собственному желанию. Я найду способ, даже если мне придется переписать законы магии.

​Кристина ушла, не оборачиваясь, зная, что впереди её ждет не просто учеба, а настоящая война характеров, где на кону стояло нечто большее, чем просто зачет в зачетке. Она решила, что всё кончено, но по тому, как горела её кожа в месте его прикосновения, она понимала: всё только начинается. И расторгнуть магический контракт невесты будет куда сложнее, чем взломать Запретную секцию.

Неделя превратилась в изощренную игру на выживание. Кристина, верная своему слову, стала «призраком дисциплины». Она не прогуливала, не взрывала котлы и даже — о боги! — сдала эссе по «Расщеплению мгновений» на два дня раньше срока.

​Но Адриан не был бы деканом Академии Хрономагии, если бы не умел мастерски манипулировать обстоятельствами.

​— Ты посмотри на него, — прошептала Селина, когда они сидели в общей столовой, ковыряя вилками овсянку, которая по вкусу напоминала мокрый картон. — Он же глаз с тебя не сводит. Если он прожжет в твоей спине дыру, я лично попрошу у него компенсацию за испорченную форму.

​Кристина мельком взглянула на преподавательский стол. Адриан сидел с безупречно прямой спиной, держа чашку с черным кофе так изящно, будто это был королевский скипетр. Его янтарный взгляд действительно был прикован к Кристине. Когда их глаза встретились, он едва заметно приподнял бровь, и в этом жесте читалось: «Долго ли ты выдержишь эту роль, маленькая бунтарка?»

​— Пусть смотрит, — буркнула Кристина, густо краснея. — У него там леди Элеонора в гостевых покоях шелка пересчитывает. Пусть на неё и любуется.

​— Кстати, о леди, — Селина заговорщицки придвинулась ближе. — Я слышала в лаборатории алхимии, что их контракт завязан на «Клятве Крови». Это не просто бумажка, которую можно порвать и выбросить в камин. Если он расторгнет её в одностороннем порядке, его магия может... ну, скажем так, превратиться в тыкву. Или он сам.

​Кристина замерла. Сердце болезненно сжалось. Она хотела, чтобы он был свободен, но не ценой его силы.

​Вечером того же дня, когда сумерки окутали замок сиреневым туманом, Кристина возвращалась из библиотеки. Путь пролегал через узкий мостик над Розовым рвом.

​— Адептка Дюамель, — этот голос она узнала бы из тысячи.

​Адриан стоял в тени арки, прислонившись к стене. Без своей официальной мантии, в одной лишь темной рубашке с расстегнутым воротом, он выглядел менее властным, но куда более опасным.

​— Господин декан, — Кристина попыталась пройти мимо, но он преградил ей путь, выставив руку. — Мы договорились. Разберитесь с невестой.

​— Это не так просто, и вы это знаете, — его голос был тихим, лишенным привычного холода. — Элеонора — не просто женщина из прошлого. Она — ключ к стабильности моего рода. Но она не та, кого я хочу видеть рядом, когда просыпаюсь.

​— А кого вы хотите видеть? — Кристина упрямо вскинула голову, хотя внутри всё дрожало от его близости. — Ту, что создает вам проблемы? Ту, у которой «лишние бока» и вечные отработки?

​Адриан сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство. Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь, заправил выбившуюся русую прядь ей за ухо.

​— Я хочу видеть ту, в чьих глазах горит золото, которое не купишь ни за какие родовые артефакты, — прошептал он. — И если вы думаете, что какая-то клятва крови остановит меня... вы плохо меня знаете.

​— Но Селина сказала, что вы потеряете магию! — выпалила Кристина, забыв о напускном безразличии.

​Адриан на мгновение замер, а затем его губы тронула дерзкая, почти мальчишеская усмешка.

​— Ваша подруга слишком много болтает. Но её забота трогательна. Послушайте меня, Кристина. Я не прошу вас быть «второй». Я прошу вас подождать. В Хрономагии есть лазейки, о которых не пишут в учебниках для студентов. Я найду способ разорвать этот фиктивный союз, не теряя себя.

​— И что мне делать до тех пор? — спросила она, чувствуя, как её решимость тает под его янтарным взглядом.

​— Будьте собой, — он наклонился к её лицу, обдавая теплым дыханием. — Ищите приключения, нарушайте правила, бесите меня своими выходками. Мне нужно знать, что мой «хаос» всё еще здесь.

​Он не поцеловал её — он лишь коснулся своим лбом её лба, и это интимное мгновение значило больше, чем любая страсть.

​— А теперь идите, — добавил он, возвращая себе строгий тон. — Пока я не назначил вам отработку за нахождение в коридоре после отбоя.

​Кристина хихикнула, вытирая невольную слезу.

— Вы невыносимы, Адриан.

— Я знаю, — донеслось ей вдогонку. — Именно поэтому мы идеальная пара.

Следующие несколько дней Кристина честно пыталась следовать совету Адриана — быть собой. Но быть собой, когда на тебя в коридорах смотрит леди Элеонора взглядом, способным превратить живого человека в ледяную статую, было непросто.

​Урок «Стихийных катаклизмов»

​— Кристина, если ты еще сильнее сожмешь этот флакон с эссенцией бури, мы все отправимся в незапланированный полет до соседнего королевства, — прошептала Селина, осторожно разжимая пальцы подруги.

​— Она смотрит на меня, Сел, — процедила Кристина, кивнув в сторону окна, где в школьном саду, в сопровождении свиты, прогуливалась невеста декана. — Она знает. Я чувствую это своим... правым боком.

​— Твой правый бок — это барометр неприятностей, — хихикнула подруга. — Но посмотри на это с другой стороны: если она злится, значит, Адриан действительно не дает ей повода чувствовать себя хозяйкой положения.

​В этот момент дверь аудитории распахнулась, и вошел Адриан. Сегодня он был в официальной мантии, расшитой серебряными часами, и выглядел настолько высокомерно, что даже самые шумные студенты замолчали.

​— Сегодняшнее занятие проведу я, — отчеканил он, проходя к кафедре. Его взгляд на долю секунды задержался на Кристине, и в нем промелькнуло нечто, похожее на искру одобрения. — Профессор по стихиям временно... недееспособен из-за неудачного контакта с огненным саламандром.

​— Наверняка Кристининых рук дело, — шепнул кто-то с задней парты. Адриан даже не повернул головы, но голос его стал холоднее льда.

​— Еще одно замечание, адепт Громов, и вы будете объяснять саламандру правила этикета лично.

​Прогулка с подвохом

​После занятий Кристина решила срезать путь через старую галерею, где хранились портреты бывших ректоров. Тишина здесь была почти осязаемой, пока её не нарушил шорох дорогого шелка.

​— Адептка Дюамель, — Элеонора стояла у окна, подбрасывая на ладони крошечный кристалл. — У вас очень... характерная внешность. Адриан всегда любил странные вещи. Артефакты с дефектами, редкие сорняки... и, как я вижу, проблемных студенток.

​Кристина остановилась, упрямо вскинув подбородок.

— Декан ценит таланты, леди Элеонора. А хаос — это тоже талант, если уметь им управлять.

​— Хаос — это мусор, который нужно выметать, — Элеонора подошла ближе, и Кристина почувствовала исходящий от неё холод. — Наш брак — это не просто прихоть. Это древняя Клятва Крови. Если он её нарушит, его магия иссохнет за три полнолуния. Вы действительно хотите стать причиной его гибели?

​Кристина почувствовала, как внутри всё сжалось. Прямолинейность была её коньком, но здесь она столкнулась с чем-то, что нельзя было просто «взломать» или переспорить.

​— Он сказал, что найдет способ, — тихо, но твердо ответила Кристина.

​— Способ? — Элеонора холодно рассмеялась. — Единственный способ расторгнуть клятву — это найти «Слезу Первого Хрономага», которая утеряна пятьсот лет назад. Если вы такая любительница приключений, может, отправитесь на поиски? Или вам проще подождать, пока он превратится в бессильного калеку ради вашей улыбки?

​Элеонора прошла мимо, оставив после себя запах горького миндаля и ледяную пустоту в душе Кристины.

​Решение

​Вечером Кристина не пошла в столовую. Она сидела на подоконнике в своей комнате, глядя на звезды.

​— Ну и что мы приуныли? — Селина ввалилась в комнату, таща за собой огромный старый фолиант. — Я тут провела небольшое расследование в библиотеке. Пока ты страдала, я нашла карту.

​— Какую карту? — Кристина встрепенулась.

​— Карту подземелий под Академией. Там, в самом низу, есть запечатанная комната. Говорят, там хранятся личные вещи Первого Хрономага.

​Кристина вскочила, её карие глаза вспыхнули золотом.

— Селина, ты понимаешь, что это значит? Если я найду эту слезу, он будет свободен. По-настоящему свободен. Без всяких жертв.

​— Я понимаю, что это значит еще одну порцию отработок, если нас поймают, — вздохнула рыжая. — Но, судя по твоему лицу, «непослушная адептка» возвращается в игру?

​— О да, — Кристина начала быстро завязывать шнурки на своих походных ботинках. — Если декан хочет хаоса, он его получит. Но сначала я спасу его магию. И его самого.

​В эту ночь в Академии Хрономагии стало на две пустые кровати больше. Приключение, пахнущее пылью веков и опасностью, только начиналось. А декан Адриан, сидя в своем кабинете и глядя на пустой пергамент, даже не подозревал, что его «личный хаос» уже отправился вскрывать самые охраняемые тайны школы.

​Спуск в подземелья Академии Хрономагии напоминал попытку проглотить кусок ледяного тумана. Ступеньки, высеченные из черного обсидиана, казались бесконечными, а магические светильники на стенах едва тлели, испуская тусклый фиолетовый свет.

​— Кристина, если нас поймают, я официально заявлю, что ты меня опоила зельем безрассудства, — прошептала Селина, вжимаясь в стену. — Тут пахнет сыростью и чьими-то несбывшимися надеждами на диплом.

​— Не ворчи, — Кристина поправила сумку, которая то и дело хлопала её по бедру. — Мы ищем «Слезу». Если я её найду, декан сможет выставить леди Элеонору за ворота раньше, чем она успеет сказать «родовое проклятие».

​Они миновали заброшенный склад старых песочных часов, которые тихонько шуршали, отсчитывая время, которого уже не существовало. Кристина чувствовала, как её сердце бьется в унисон с этим странным ритмом. Она знала: Адриан сейчас наверняка чувствует её отсутствие. Связь между ними, возникшая после того взрыва в библиотеке, была тонкой, как паутина, но прочной, как стальные кандалы.

​Ловушка «Зеркало Потерянных Часов»

​Путь преградила массивная кованая дверь, на которой не было ни замочной скважины, ни ручки. Только ровный круг из тусклого серебра.

​— Карта говорит, что это вход в личные покои Первого Хрономага, — Селина посветила на пергамент. — Но тут нужно «принести в жертву мгновение». Что это вообще значит? Мы должны здесь просто постоять?

​Кристина подошла ближе. Её отражение в серебряном круге выглядело странно: она видела себя не нынешнюю, а ту, какой была пять лет назад — с короткими косичками и вечно содранными коленками.

​— Нет, Сел. Тут нужна магия намерения, — Кристина прижала ладонь к холодному металлу. — Я должна отдать этому зеркалу одно из своих самых дорогих воспоминаний.

​Она закрыла глаза, и перед внутренним взором всплыл вчерашний вечер на мосту. Тепло рук Адриана, его лоб, прижатый к её лбу, запах полыни... Она почувствовала, как это мгновение начинает ускользать, вымываться из памяти, оставляя лишь холодную пустоту.

​— Нет! — выкрикнула она, отдергивая руку. — Я не отдам это. Найду другой путь.

​— Кристина, дверь открывается! — воскликнула Селина.

​Серебряный круг не забрал воспоминание — он просто проверил его «вес». Для древнего замка истинная привязанность адептки к декану оказалась куда более мощным ключом, чем любая жертва. Дверь со стоном отползла в сторону, обдавая девушек облаком вековой пыли.

​Тем временем в кабинете декана

​Адриан стоял у окна, сжимая в руке хрустальный бокал с вином, которое на вкус казалось уксусом. Он чувствовал беспокойство — тягучее, неприятное чувство в груди.

​— Она не в своей комнате, — проговорил он в пустоту.

​— Кто не в своей комнате, дорогой? — из тени кресла вышла Элеонора, грациозно поправляя кружевную манжету. — Твоя маленькая адептка? Я бы на твоем месте не волновалась. Такие, как она, всегда находят способ вляпаться в историю.

​Адриан резко обернулся. Его янтарные глаза светились недобрым огнем, а длинные каштановые волосы, обычно идеально уложенные, сейчас немного растрепались.

​— Если с её головы упадет хоть один волос, Элеонора, я найду способ расторгнуть нашу клятву крови, даже если мне придется сжечь этот замок до основания, — его голос был тихим, но в нем слышался рокот надвигающегося шторма.

​— Ты не посмеешь, — высокомерно ответила она, хотя в глазах промелькнула тень страха. — Ты потеряешь всё. Свою власть, свою магию...

​— Вы плохо меня знаете, леди, — Адриан поставил бокал на стол с таким стуком, что ножка треснула. — Я никогда не ценил порядок так сильно, как возможность наконец-то устроить настоящий беспорядок.

​Он сорвал со стены свой походный плащ. Магический компас на его столе бешено вращался, указывая вниз, в самые недра земли.

​В глубинах подземелья

​Кристина и Селина оказались в зале, заставленном странными статуями. Это были фигуры людей, застывших в самых нелепых позах: кто-то чесал затылок, кто-то пытался поймать невидимую муху, а один старик и вовсе застыл, пытаясь завязать шнурок.

​— Это не статуи, — Кристина в ужасе замерла. — Это те, кто попал в ловушку временного стазиса. Селина, не касайся ничего!

​В центре зала, на постаменте из прозрачного льда, сияла маленькая, размером с жемчужину, капля. Она переливалась всеми цветами радуги, и от неё исходила такая мощная аура покоя, что у Кристины на глазах выступили слезы.

​— Слеза Первого Хрономага... — прошептала она.

​Но стоило ей сделать шаг, как пол под ногами дрогнул. Статуи начали медленно поворачивать головы в их сторону. Их каменные веки заскрежетали, открывая пустые глазницы.

​— Кажется, «поговорить» с деканом нам придется раньше, чем я планировала, — Кристина попятилась, когда ближайшая статуя сделала тяжелый, неуклюжий шаг в её сторону. — Если мы отсюда выберемся, Селина, я клянусь: я больше никогда не буду прогуливать лекции по боевым заклинаниям!

​— Поздно каяться, Дюамель! — раздался громовой голос, эхом отразившийся от сводов зала.

​В проеме двери стоял Адриан. Его плащ развевался, а в руках горели два шара ослепительно-белого пламени. Он выглядел разъяренным, высокомерным и... абсолютно прекрасным в своем гневе.

​— Я же велел вам ждать! — крикнул он, пуская заряд магии в ближайшего каменного стража. — Почему вы вечно делаете всё по-своему?

​— Потому что я — ваш личный хаос, декан! — огрызнулась Кристина, бросаясь к постаменту со Слезой. — И я не собираюсь смотреть, как вы превращаетесь в тыкву из-за какой-то бледной леди в фиолетовом!

​Под грохот рушащихся камней и вспышки магии, Кристина протянула руку к артефакту, зная, что этот момент решит всё.

Пальцы Кристины сомкнулись вокруг «Слезы» в тот самый миг, когда тяжелая каменная рука ближайшей статуи просвистела в дюйме от её затылка. Артефакт оказался неожиданно теплым, он вибрировал в ладони, словно крошечное живое сердце, и по телу девушки мгновенно разлилось странное спокойствие, резко контрастирующее с творящимся вокруг безумием.

​— Поймала! — взвизгнула она, прижимая жемчужину к груди и едва успевая пригнуться под следующим ударом.

​— Дюамель, если вы сейчас же не переместите свою... весьма заметную персону в зону моей защиты, я лично перепишу ваше будущее в сторону вечной чистки туалетов! — взревел Адриан.

​Он стоял в центре зала, и его каштановые волосы развевались от потоков магии, вырывавшихся из ладоней. Белое пламя окутывало его фигуру, превращая декана в подобие гневного божества. Одним коротким пассом он воздвиг прозрачный щит перед Селиной, которая в этот момент пыталась отбиться от статуи увесистым томом «Основ алхимии».

​— Я уже иду! Не надо так кричать, у меня от вашего командного голоса мурашки не там, где надо! — огрызнулась Кристина, пытаясь протиснуться между двумя каменными стражами.

​Её стройная, но отнюдь не костлявая фигура сейчас сыграла с ней злую шутку: она буквально застряла между бедром гигантского хрономага и выступом ледяного постамента.

​— Селина, толкай меня! — прохрипела адептка, чувствуя, как ткань платья на бедрах опасно трещит.

​— Я не могу, я занята спасением наших жизней! — отозвалась подруга, швыряя в очередную статую флакон с самовоспламеняющейся смесью.

​Адриан, заметив бедственное положение своей «катастрофы», издал звук, средний между стоном отчаяния и рычанием. Он сделал резкий выпад вперед, и время вокруг Кристины замедлилось. Каменные монстры застыли в нелепых позах, а сам декан в два шага преодолел расстояние до неё.

​Его рука, жесткая и сильная, обхватила её за талию, буквально выдергивая из каменного плена. На мгновение Кристина оказалась прижата к его груди настолько плотно, что почувствовала бешеный ритм его сердца сквозь тонкий шелк рубашки.

​— Вы... — он на секунду замолчал, заглядывая в её карие-золотые глаза, — абсолютно, феерически невыносимы.

​— Зато со мной не скучно, — прошептала она, не в силах оторвать взгляд от его янтарных глаз, в которых сейчас бушевал настоящий шторм.

​— Уходим! Стазис долго не продержится! — Адриан подхватил Кристину под локоть, другой рукой перехватывая Селину, и потащил их к выходу.

​За их спинами зал начал рушиться. Древняя магия, охранявшая «Слезу», признала поражение, и подземелье решило похоронить своих секреты вместе с незваными гостями. Они летели по темным коридорам, едва касаясь ногами пола — Адриан буквально нес их на своей мане, не обращая внимания на летящую в лицо пыль и крошево обсидиана.

​Когда они наконец выскочили в заброшенное крыло библиотеки и дверь за ними захлопнулась, отрезая путь назад, в коридоре воцарилась тишина, нарушаемая только их тяжелым дыханием.

​Селина рухнула прямо на пол, обнимая свою сумку.

— Всё. Больше никаких приключений. Завтра же иду записываться в кружок по вышиванию гладью.

​Адриан же, тяжело дыша, медленно повернулся к Кристине. Он выглядел так, будто сам только что прошел сквозь временную петлю: воротник расстегнут, волосы рассыпались по плечам, а на скуле красовалась небольшая царапина.

​— Адептка Дюамель, — начал он своим «деканским» голосом, который, впрочем, изрядно подрагивал. — То, что вы сейчас сделали...

​— То, что я сделала, спасет вашу магию от этой фиолетовой выскочки, — Кристина сделала шаг вперед и раскрыла ладонь.

​«Слеза Первого Хрономага» сияла на её коже мягким, пульсирующим светом.

​— Теперь вы сможете расторгнуть контракт без всяких потерь. Вы будете свободны. И... — она запнулась, чувствуя, как упрямство начинает уступать место горькой обиде. — И я, как и обещала, уйду с вашего пути. Буду сидеть на задней парте и даже ни разу не назову вас «Адриан» вне этих стен.

​Она протянула ему артефакт, стараясь не смотреть на него. Но Адриан не взял жемчужину. Вместо этого он накрыл её ладонь своей, заставляя Кристину сжать пальцы обратно.

​— Вы действительно думаете, — тихо произнес он, делая шаг еще ближе, так что она снова почувствовала его жар, — что после того, как вы ради меня спустились в ад и выкрали артефакт, о котором легенды слагали веками, я позволю вам просто сидеть на задней парте?

​— Но вы же любите порядок... — пролепетала она.

​— К черту порядок, — Адриан дерзко усмехнулся, и в этой усмешке было столько любви и гордости, что у Кристины закружилась голова. — Мне нужен мой хаос. Мой невыносимый, бесстрашный и самый красивый хаос во всей академии.

​Он осторожно взял её лицо в свои ладони, игнорируя притихшую Селину, которая с интересом наблюдала за сценой с пола.

​— Я разберусь с Элеонорой сегодня же. А вы, адептка... завтра в семь вечера ждите меня. И на этот раз — никаких свитков. Мы будем обсуждать наше общее, крайне недисциплинированное будущее.

​Кристина хотела сказать что-то остроумное, но лишь кивнула, чувствуя, как золотистая каемка в её глазах сияет ярче любого артефакта. Приключение только входило в свою самую интересную фазу.