Карточное сердце

Это был мой первый поцелуй.

Стою все еще запредельно близко напротив него, а правая рука застыла у своих влажны губ, будто убеждаясь, что поцелуй и правда был.

Это был мой первый поцелуй.

«Это был мой первый поцелуй», – вторю себе я, безотрывно смотря ему прямо в глаза, но сама я нахожусь внутри своей головы, не обращая внимание ни на что вокруг.

Пять слов вертятся на языке, так и желая вырваться наружу, чтоб точно осознать происходящее, но я не в состоянии себе это позволить.

Непонимание, которое было внутри заставляло кружиться голову. Внутри было... разочарование? Нет. Испуг? Нет, что то приятное?...

Все внутри наотрез отказывалось воспринимать происходящее и уж тем более понимать, какие эмоции я испытываю и что чувствую. Это было не похоже на то, как однажды прохожий толкнул меня и нагрубил в ответ. Не было схоже с тем, как меня вогнали в смущение, публично ткнув носом в мою ошибку.

Это было чем-то отдалено похоже на первую азартную искорку, которую я получила в детстве. Испуг, но в то же время страх того, что мне понравилось. Страх того, что он так поступил и осознание, как это было отвратительно неправильно.

Этого не должно было быть так. Здесь. Сейчас.

Понемногу возвращаясь реальность я наконец всматриваюсь в его лицо, которое уверенно смотрит на меня, однако в глазах проглядывается то же непонимание, что и у меня. Не в состоянии отвести куда-то взгляд я вглядываюсь его зрачок, в котором еле заметно мое отражение.

И только сейчас до меня доходит, что мне срочно нужно уйти отсюда. Просто уйти. Даже если я когда-то в глубоких мыслях и хотела этого, это все еще было неправильно. Неправильно.

Все это не могло быть правильным. Ну конечно же! Я притащилась в покерный клуб. Это не может, не может не может быть правильным!

Лабиринт, в котором можно заплутать и ступить не на ту дорогу.

Постепенно приходя в себя, я отвожу взгляд в сторону и замечаю, что часть взглядов направлена в нашу сторону, вижу пристальный взгляд девушки с короткими шортами и на долю секунды встречаюсь взглядом с Андреем, который тут же отводит в сторону и вовсе отворачивается, что-то говоря той девушке.

Я делаю шаг назад, вновь смотрю на блондина, оборачиваюсь, смотрю на выход, и решительном шагом направляюсь в ту сторону, молча скрываясь за дверью. Сердце громко стучит, как только я оказываюсь в темном и безлюдном коридоре, который освещается лишь маленькими белыми лампочками вдоль стены. Чуть отхожу и тянусь в сумку, чтоб достать телефон и посмотреть сообщения Соньки, но руки совсем не слушаются, от чего мобильник падает на пол, а сзади слышен звук приоткрывшейся двери. Я стою спиной и дрожь пробегается по телу. Я уверена, что это он, но голос, который раздается меня даже радует, потому что он принадлежит той девушке с короткими шортами.

— Эй, ты че? — спрашивает она в своей манере и подходит ко мне, наклоняется и протягивает мне мой телефон, а я обращаю внимание на ее длинные черные ногти.

— Спасибо, — говорю я отстраненно и будто не узнаю свой голос. Подняв взгляд, я смотрю на девушку одинакового роста со мной с карими глазами, которые в темном коридоре кажутся почти черными, как и коричневые растрепанные волосы где-то по плечи, собранные в короткий хвост, оставляя беспорядочные пряди у лица.

— Блин, мне тут это, просили передать кое че, — говорит она и протягивает мне какую-то карточку.

Я хмурюсь и не сразу беру ее.

— Зачем это мне? Кто просил передать?

Она отводит взгляд и смотрит куда-то по сторонам, больше куда-то вверх, будто что-то там увидела

— Андрейка. Сказал типа отдать тебе, ты можешь приходить сюда по... понедельникам, вторникам, четвергам, субботам. Вроде типа того, я хз, сама не помню.

Я в очередной раз обращаю на ее манеру речи, но в общем-то меня это не сильно напрягало. Скорее забавляло, как по среди нормальных предложений у нее проскакивают слова паразиты.

Я стараюсь сосредоточиться на том, что она говорит и не возвращаться к мыслям о том, что произошло пару минут назад.

— Так погоди, что? Зачем? Это пропуск или что? — спрашиваю и в моменте ловлю себя на мысли, что я будто разговариваю с подростком, выпытываю информацию, в то время как она все также стоит с протянутой картой, цвет которой я плохо разбираю в темноте.

— Ну блин, прямо говоря, это пропуск в покерный клуб. Он хочет, чтобы ты приходила еще, так понятно? — спрашивает она и будто слышу в ее голосе небольшое раздражение о того, что она вынуждена пояснять мне все это.

Немного замявшись, я все же решаюсь принять карточку.

— Наконец, думала рука отсохнет, — говорит и убирает руки в карманы шорт.

Где-то внутри себя я задаюсь вопросом, почему же я приняла эту карточку, а не просто послала ее нахер и не ушла отсюда. Какого хрена! – ругаю я сама себя и готов зарядить себе знатного подзатыльника.

Она ничего не говорит и, решив, что это все, я собираюсь было поскорее уйти отсюда. Но она вновь открывает рот, из которого вырывается не совсем связанный, казалось бы, на первый взгляд, поток слов.

— Да подумаешь, поцеловал тебя. Я сама охерела по полной. Ну блин, че то я не думала, что он тот, кто будет так делать. Да, у него конечно было немало девчонок, с которыми он целовался, я сама видела...

Чем дальше она говорит, тем больше внутри меня что-то сжимается и мне становится противно, а чувство ревности сжирает все внутри.

— Блин, не стоит так говорить. Ну короче, я к чему. Мне кажется, ты ему нравишься?

— Это был мой первый поцелуй, — зачем-то решаю сказать я, думая, что терять уже нечего. Учитывая то, что я больше не собираюсь приходить сюда. Максимум если только прийти и заехать по его наглому личику.

— Да и что? Поцелуем больше, меньше. Мой первый был вообще за деньги. Да ладно, забей. Это правда мелочи все, — говорит она и легонько хлопает по плечу. — Я Света, кстати, — представляется она.

— Рада знакомству, — говорю я. — Я пойду.

— Ну пока, — бросает она и развернувшись, я скорее ухожу из этого длинного коридора, а после выйдя на улицу, достаю телефон и обнаруживаю, что время уже почти восемь вечера, а также вижу два пропущенных от Соньки и обнаруживаю порядка десяти сообщений. Однако первым делом я взываю такси, желая как можно скорее оказаться дома. И только как я усаживаюсь в машину, открываю переписку с подругой.

«Ты ушла в туалет и провалилась»

«Ну ты не могла там провалиться»

«Все, иду проверять»

«Ну и где ты?»

«Господи, ты меня с ума сведешь. Нельзя же так уходить в клубах и пропадать»

«Лина»

«Линаааа»

«Все, я звоню»

«Чудно, ты еще и вызовы сбрасываешь»

«Ладно, я домой. Надеюсь, ты там неплохо повеселилась. Напиши все таки, чтоб не волновалась, чудачка»

Немного поколебавшись, быстро набираю, что все в порядке, но возникли срочные обстоятельства. Соня что-то долго печатает, печатает, но в конечном итоге приходит краткое:

«Засранка»

Чрез десять минут я уже расплачиваюсь с таксистом и оказываюсь на пороге своей квартиры ужасно уставшая и с непонятным ощущением внутри. Я периодически вспоминаю то, что сегодня произошло, но каждый раз не хочу углубляться в мысли об этом, старательно отгоняя их как назойливых мух. А может, где-то глубоко я все еще не осознаю что сегодня произошло. Будто кажется, что это лишь моя выдумка, однако после я вспоминаю слова Светы. Раз она говорила про это, значит мне не могло показаться.

Одно я знаю точно. Теперь я точно не напишу ему. Катись ты к черту, идиот.

Как только я переступаю порог дома меня никто не встречает, но оно и понятно почему. Отсюда доносятся голоса своих родных и смех брата, скорее всего с шуточек моего папы. У них похоже чувство юмора, которое мы с мамой не до конца понимали, но тем не менее нам также было весело. Потому что это были родные нам люди.

— Персик. Сходила бы проверить что ли кто там, — слышу голос мамы и в ответ следует мяу. Однако ко мне никто не бежит.

Ничего не говорю, но разувшись, прохожу на кухню и сажусь за свободный стул рядом с братом.

— Я смотрю, вы тут решили все съесть и даже персик туда же, — усмехаюсь я и оглядываю стол, на котором красуется куча вкусностей в честь приезда брата и даже кошке перепало что-то.

Усевшись, я вижу тарелку перед собой, которую мне поставили и недолго думая, кладу туда два куска пиццы и наливаю сок в стакан.

— Когда учился в институте – мне казалось, что я только и делал, что отдыхал, - говорит папа и я принимаюсь есть, слушая их диалог. – Нет. Серьёзно. Мне когда-то говорили, что студенты отдыхают и в сессию учатся. Так я думал это все шуточки, а оказалась правда, — говорит он и брат улыбается. — А вам тут еще неделю без учебы поставили. Так это вообще роскошь, — говорит папа и после этих слов я мельком поглядываю на брата, доедая первый кусок. Теперь-то после утренних новостей приезд брата не кажется столь радостным. Во-первых, я знаю, что он жертвует учебой и пропускает пары. Во-вторых, я слышала сумму долга.

Я слегка улыбаюсь на папины слова, стараясь не выдавать внутреннее беспокойство.

— Ну а у тебя, Лина. Как твои дела? — спрашивает мама, наливая себе чай. На всех застольях она почти никогда не пила соки или лимонады, а больше предпочитала чай.

— Да нормально. У меня-то ничего необычного. Гуляю, учусь.

— С мальчиками? — осторожно спрашивает, от чего я слегка дергаюсь, учитывая, что произошло сегодня.

— Насколько мне известно, Соня все еще девочка, — слегка язвлю я, на что она слегка вздыхает.

— Как планируешь провести эту неделю? — спрашивает мама, обращаясь к Диме, который за все это время лишь мельком посмотрел на меня.

— Ну, хотел встретиться с кое-какими давними друзьями.

— Мы с папой хотели бы всей семьей куда-то съездить. На денек, например.

Я слегка вопросительно смотрю на маму, а после на брата.

— Я бы с радостью, но это же трата денег, — говорит он, на что мама хмурится.

— У нас как-то почти никогда не стоял вопрос, касаемо денег. Ну так. Ты не против?

Он немного мнется и наконец мы встречаемся взглядами.

— Да нет, я только за. — говорит он, и я сама была бы невероятно рада такой вылазке всей семьей. Однако внутри тянет беспокойство за брата и за его проблемы с деньгами.

А после диалог уходит в другое русло. Сначала папа рассказывает про свою работу, потом мама говорит о том, как продала одну из своих картин, а после и я решаю немного внести от себя и рассказываю про Соньку и про ее чудные выходки. Еще немного посидев, вес расходятся по комнатам.

А я, как только переодеваюсь, выхожу из комнаты и, немного подумав. Направляюсь к брату.

Неуверенно постучав в дверь, он говорит, чтобы вошла. Зайдя, я аккуратно закрываю за собой дверь, а брат лежит на кровати и залипает в телефоне.

— Как... как дела у тебя с этим? Ты вроде говорил, что сегодня хотел спросить у кого-то про долг...

Он не убирает телефон, но поджимает губы.

— Пока никак. Завтра съезжу поговорю с одним. Если нет, то получится часть у одного, часть у другого занимать, — он говорит, а после замолкает, и добавляет, чуть погодя: — Да не волнуйся ты, сестренка. Все будет отлично. В конце концов, всегда справлялся. Ты главное не бери на свой счет. Я сам все сделаю.

Немного молчу и в очередной раз возвращаюсь к мысли о пропуске, который лежал у меня в сумке.

— Не ты. Мы сделаем.