9 глава
Вечер после «великого противостояния» выдался тихим. Парни разошлись, оставив Ми Ра время, чтобы прийти в себя. Она сидела на старых качелях в глубине сада, глядя, как светлячки зажигаются в высокой траве. Телефон в руке казался тяжелым. Мама прислала три гневных сообщения, но Ми Ра даже не открыла их. Она знала: есть только один человек, способный сейчас всё исправить.
Ми Ра набрала номер сестры. В Бостоне было раннее утро.
— Ми Ра? — голос Ха Рин прозвучал бодро, на фоне слышался шум кофемашины. — Почему ты не спишь? У вас же полночь!
— Ха Рин... мама приехала на дачу, — выдохнула Ми Ра, и её голос предательски дрогнул. — Она хотела забрать меня силой. Прямо сейчас. В какую-то частную школу в Каннаме.
На том конце провода наступила тишина. Ха Рин была старше на пять лет и всегда была для Ми Ра не просто сестрой, а щитом. Именно она когда-то убедила маму отпустить Ми Ра на художественные курсы вместо математических. Мама прислушивалась к Ха Рин, потому что та была «успешным проектом»: университет Лиги Плюща, стажировка, безупречные манеры.
— И что ты сделала? — тихо спросила Ха Рин.
— Я отказалась. Я осталась здесь. С Сону... и друзьями. Мама в ярости. Она сказала, что лишает меня поддержки. Ха Рин, она даже не спросила, как я провела эти две недели. Она просто приехала с этим своим Пак Чжин У, как будто я — мебель, которую перевозят со склада на склад.
— Послушай меня внимательно, — голос сестры стал стальным. — Ты всё сделала правильно. Мама сейчас в эйфории от своего нового брака и пытается построить «идеальную жизнь», где всё должно быть по линеечке. Она забыла, что ты — живой человек. Не смей извиняться перед ней.
— Но она не станет меня слушать, ты же знаешь...
— Тебя — нет. А меня — да. Дай мне десять минут. Я позвоню ей. А ты иди и выпей чаю. И, Ми Ра... Сону сказал мне, что там за тобой приглядывает какой-то байкер? Смотри мне, если он тебя обидит — я прилечу из Бостона быстрее, чем его мотоцикл разгонится.
Ми Ра слабо улыбнулась.
— Он не обидит. Он единственный, кто заступился за меня сегодня.
Спустя полчаса телефон Ми Ра снова ожил. Но это был не звонок, а сообщение от мамы:
«Ха Рин объяснила мне свою позицию. Возможно, я была слишком резкой из-за стресса с переездом. Оставайся у тети до конца лета. Пак Чжин У оплатит твои счета, как и планировалось. Пожалуйста, будь осторожна с этим своим... другом. Поговорим позже».
Ми Ра выдохнула так глубоко, будто не дышала последние несколько часов. Она вышла за калитку. Хисын сидел на своем байке, прислонившись спиной к забору. Он не уехал. Он ждал.
— Ну что? — спросил он, заметив её взгляд. — Собираешь вещи или остаешься воевать дальше?
Ми Ра подошла к нему и, не говоря ни слова, обвила его шею руками.
— Остаюсь, — прошептала она ему в плечо. — Сестра всё уладила. Мама сдалась.
Хисын облегченно выдохнул, и его руки крепко обняли её в ответ.
— Твоя сестра, кажется, крутая женщина, — хмыкнул он. — Но на всякий случай я всё равно буду парковать байк поближе к твоим окнам.
— Почему?
— Потому что я не верю в мирные договоры, — он отстранился и посмотрел ей в глаза, в которых теперь не было страха, только нежность. — Я верю только в то, что могу защитить сам.
В 2026 году лето в маленьком поселке продолжалось. Теперь — официально, без побегов и без чувства вины. У Ми Ра впереди было два месяца свободы, камера, полная закатов, и Ли Хисын, который уже не казался просто «сумасшедшим байкером», а стал её целым миром.