В свете фар

Прошла неделя с тех пор, как я начала работать на Винсента.

Каждое утро было похоже на предыдущее, но сегодня я почему-то чувствовала себя особенно неуверенно. На мне были широкие тёмные джинсы и оверсайз-свитер. Формы у меня были совсем небольшими, поэтому за внешний вид я не опасалась. Я поправила шапку, под которую была убрана бо́льшая часть моих огненных волос, наружу выбивался только кусок чёлки. В правом ухе висела серьга-кольцо.

Машина стояла у участка Винсента. За эту неделю многое изменилось — и одновременно не изменилось ничего.

После того вечера с договором, Теодор писал мне. Обычно по вечерам, под предлогом того, что я теперь его личный водитель, и нам стоит узнать друг друга получше. Вернее, ему узнать Алекса.

Мне было стыдно.

Это уже не было просто прикрытием для безопасности, сейчас я действительно нагло врала в лицо, и ради чего? Ради работы? Или чтобы самой не опозориться перед Винсентом?

Он задавал много вопросов, на которые я отвечала довольно сухо, уклоняясь от правды. Спрашивал, далеко ли я живу, есть ли у меня семья. Приходилось врать. Теодор оказался неплохим собеседником. Он умел слушать. Но про себя практически ничего не рассказывал.

Мы обсудили график. Всё оказалось проще, чем я ожидала. Утром, к девяти, я отвозила его в бизнес-центр. Потом занималась своими делами. А к шести вечера приезжала за ним и везла обратно домой. Иногда по дороге мы заезжали в магазины или в кафе, где он ужинал.

Такой ритм меня устраивал. У меня было свободное время. Впервые за столько месяцев.

Когда я работала в такси, и на прошлых работах, его не было вовсе. А ещё раньше… раньше была бабушка. И глина. Мы лепили вместе, обжигали наши работы и ездили на рынок продавать их. Это было моё хобби и небольшой доход. И было ощущение, что жизнь — это не только выживание.

Иногда мне приходила мысль: а что если попробовать снова? Развить это дело. Делать больше изделий и продавать. Может, даже открыть маленький магазинчик. Я усмехнулась сама себе. Мечты.

Я не заметила, как открылась дверь машины. Очнулась, когда Теодор Винсент уже сидел рядом со мной. Впервые на переднем сиденье.

Я невольно вздрогнула, повернула голову и уставилась на него, не скрывая удивления. Его волосы цвета какао были аккуратно зачёсаны назад, их слегка припорошил снег. Он таял прямо на прядях. Теодор что-то печатал в телефоне, не обращая на меня внимания.

А я не могла отвести взгляд. Его лицо, повернутое в профиль, был слишком близко. Скулы, спокойное выражение лица и эта его сосредоточенность. И в этот момент он выпрямился, повернул ко мне голову и посмотрел прямо в глаза. В ту же секунду мне показалось, что он раскусил мой обман. Стыд и страх мгновенно накрыли меня. Вдруг он сейчас поймёт, что я не та, за кого себя выдаю.

Его янтарные глаза смотрели внимательно, и я не могла отвести от них взгляд. И только сейчас я заметила едва заметную россыпь веснушек под ними.

Он был симпатичен, приятен в общении, но его взгляды на мир злили меня. Его цинизм отталкивал. А чувство внутри, вспыхивающее от одного его взгляда, пугало.

Это был стыд? Или что-то другое?

Я почувствовала прикосновение к плечу и вздрогнула. От неожиданности я чуть не заговорила — ещё чуть-чуть, и точно бы конец. Теодор смотрел вопросительно. Ужас, сколько я на него пялилась? Я повернулась к рулю и крепко взялась за него.

Он убрал руку, будто ничего не произошло, и снова уткнулся в телефон.

Машина тронулась с места, и мы поехали к бизнес-центру. Моё лицо всё горело.

После того как я отвезла Винсента, я ехала к Маре. Сегодня была суббота, у неё выходной, и мы заранее договорились посидеть утром у неё, она должна была приготовить шарлотку и лимонный чай.

От бизнес-центра до её дома было минут десять, так что я доехала быстро. Припарковалась у многоэтажки и пошла к подъезду. Мара жила на четвёртом этаже, и, заметив мужчину у лифта, я решила подняться пешком. Где-то между вторым и третьим этажом я услышала тявканье Ореха. Я улыбнулась, переступая с одной ступеньки на другую. Дверь в квартиру была уже приоткрыта, и Мара выглядывала наружу.

— Увидела тебя в окно, — произнесла она и тут же кинулась обнимать меня.

На ней был розовый плюшевый халат. А её длинные волосы были слегка растрепаны и собраны в неуклюжий хвост.

— Привет, — ответила я, обнимая её в ответ.

Орех путался под ногами, подпрыгивал и настойчиво цеплялся за штаны. Я наклонилась, подняла его и чмокнула в холодный нос. Он тут же лизнул меня в ответ, радостно виляя хвостом.

Мы вошли в квартиру, и меня сразу накрыл сладкий, душистый аромат яблочной шарлотки. В животе предательски заурчало.

— Раздевайся, Алекс, — хихикнула Мара. — Пойдём завтракать.

Я вздрогнула. Имя резануло слух. Эта история уже не казалась мне смешной или безобидной. Я всё чаще ловила себя на желании избавиться от этой личности — Алекса. Но как, я пока не знала.

Я прошла на кухню вслед за Марой. На маленьком диванчике за столом, на моём обычном месте, спал пушистый Сыр. Я аккуратно взяла рыжего кота на руки, села и уложила его себе на колени. Он был тёплый, мягкий и умиротворяюще тяжёлый.

— Мар… я не знаю, что мне делать, — призналась я, поглаживая кота, пока она резала шарлотку на кусочки.

— В каком смысле? — не оборачиваясь, спросила она.

— В самом прямом. Как мне признаться Теодору, что я девушка.

Мара замерла на секунду, но ничего не сказала.

Пару дней назад, когда мы гуляли, я уже рассказала ей всё — точнее, про тот день, когда везла Теодора и Себастьяна, про разговор в машине. Тогда она сказала, что я могу поработать у него пару месяцев, подкопить денег, а потом просто уйти. Всё равно работа неофициальная.

Идея показалась мне разумной. Значит, лгать я буду недолго.

— Мы же уже решили, — сказала Мара, ставя на стол тарелки. — Ты заработаешь денег и уйдёшь. Найдём тебе другую работу.

— Да, но… — я замялась. — мне правда нравится этот рабочий ритм. Не хочется уходить.

В голосе прозвучала грусть, которую я даже не пыталась скрыть.

Мара поставила на стол кружки с чаем и села рядом.

— Ну, есть один вариант, — медленно начала она. — Если ты всё равно планируешь уйти через пару месяцев, то перед этим можешь признаться ему. Просто посмотреть на его реакцию. А дальше… — она пожала плечами. — Дальше твоя судьба будет уже в его руках.

И подмигнула. Я усмехнулась, оттого как она это сказала.

— А вообще, этот твой Винсент, какой-то токсик, если судить по твоим рассказам, — добавила она. — Может, у него был не самый удачный опыт с девушками?

— Я даже не хочу об этом думать, — честно сказала я. — Это его личная жизнь. Когда он говорил с братом, он ясно дал понять, что девушки для него, только развлечение. Так что не уверена, что он захочет держать меня, когда узнает правду.

— Да… — протянула Мара. — Как всё сложно.

Она вдруг оживилась.

— Меня, кстати, на свидание позвали.

Мара встала и пошла за телефоном.

— Кто? — заинтересовалась я.

Она вернулась, села рядом и на секунду замолчала, теребя телефон в руках.

— Самуил. Мой наставник в вет. клинике.

Её щёки залились румянцем.

— Самуил? — я удивлённо подняла брови, отхлёбывая лимонный чай. — Ему же почти сорок.

— И что... — тихо сказала она.

— Куда позвал-то?

Мара посмотрела на меня, вся пунцовая.

— В ресторан Vin & Cent.

Я замерла.

— Ничего себе, — выдохнула я. — При деньгах дядя, раз в ресторан Винсентов зовёт. — И ты пойдёшь? — осторожно спросила я. — Он тебе нравится?

Мара ковыряла ложкой шарлотку.

— Я сама не понимаю… Ты же знаешь, я никогда раньше не влюблялась. Просто чувствую, что он мне интересен. С ним комфортно. И он довольно симпатичный. Не женат, детей нет. Но мне очень страшно, и разница в возрасте такая…

Она резко подняла на меня взгляд и схватила меня за руки.

— Алексия, пожалуйста. Пойдёшь со мной? Просто посидишь за другим столиком, понаблюдаешь. А я оплачу тебе всё, что ты там закажешь.

Я подавилась чаем. Неожиданное предложение.

— Конечно… пойду. — Сказала я, откашлявшись. — Но, Мар… это всё-таки немного странно. Не женат, детей нет, а тут ты — молодая, красивая. Может, он думает завести семью?

— Либо просто хочет развлечься, — тихо сказала она.

Я сжала её ладонь.

— Всё будет хорошо. Я буду рядом.

Мара показала мне его фотографии. Я ожидала увидеть большого бородатого дядьку с тяжёлым взглядом, но на экране оказался мужчина спортивного телосложения. На вид и не скажешь, что ему сорок, максимум тридцать. Правда волос у него не было, и на лице было видно пару морщин.

Мы доели шарлотку и допили чай. Потом Мара попросила отвезти её в ближайший торговый центр, подобрать наряд к свиданию. Я согласилась и решила пройтись с ней заодно.

В ТЦ я всё ещё была Алексом, в мужском облике, в привычной для меня маске. Мы ходили по бутикам, перебирали вешалки, смеялись.

В итоге Мара остановилась на длинном бежевом платье. Оно выглядело так, будто сошло со страниц старинного романа: высокий кружевной воротник, полупрозрачные рукава-фонарики, воздушные рюши у груди и плеч, словно застывшие всплески воды. Талия перехвачена простым поясом, а юбка мягко спадала складками. Лёгкость и изящество в каждом штрихе.

Цена: тридцать пять тысяч. Мара влюбилась в него. И решилась на то, чтобы приобрести его.

В том же бутике я заметила другое платье, короткое, шоколадного оттенка. Приталенный лиф с аккуратными сборками, пышные рукава-фонарики, придающие образу лёгкую театральность, и короткая расклёшенная юбка, которая будет подчёркивать ноги. Скромное, но выразительное. Двенадцать тысяч. Мне стало жалко тратить такие деньги. Лучше купить продуктов домой.

— Нравится? — вдруг спросила Мара, подходя ближе. — Примерь. Если понравится, я куплю, всё-таки из-за меня ты пойдёшь туда.

— Мар, я так не могу, — сразу возразила я.

— Алексия, не будь душной, — рассмеялась она. — Это мой подарок. Я обижусь, если откажешься.

Я вздохнула, и мы пошли в примерочные. Наверное, со стороны выглядело странно: якобы парень несёт платье в примерочную. Но ничего, двадцать первый век.

Платья сели идеально. Мы обе выглядели так, словно собирались не на обычный вечер, а в другую жизнь.

Когда мы вышли из ТЦ, было уже около пяти. Я отвезла Мару домой, заодно узнала, что свидание будет в понедельник, и поехала за Теодором.

По пути в коттеджный посёлок ноги гудели, спина ныла. Так долго по магазинам я не ходила уже очень давно. Теодор снова ехал на заднем сиденье, уткнувшись в телефон. И как его вообще понимать? То впереди, то сзади.

Вдруг раздался телефонный звонок.

Чёрт. Это мой телефон. Я внутренне напряглась. Старалась сделать вид, что не слышу мелодию. Надо было отключить звук, зачем глухонемому телефон на звуке?

Глухонемой водитель, который отвечает на звонки, выглядел бы… странно. Ладно, просто отклоню. Всё равно номер незнакомый.

Я нажала «сбросить». Теодор даже ни разу не поднял головы. Не посмотрел. Ну и ладно.

Через пару минут уже он поднёс телефон к уху.

— Алло. Я уволил Карлу, — его голос был недовольным и резким. — Она мешает мне работать, разбирайся с ней сам. Если так её любишь, то возьми к себе в ресторан.

Я невольно подслушивала. Карла… где-то я уже слышала это имя. Девушка Себастьяна кажется, значит он говорит с ним.

— Я уже не раз её штрафовал, — продолжил Теодор. — Клиенты постоянно жалуются. Извини, но так дальше не может продолжаться. Решай всё сам.

Потом он молча, держа телефон у уха.

— Всё, давай. Мне нужно отдохнуть — суббота. Завтра увидимся.

Он сбросил вызов.

Мы почти выехали из Москвы, когда мне пришло сообщение.

«Теодор В: Сорри, друг. Можешь развернуться и поехать по этому адресу.

(Геопозиция)

Надо кое-куда заехать.»

Я отправила эмодзи в виде руки — «ок».

Открыла геопозицию. Ехать было минут двадцать. Район возле метро «Парк Победы». Я прибавила газу, дороги, к удивлению, были свободны.

Мы подъехали к какой-то пятиэтажке. Я остановилась у обочины и включила аварийку. Теодор вышел из машины, и закурил. Я достала телефон и зашла в чат с Марой. Она прислала фотографии нескольких вариантов макияжа для своего образа на свидании. Я отметила третий — нежный, светлый, и представила её облик.

Тут Теодор сел обратно в машину, на заднее сиденье... и не один. Рядом с ним устроилась девушка. Длинная белая шуба, короткое розовое платье, усыпанное блёстками, высокие белые кожаные сапоги. Её рука сразу легла ему на колено.

К щекам прилил жар. Пришло сообщение.

«Теодор В: Алекс, теперь сюда.

(Геопозиция)

Потом можешь ехать домой. Завтра в полдень заедешь за мной.»

Я открыла адрес — Отель. Ну да, я так и подумала, он же собрался «Отдохнуть». Машина тронулась. Ехать было минут пятнадцать.

Пока мы ехали, я с интересом рассматривала девушку краем глаза. Идеальное лицо. Минимум макияжа. Аккуратные черты. Пастельно-розовые волосы. Голубые глаза, как спокойное озеро.

В последнее время в этой машине все были словно с обложек журналов. Одна я здесь выглядела лишней.

— Тео, а мы сегодня куда? — она прикусила губу, оглядывая его снизу-вверх.

— Элизабет, я же просил не называть меня так, — холодно ответил он. — В «Рэдиссон». Завтрак включён.

— М-м… — протянула она разочарованно. — А почему не в Сити?

— Надоело, — коротко бросил он, снова уставившись в телефон.

— Я вообще-то с тобой разговариваю, — обиженно сказала она. — Может, хватит в телефоне сидеть?

— Я плачу тебе не за разговоры, — спокойно ответил он. — Так что можешь не утруждаться.

— Пф, — фыркнула девушка и отвернулась к окну.

Мы доехали. Я остановилась ровно напротив входа в гостиницу. Теодор вышел, обошёл машину, открыл Элизабет дверь и подал ей руку.

Надо же! Какой джентльмен.

Он кивнул мне в знак благодарности, и они скрылись за дверями отеля. Я развернулась и поехала домой. По дороге внутри что-то неприятно жгло. И я не понимала, что это. Злость из-за того, что Теодор видит в девушках только их тела? Раздражение из-за его холодности и цинизма? Или… мне просто не понравилось, что рядом с ним была девушка?

Я не знала. И не хотела разбираться. Но мне не нравилось это чувство.