Рождения чего то нового
Курацуки стоял посреди двора, не сводя взгляда с дома.
Изнутри снова доносились голоса медиков.
Чакра вокруг лиса дрожала от напряжения.
— Выбирайте лучше...
Тихо произнёс он.
Все обернулись к нему.
— Либо Акира...
Он сжал когти.
— Либо вы останетесь без неё.
Хаул побледнел ещё сильнее.
Канкуро резко шагнул вперёд.
— Хватит!
Его голос прозвучал неожиданно жёстко.
Даже Рэн удивлённо посмотрел на него.
Канкуро смотрел прямо в глаза Курацуки.
— Я не собираюсь выбирать между своей женой и её другом.
Курацуки нахмурился.
— Тогда приготовься потерять её.
— Нет.
Ответил Канкуро.
— Я буду верить в неё.
Во дворе снова стало тихо.
Канкуро сжал кулаки.
— Ты знаешь Акиру лучше всех.
— Она пережила войну.
— Потеряла друзей.
— Спасала людей ценой собственной жизни.
— Объединила кланы, которые тысячу лет убивали друг друга.
Он указал на дом.
— И ты хочешь убедить меня, что она сдастся сейчас?
Курацуки молчал.
— Она сильнее этого.
Тихо добавил Канкуро.
Рэн кивнул.
— Он прав.
— Акира всегда находила способ выжить.
— Даже тогда, когда никто уже не верил.
Хаул вытер глаза рукавом.
И тоже шагнул вперёд.
Маленький.
Испуганный.
Но решительный.
— Мама обещала...
Все посмотрели на него.
— Она обещала познакомить меня с малышом.
— А мама никогда не нарушает обещаний.
По двору прокатилась волна молчания.
Даже Курацуки замер.
Сноу тихо прижался к ноге Хаула.
Именно в этот момент из дома донёсся новый голос.
Не крик.
Не команда медиков.
А громкий плач новорождённого ребёнка.
На несколько секунд весь мир словно остановился.
Все замерли.
Канкуро перестал дышать.
Хаул широко раскрыл глаза.
Рэн резко повернулся к дверям.
И даже Курацуки застыл.
Плач прозвучал снова.
Громкий.
Живой.
Настоящий.
А через мгновение дверь дома распахнулась.
Дверь дома медленно открылась.
На пороге появилась Цунаде.
На руках она держала новорождённого ребёнка, завернутого в одеяло.
Но её лицо было настолько серьёзным, что у всех внутри всё оборвалось.
Канкуро резко побледнел.
Хаул замер.
Рэн стиснул кулаки.
Даже Курацуки перестал дышать.
Цунаде обвела всех взглядом.
А потом тяжело вздохнула.
— Мне жаль...
Во дворе повисла мёртвая тишина.
Канкуро побелел как полотно.
Хаул почувствовал, как ноги стали ватными.
Курацуки опустил голову.
Но вдруг уголки губ Цунаде дрогнули.
— Да шучу я.
Повисла пауза.
— Он вон уже на ногах.
Все одновременно моргнули.
— ЧТО?!
Заорал Канкуро.
Из дома послышался знакомый смех.
На пороге появилась Акира.
Уставшая.
Бледная.
Но живая.
И вполне уверенно стоящая на ногах.
— Цунаде-сама...
Сквозь смех произнесла она.
— Когда-нибудь вас точно побьют за такие шутки.
— Не сегодня.
Усмехнулась Цунаде.
Канкуро уже через секунду оказался рядом с женой.
Крепко обнял её.
Так крепко, что Акира тихо пискнула.
— Канкуро...
— Ты меня до смерти напугала.
Пробормотал он.
— Вообще-то я рожала.
— Это детали.
Акира закатила глаза.
Тем временем Курацуки подбежал к ней.
На его морде читалось искреннее непонимание.
— Как...
Он замер возле неё.
— Как ты...
— Я ведь чувствовал...
Акира улыбнулась.
И привычно почесала его за ушком.
Курацуки сразу прикрыл глаза.
— Курацуки...
Мягко сказала она.
— Это была нестабильная чакра.
Лис удивлённо поднял голову.
— Что?
Акира посмотрела на младенца в руках Цунаде.
— Похоже...
— Этот ребёнок родился со способностью забирать чакру окружающих.
Во дворе снова наступила тишина.
Рэн нахмурился.
— Забирать чакру?
— Совсем немного.
Ответила Акира.
— Но во время родов он случайно начал тянуть мою чакру.
— Поэтому ты решил, что я умираю.
Курацуки несколько секунд молчал.
Потом резко отвернулся.
— Значит...
— Я зря готовился умереть.
Акира не выдержала и рассмеялась.
— Получается, что так.
— Какое унижение.
Пробурчал Курацуки.
Рядом тихо хихикнул Рэн.
— Первый раз вижу обиженного духовного лиса.
— Замолчи.
Фыркнул Курацуки.
Именно в этот момент Хаул наконец заметил ребёнка.
Его глаза стали огромными.
— Это...
Он подошёл ближе.
Очень осторожно.
— Это мой братик?
Акира улыбнулась.
— Да.
Хаул смотрел на младенца так, словно перед ним было величайшее сокровище в мире.
— Он маленький...
Прошептал мальчик.
Сноу тоже подошёл ближе и осторожно ткнулся носом в одеяло.
Малыш открыл глаза.
Яркие.
Удивительно светлые.
И посмотрел прямо на Хаула.
Хаул застыл.
А потом широко улыбнулся.
— Привет.
Тихо сказал он.
— Я твой старший брат.
И обещаю...
Он вспомнил свои слова, сказанные ещё до рождения малыша.
— Я всегда буду тебя защищать.
Акира почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.
На этот раз — счастливые.
Потому что её семья стала ещё больше.
И потому что рядом с новорождённым уже стоял человек, который был готов любить его всем сердцем.
Во дворе повисла такая тишина, что было слышно даже дыхание людей.
Хаул уже не сводил глаз с мальчика на руках Цунаде.
Но вдруг за спиной Акиры появилась медсестра.
А на её руках был ещё один свёрток.
Маленький.
Аккуратно укутанный в одеяло.
Все замерли.
— Что?..
Пробормотал Канкуро.
Медсестра улыбнулась и осторожно показала ребёнка.
Это была девочка.
С тёмными волосиками и крошечным носиком.
Рэн застыл.
Темари уронила челюсть.
Шикамару медленно произнёс:
— Вот это уже действительно хлопотно...
Акира рассмеялась.
— Хаул.
Мальчик перевёл взгляд на неё.
— Это твоя сестра.
Хаул моргнул.
Потом посмотрел на мальчика.
Потом на девочку.
Потом снова на мальчика.
И снова на девочку.
Его мозг явно пытался осознать происходящее.
— Сестра?..
— Да.
— И братик?..
— Да.
Хаул открыл рот.
Закрыл.
Снова открыл.
— ДВА?!
Во дворе раздался смех.
Даже Цунаде не смогла удержаться.
Акира кивнула.
— Два.
— У тебя теперь три младших.
— Шикодай...
Она указала на сына Темари.
— И близнецы.
Хаул застыл.
А потом его лицо расплылось в такой счастливой улыбке, что она могла осветить половину Конохи.
— У МЕНЯ ДВА МЛАДШИХ?!
Он подпрыгнул на месте.
Сноу радостно тявкнул рядом.
— ДВА!
Канкуро всё ещё пытался прийти в себя.
— Подожди...
Он посмотрел на Акиру.
— Ты хочешь сказать, что всё это время...
— Да.
Улыбнулась Акира.
— У нас были близнецы.
Рэн тихо рассмеялся.
— Похоже, старые свитки ошибались ещё сильнее, чем мы думали.
Курацуки внимательно посмотрел на обоих малышей.
И вдруг замер.
— Теперь понятно.
Все посмотрели на него.
— Что понятно?
Спросила Акира.
Лис посмотрел сначала на мальчика.
Потом на девочку.
— Чакра.
— Она была двойной.
— Поэтому я решил, что с тобой что-то происходит.
Цунаде кивнула.
— Мы тоже поняли это только во время родов.
— Один ребёнок поглощает чакру.
— А вторая её создаёт.
Во дворе снова наступила тишина.
Рэн удивлённо поднял брови.
— Серьёзно?
— Абсолютно.
Ответила Цунаде.
— За свою жизнь я такого ещё не видела.
Хаул тем временем уже стоял рядом с близнецами.
Очень серьёзный.
Очень сосредоточенный.
— Так...
Пробормотал он.
— Теперь мне нужно защищать сразу двоих.
Шикамару тихо усмехнулся.
— Не завидую тебе.
— Я справлюсь!
Уверенно заявил Хаул.
Потом посмотрел на малышей.
— Потому что я старший брат!
И в этот момент девочка неожиданно открыла глаза.
Совсем как Акира.
Ярко-зелёные.
Все сразу замерли.
А мальчик, наоборот, нахмурился во сне точно так же, как Канкуро.
— Ну всё.
Рассмеялась Темари.
— Теперь точно видно, чьи это дети.
А Акира, обнимая мужа и глядя на своих троих детей, впервые за долгое время почувствовала, что её семья стала именно такой, о какой она когда-то мечтала.
Не успели все оправиться от новости о близнецах, как со стороны квартала Инарицу раздался топот.
Кто-то нёсся сюда на полной скорости.
— ААААААА!!!
Все обернулись.
По улице мчался Зак.
Волосы растрёпаны.
Одежда перекошена.
Лицо в панике.
Рэн посмотрел на него и сразу нахмурился.
— Только не снова...
Зак подлетел к ним.
— КУРАЦУКИ!!!
— ГДЕ КУРАЦУКИ?!
— Что случилось?!
Одновременно спросили несколько человек.
Зак судорожно вдохнул.
— ЮКИ!!!
— Она рожает!!!
Во дворе повисла тишина.
Курацуки застыл.
А потом его глаза расширились.
— Что?..
— Уже?!
— ДА УЖЕ!!!
Зак схватился за голову.
— ИХ ДВОЕ!
Курацуки замер ещё на секунду.
А потом...
— ЮКИИИИ!!!
Сорвался с места.
На такой скорости, что за ним поднялось облако пыли.
Все провожали его взглядом.
Хаул моргнул.
— Он только что убежал быстрее Наруто?
— Кажется, да.
Ответил Шикамару.
Канкуро тихо рассмеялся.
— Теперь понятно, от кого Хаул такой.
Несколько минут спустя издалека послышался радостный вой.
Потом второй.
Потом третий.
Зак облегчённо выдохнул.
— Значит всё хорошо.
Через некоторое время Курацуки вернулся.
Гордый.
Счастливый.
Словно выиграл войну в одиночку.
На его морде красовалась улыбка.
Настоящая.
Широкая.
Рядом с ним шагала Юки.
Уставшая, но довольная.
А между ними шли два маленьких лисёнка.
Один серебристый, как мать.
Второй тёмный, почти чёрный, как отец.
Сноу тут же сорвался с места.
— ТЯФ!
И подбежал к малышам.
Оба лисёнка тут же спрятались за лапами родителей.
— Познакомьтесь.
Гордо заявил Курацуки.
— Это мои дети.
— И самые красивые лисы в мире.
— Ты говорил то же самое про Сноу.
Напомнил Рэн.
— Потому что это правда.
Невозмутимо ответил Курацуки.
Все рассмеялись.
Хаул переводил взгляд с близнецов на руках взрослых.
Потом на лисят.
Потом снова на близнецов.
— Подождите...
Он начал загибать пальцы.
— У меня теперь два младших брата и сестра...
— И два младших лисёнка...
— И Шикодай...
Мальчик замер.
— Почему младших так много?!
Во дворе снова раздался смех.
Акира прижала к себе сына.
— Потому что семья растёт.
Хаул тяжело вздохнул.
Как очень взрослый человек.
— Ладно.
— Тогда я буду защищать всех.
Сноу гордо тявкнул рядом.
Будто говорил:
"Я тоже."
И впервые за многие годы во дворе клана Инарицу не было разговоров о войне, мести или старых обидах.
Только смех.
Дети.
Лисята.
И большая семья, которая наконец-то научилась жить в мире.
Акира осторожно передала девочку Канкуро и подошла к Юки.
Маленькие лисята сразу притихли.
Будто чувствовали, что сейчас происходит что-то важное.
Лунный свет мягко освещал двор.
Все постепенно замолчали.
Даже дети перестали шуметь.
Акира присела перед лисятами.
Затем сложила печать клана Инарицу.
По её пальцам пробежала серебристая чакра.
Юки сразу поняла, что собирается сделать Акира.
Она опустила голову в знак уважения.
— Юки...
Тихо произнесла Акира.
— Твои дети достойны стать духовными лисами моих близнецов.
По двору прокатился удивлённый шёпот.
Это была огромная честь.
Духовный лис не выбирался случайно.
Такое решение принималось крайне редко.
Юки подняла голову.
В её глазах читалась гордость.
— Приму за честь, Акира.
Курацуки посмотрел на своих детей.
И впервые за долгое время выглядел по-настоящему растроганным.
Юки осторожно подтолкнула лисят вперёд.
Маленький серебристый лисёнок робко подошёл к девочке.
А тёмный лисёнок остановился возле мальчика.
Близнецы мирно спали.
Но в тот момент, когда Акира завершила печать, серебристые символы появились вокруг малышей и лисят.
Чакра мягко закружилась вокруг них.
Словно невидимые нити начали связывать их судьбы.
Все наблюдали за этим в полной тишине.
Затем свет медленно погас.
И маленькие лисята прижались к одеялам близнецов.
Будто уже приняли своих будущих хозяев.
Хаул широко раскрыл глаза.
— Значит...
Он указал на лисят.
— Они будут жить с нами?
— Да.
Улыбнулась Акира.
— Когда придёт время.
Мальчик задумался.
Очень серьёзно.
А потом поднял руку.
— Тогда я тоже буду их защищать.
— Конечно будешь.
Ответила Темари с улыбкой.
Рэн тихо усмехнулся.
— Скоро Хаулу придётся составлять список тех, кого он защищает.
— Уже надо.
Поддержал Шикамару.
— Там половина деревни.
Все рассмеялись.
Акира посмотрела на своих детей.
На Хаула.
На Канкуро.
На Юки и Курацуки.
На друзей, собравшихся вокруг.
И подумала, что много лет назад даже представить не могла такую картину.
Когда-то её жизнь состояла из войн, потерь и старых конфликтов.
Теперь же её окружали дети, друзья и семья.
И впервые за долгое время будущее казалось не страшным.
А счастливым.