Тебе выберать свой путь
Вечером, когда Коноха постепенно погружалась в тишину, Акира направилась в старый зал собраний клана Инарицу.
Это было одно из самых древних зданий квартала.
На стенах висели старинные свитки.
В центре горели фонари.
Несколько старейшин уже ожидали её.
Когда Акира вошла, они почтительно поклонились.
— Глава Акира.
Она кивнула в ответ.
Но сегодня её интересовали не отчёты и не дела клана.
Она остановилась перед ними.
— Старейшины...
Старики переглянулись.
По её голосу они сразу поняли, что вопрос будет серьёзным.
— Есть вопрос к вам.
— Мы слушаем, глава.
Акира сложила руки на груди.
— Точно ли информация в архивах говорит о том, что после войны Ноа и Цубаки Праматерь наложила проклятие?
— То самое.
— Из-за которого главы кланов могли иметь только одного ребёнка в семье.
В зале воцарилась тишина.
Один из самых старых старейшин задумчиво погладил бороду.
— Это древняя запись.
— Очень древняя.
Другой кивнул.
— Нас учили этому с детства.
— Каждого наследника учили.
Акира внимательно слушала.
— Но это не ответ.
Старейшины снова переглянулись.
Наконец самый старый из них тяжело вздохнул.
— Если говорить честно...
— Нет.
Акира замерла.
— Что?
— Нет?
Старик медленно покачал головой.
— Мы не можем утверждать, что это абсолютная истина.
— В архивах говорится лишь о том, что после Великого Раскола главы перестали иметь более одного наследника.
— Но нигде нет прямой записи самой Праматери.
— Нет свитка с её словами.
— Нет описания ритуала.
Акира нахмурилась.
— Тогда откуда появилась легенда?
— Из предположений.
Ответил другой старейшина.
— Из поколения в поколение её передавали как истину.
— Потому что она объясняла происходящее.
Акира медленно села.
Она чувствовала, как внутри всё сильнее нарастает странное чувство.
— То есть...
— Вы хотите сказать...
— Что возможно никакого проклятия не было?
Старейшины молчали.
Наконец старик произнёс:
— Мы не знаем.
— Но после того, как Праматерь явилась во время войны...
— После того, как открылась правда о Ноа и Цубаки...
— Многие старые легенды пришлось пересмотреть.
Акира опустила взгляд.
Перед глазами всплыли слова Рэна.
"Половина наших легенд оказалась ложью."
Старейшина вдруг внимательно посмотрел на неё.
А затем на её живот.
Его глаза слегка расширились.
— Глава...
— Вы ведь пришли сюда не просто так.
В зале снова стало тихо.
Акира несколько секунд молчала.
Потом медленно улыбнулась.
— Да.
— Не просто так.
Старейшины переглянулись.
И впервые за многие годы в их глазах появилась надежда.
Потому что если Акира действительно ждала второго ребёнка...
Значит история Инарицу менялась прямо у них на глазах.
А вместе с ней рушилась ещё одна цепь, которая связывала клан с трагедиями далёкого прошлого.
В зале повисла тишина.
Акира медленно поднялась со своего места.
Её взгляд был серьёзным и сосредоточенным.
Старейшины сразу поняли — она уже приняла решение.
— Я пойду в святилище.
Один из старейшин нахмурился.
— Глава...
Акира подняла руку, останавливая его.
— Я попробую поговорить с Праматерью.
Все замерли.
Подобное происходило крайне редко.
Даже главы клана не могли просто так обратиться к духу Праматери.
— Пока я буду там...
Она обвела старейшин взглядом.
— Не впускать никого.
— Даже Канкуро-сама?
Осторожно спросил один из стариков.
На лице Акиры появилась слабая улыбка.
— Особенно Канкуро.
По залу прокатились тихие смешки.
Но затем все снова стали серьёзными.
Старейшины поклонились.
— Будет исполнено.
Акира кивнула и направилась к выходу.
Ночь уже опустилась на квартал Инарицу.
Луна освещала старые дорожки серебристым светом.
Вскоре перед ней появились древние ворота святилища.
Место, куда веками приходили главы клана.
Место, где когда-то молились Ноа и Цубаки.
Место, где во время войны ей уже довелось встретиться с Праматерью.
Акира остановилась перед воротами.
Медленно коснулась старого дерева.
Затем вошла внутрь.
Святилище встретило её тишиной.
Только ветер слегка качал подвески на крыше.
Она прошла в самый центр.
К древнему камню, на котором был высечен символ Инарицу.
Опустилась на колени.
Закрыла глаза.
И сложила руки в молитвенном жесте.
— Праматерь...
Тихо произнесла она.
Ответа не было.
Лишь шелест ветра.
Акира глубоко вдохнула.
— Если ты слышишь меня...
— Мне нужны ответы.
Её голос эхом разнёсся по святилищу.
— Я хочу знать правду.
— О проклятии.
— О Ноа и Цубаки.
— И о том, почему спустя тысячу лет оно исчезло.
Ветер внезапно усилился.
Подвески на крыше зазвенели.
Серебристый свет луны стал ярче.
А затем...
По святилищу начала медленно разливаться знакомая чакра.
Спокойная.
Древняя.
Тёплая.
Та самая чакра, которую Акира уже чувствовала однажды на поле боя.
Лепестки белых цветов поднялись в воздух сами собой.
И в центре святилища начала появляться фигура женщины.
Праматерь услышала её зов.
Акира сделала глубокий поклон.
Серебристый свет мягко освещал древнее святилище.
Перед ней стояла Праматерь.
Та самая, что создала клан Инарицу много веков назад.
Акира подняла взгляд.
— Праматерь...
В её голосе слышалось волнение.
— Скажи мне...
— Правда ли то, что ты наложила проклятие на клан?
— Что главы могли иметь лишь одного наследника?
Она невольно коснулась живота рукой.
— Если это правда...
— Тогда что произошло?
— Почему у меня будет второй ребёнок?
Несколько секунд Праматерь молчала.
Потом на её лице появилась грустная улыбка.
— Дитя...
— Я никогда не накладывала такого проклятия.
Акира застыла.
Её глаза расширились.
— Что?..
Праматерь медленно подошла ближе.
— Когда Цубаки Инарицу умерла...
— У неё уже был сын.
Акира внимательно слушала.
— После смерти матери он долго изучал записи того времени.
— Он видел последствия войны.
— Видел, как ненависть между Ноа и Цубаки разделила один народ.
— Видел кровь.
— Видел страдания.
Праматерь закрыла глаза.
Словно сама вспоминала те события.
— Он боялся.
— Очень боялся.
— Что однажды история повторится.
Акира почувствовала, как внутри всё сжимается.
Потому что совсем недавно она сама испытывала тот же страх.
Праматерь продолжила:
— Поэтому он сделал новую запись.
— Он написал в свитках, что Праматерь наложила проклятие.
— Что главы Инарицу могут иметь лишь одного ребёнка.
— Что такова воля богини.
Акира медленно поднялась на ноги.
— Нет...
— Этого не может быть...
— Все архивы...
— Все свитки...
Праматерь кивнула.
— Всё началось с одной записи.
— А потом поколения переписывали её снова и снова.
— Пока ложь не стала истиной.
Акира молчала.
Она не могла поверить.
Тысяча лет.
Целая тысяча лет её народ жил по правилу, которого никогда не существовало.
Праматерь посмотрела на неё с теплотой.
— Сын Цубаки хотел защитить своих потомков.
— Он думал, что если у главы будет только один наследник...
— То братья и сёстры никогда не начнут борьбу за власть.
— Он хотел уберечь будущие поколения от судьбы своей матери.
Акира опустила голову.
Перед глазами всплыли её недавние страхи.
Те самые мысли о Хауле.
О втором ребёнке.
О новой войне между наследниками.
И вдруг она поняла.
Она боялась того же самого, чего когда-то боялся сын Цубаки.
— Значит...
Тихо произнесла она.
— Никакого проклятия не было...
Праматерь покачала головой.
— Никогда.
Святилище погрузилось в тишину.
Только ветер шевелил лепестки белых цветов вокруг них.
Акира медленно закрыла глаза.
В этот момент словно рухнул огромный груз, который её клан нёс тысячу лет.
И впервые за долгое время она почувствовала настоящее облегчение.
Акира опустилась на колени.
Её руки слегка дрожали.
Она смотрела на Праматерь не как глава клана.
Не как сильнейшая куноичи.
А как мать.
— Хорошо ли это...
Тихо спросила она.
— Что у меня будет второй ребёнок?
Праматерь молча слушала.
— Хаул мой старший сын.
— Все считают, что однажды он станет следующим главой.
Акира опустила взгляд.
— Но что если второй ребёнок тоже этого захочет?
Перед её глазами вновь всплыли образы прошлого.
Ноа.
Цубаки.
Война.
Разделение клана.
Кровь.
— Что если история повторится?
Её голос дрогнул.
— Праматерь...
— Молю...
— Дай мне ответ.
— Что мне делать?
Святилище наполнилось тишиной.
Праматерь подошла к ней.
И мягко коснулась её головы.
Как мать касается своего ребёнка.
— Дитя...
Тихо произнесла она.
— Ты задаёшь неправильный вопрос.
Акира подняла глаза.
— Что?
— Ты спрашиваешь, кто станет главой.
— Но должна спрашивать, какими людьми станут твои дети.
Акира замерла.
Праматерь продолжила:
— Ноа и Цубаки погубила не борьба за титул.
— Их погубило одиночество.
— Их погубила обида.
— Их погубило молчание.
В голосе Праматери не было осуждения.
Только грусть.
— Если бы они говорили друг с другом...
— Если бы доверяли друг другу...
— Возможно, войны никогда бы не случилось.
Акира слушала каждое слово.
— Кто станет главой — не самая важная вещь.
— Главой может стать старший.
— Может стать младший.
— Может стать тот, кто окажется достойнее.
Праматерь улыбнулась.
— Но если твои дети будут любить друг друга...
— Они никогда не возьмутся за мечи.
Акира почувствовала, как её сердце сжимается.
Потому что это был ответ, который она боялась услышать.
И одновременно надеялась услышать.
— А если они всё же поссорятся?
Тихо спросила она.
Праматерь рассмеялась.
Тёпло.
По-доброму.
— Они обязательно будут ссориться.
— Они брат и сестра.
— Или брат и брат.
— Или две сестры.
— Это неизбежно.
На лице Акиры впервые появилась улыбка.
— Тогда что мне делать?
Праматерь посмотрела ей прямо в глаза.
— Люби их одинаково.
— Не ставь одного выше другого.
— Не сравнивай их.
— Не решай их судьбу за них.
— И никогда не позволяй им чувствовать себя ненужными.
Акира вспомнила слова Рэна о прошлом.
Вспомнила боль Ноа.
Вспомнила собственную боль.
И медленно кивнула.
— Я поняла...
Праматерь улыбнулась.
— Нет.
— Пока ещё не поняла.
Акира удивлённо посмотрела на неё.
— Тогда что я должна понять?
Праматерь положила ладонь на её живот.
И её голос стал мягким.
— Перестань видеть в своём ребёнке будущего главу.
— Сначала увидь в нём своего ребёнка.
Акира замерла.
И впервые за всё время почувствовала, как страх внутри неё начинает исчезать.
Потому что Праматерь была права.
Её второй ребёнок ещё даже не родился.
А она уже боялась того, кем он станет.
Вместо того чтобы просто ждать его появления на свет.
— Спасибо...
Тихо сказала Акира.
Праматерь улыбнулась.
— Иди домой, дитя.
— Тебя ждёт семья.
— А будущее пусть останется будущему.
Акира покинула святилище уже глубокой ночью.
Но впервые за долгое время её сердце было спокойным.
Слова Праматери всё ещё звучали в её голове.
"Сначала увидь в нём своего ребёнка."
Она медленно шла по освещённым луной улицам квартала Инарицу.
Когда дверь дома открылась, её встретил шум.
Очень знакомый шум.
— ПАПА! НЕ ЧЕСТНО!
— Очень даже честно!
— Нет!
— Да!
Акира невольно улыбнулась.
Она вошла в гостиную.
И застала довольно забавную картину.
Канкуро сидел на полу.
Хаул сидел у него на плечах.
На голове Канкуро почему-то была кастрюля.
А Сноу бегал вокруг них с украденным носком в зубах.
— В атаку!
Закричал Хаул.
— Великий воин Инарицу победит!
— Никогда!
Прокричал Канкуро.
— Я непобедимый демон пустыни!
Они оба резко замерли.
Потому что заметили Акиру.
На несколько секунд наступила тишина.
Потом Акира улыбнулась.
— Так...
— И что тут делают мои любимые мальчики?
Хаул сразу спрыгнул с плеч отца.
— Мам!
Он подбежал к ней и крепко обнял.
— Мы тренируемся!
— Правда?
— Ага!
— Я победил папу уже семь раз!
— Это неправда.
Возмутился Канкуро.
— Минимум пять из них были случайностью.
— Нет!
— Да!
Хаул показал ему язык.
Канкуро сделал вид, что получил смертельный удар.
И театрально упал на пол.
— Ах!
— Меня победил великий наследник Инарицу!
Хаул гордо выпятил грудь.
Сноу подбежал и положил украденный носок прямо на грудь Канкуро.
Будто это был военный трофей.
Акира не смогла сдержать смех.
Канкуро поднял голову.
И сразу заметил что-то в её взгляде.
Что-то изменилось.
Он медленно сел.
— Всё хорошо?
Тихо спросил он.
Акира посмотрела на него.
Потом на Хаула.
На их шумную гостиную.
На Сноу, который уже пытался стащить второй носок.
И улыбнулась.
По-настоящему.
Тепло.
— Да.
Она положила руку на живот.
— Всё хорошо.
Канкуро внимательно посмотрел на неё.
Потом улыбнулся в ответ.
Он не знал, что именно произошло в святилище.
Но видел главное.
Страх, который тревожил её последние дни, исчез.
Хаул тем временем заметил её жест.
— Мам!
— А малыш нас слышит?
Акира моргнула.
— Возможно.
Хаул тут же опустился на колени перед её животом.
Канкуро едва сдержал смех.
— Эй!
Очень серьёзно сказал Хаул.
— Я твой старший брат.
— Когда родишься, я научу тебя играть со Сноу.
Сноу гордо тявкнул.
— И ещё...
Хаул задумался.
— Папа иногда странный.
— Но ты не бойся.
— Он хороший.
— ХАУЛ!
Возмутился Канкуро.
Акира рассмеялась.
Громко.
Искренне.
И в этот момент она поняла одну простую вещь.
Что бы ни случилось в будущем...
Пока они вот так сидят вместе.
Как семья.
Они обязательно справятся.
Акира улыбнулась и присела рядом с Хаулом.
Мальчик всё ещё сидел возле неё, положив ладошки ей на живот.
Словно надеялся услышать ответ прямо сейчас.
Его зелёные глаза светились от счастья.
— Мам...
— М?
— У братика или сестрёнки тоже будет духовный лис?
— Как у меня?
Сноу тут же поднял голову.
Будто разговор касался лично его.
Акира задумалась.
— Возможно.
— У многих Инарицу появляется духовный лис.
— Но иногда они приходят позже.
— А иногда выбирают хозяина сами.
Хаул восхищённо ахнул.
— Значит у малыша тоже может появиться свой лучший друг?
— Может.
Кивнула Акира.
Хаул расплылся в улыбке.
Потом неожиданно стал очень серьёзным.
Настолько серьёзным, насколько вообще может быть шестилетний ребёнок.
— Когда малыш родится...
Он сжал кулачки.
— Я хочу стать самым лучшим старшим братом!
Канкуро и Акира переглянулись.
Хаул тем временем продолжал:
— Я буду защищать его.
— И учить всему.
— И играть с ним.
— И если кто-то его обидит...
Мальчик нахмурился.
Очень грозно.
По крайней мере ему так казалось.
— Я его защищу!
Сноу поддержал его решительным тявканьем.
— Видишь?
Гордо сказал Хаул.
— Даже Сноу согласен.
Канкуро не удержался от улыбки.
— А если малыш окажется сильнее тебя?
Хаул задумался.
Очень надолго.
Потом уверенно ответил:
— Тогда я стану ещё сильнее!
— А если он будет быстрее тебя?
— Тогда буду тренироваться!
— А если он будет умнее?
Хаул снова задумался.
На этот раз почти на минуту.
— Тогда...
Он посмотрел на Акиру.
— Тогда я буду любить его всё равно.
В комнате стало тихо.
Канкуро замер.
Акира тоже.
Потому что слова прозвучали настолько искренне, что у неё защемило сердце.
Хаул ничего не заметил.
Он уже снова разговаривал с животом мамы.
— Слышишь?
— Я твой старший брат.
— Поэтому расти быстрее.
— Я тебя жду.
Акира почувствовала, как глаза слегка защипало.
Она осторожно обняла сына.
Хаул удивлённо поднял голову.
— Мам?
Акира поцеловала его в макушку.
— Ты уже лучший старший брат.
Мальчик широко улыбнулся.
А Сноу улёгся рядом с ними и довольно прикрыл глаза.
Словно был полностью согласен с её словами.
Прошло восемь месяцев.
За это время жизнь в доме Инарицу превратилась в настоящее испытание для Акиры.
Не из-за беременности.
А из-за Канкуро и Хаула.
Они охраняли её так, словно она была последним сокровищем мира.
Если Акира вставала со стула — рядом мгновенно появлялся Канкуро.
Если хотела поднять папку документов — её уже держал Хаул.
Если собиралась выйти на улицу — её сопровождали оба.
Однажды Акира попыталась сама принести чашку чая.
На полпути её перехватил Хаул.
— Мам!
— Я сам!
— Но я просто...
— Нет!
— Тебе нельзя носить тяжёлое!
Чашка весила меньше килограмма.
Но спорить было бесполезно.
Поэтому сейчас Акира сидела за столом и работала с документами.
Живот уже был большим.
Срок приближался.
Рэн сидел рядом.
Перед ним лежали древние свитки Инарицу.
Он старательно переписывал старый язык на современный.
В доме было необычно тихо.
Зик и Зак находились на задании за пределами деревни.
По приказу самой Акиры.
Хаул был в Академии.
А Канкуро ушёл по делам в резиденцию Хокагэ.
Поэтому впервые за долгое время она могла спокойно работать.
Или так ей казалось.
Рэн поднял голову от свитка.
— Странно.
— Что?
Спросила Акира, не отрываясь от бумаг.
— Слишком тихо.
Акира усмехнулась.
— Наслаждайся моментом.
— Через пару часов вернётся Хаул.
— А вечером Канкуро.
— И тишина закончится.
Рэн хмыкнул.
— Справедливо.
Некоторое время они работали молча.
Потом Акира потянулась за очередным свитком.
И вдруг замерла.
Рука остановилась на полпути.
Рэн сразу заметил.
— Что случилось?
Акира моргнула.
Потом посмотрела вниз.
На свой живот.
И снова замерла.
— Акира?
Тревожно спросил Рэн.
Она медленно улыбнулась.
— Кажется...
— Что?
— Малыш только что пнул меня.
Рэн удивлённо моргнул.
— Правда?
Акира положила ладонь на живот.
И почти сразу почувствовала ещё одно движение.
Небольшое.
Но отчётливое.
Она тихо рассмеялась.
— Определённо мой ребёнок.
— Уже мешает работать.
Рэн тоже невольно улыбнулся.
В этот момент дверь дома распахнулась.
На пороге появился запыхавшийся Хаул.
Он примчался из Академии быстрее ветра.
— МАМ!
— Что?!
Испугалась Акира.
— Ты в порядке?!
— Да...
— Хорошо.
Хаул облегчённо выдохнул.
Рэн посмотрел на него.
— Почему ты решил, что она не в порядке?
Хаул серьёзно скрестил руки.
— Потому что я чувствовал.
— Что-то важное произошло.
Акира и Рэн переглянулись.
Потом одновременно рассмеялись.
— Что?
Возмутился Хаул.
— Я серьёзно!
Акира подозвала его.
— Иди сюда.
Хаул подошёл.
Она взяла его руку и положила себе на живот.
— Что?..
Начал было он.
И вдруг почувствовал лёгкий толчок.
Хаул застыл.
Его глаза стали огромными.
— Он...
Толчок повторился.
— ОН ДВИГАЕТСЯ!!!
На весь дом закричал Хаул.
— РЭН!!!
— МАЛЫШ МЕНЯ УДАРИЛ!!!
Рэн рассмеялся.
А Акира прикрыла лицо рукой.
Потому что была абсолютно уверена.
Как только Канкуро узнает об этом...
Весь дом услышит об этом событии ещё минимум тысячу раз.
На улице было тепло.
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая Коноху в золотистые цвета.
Акира неспешно шла по дороге.
Рядом шагал Хаул.
Точнее, сначала шагал.
Потом побежал вперёд.
Потом вернулся.
Потом снова убежал.
И снова вернулся.
Сноу носился вокруг них, не отставая от мальчика ни на шаг.
Акира невольно улыбалась.
Иногда ей казалось, что у Хаула энергии хватит на десятерых.
Через некоторое время они вышли к небольшому парку.
Там было тихо.
Акира присела на скамейку.
Хаул тут же устроился рядом.
Сноу лёг у их ног.
Некоторое время они просто смотрели на играющих детей.
Потом Акира посмотрела на сына.
— Сынок.
— М?
— Ты хочешь стать главой Инарицу?
Хаул моргнул.
Вопрос явно застал его врасплох.
— Главой?
— Да.
Мальчик задумался.
Очень серьёзно.
Даже удивительно серьёзно для своего возраста.
Он посмотрел на небо.
Потом на Сноу.
Потом снова на маму.
— Не знаю.
Честно ответил он.
Акира удивлённо подняла бровь.
— Не знаешь?
— Ага.
Хаул пожал плечами.
— Все говорят, что я стану главой.
— Старейшины говорят.
— Дядя Рэн говорит.
— Иногда даже папа говорит.
Он задумался.
— Но никто не спрашивал, чего хочу я.
Акира замерла.
Потому что это были очень взрослые слова для шестилетнего ребёнка.
— И чего же ты хочешь?
Хаул широко улыбнулся.
— Сейчас?
— Сейчас.
— Стать сильным!
— А ещё научиться делать крутые техники!
— А ещё победить папу!
— И бегать быстрее Сноу!
Сноу возмущённо тявкнул.
— А ещё?
Спросила Акира.
Хаул задумался.
— А ещё защищать вас.
— Тебя.
— Папу.
— Малыша.
Он посмотрел на живот матери.
— И всех Инарицу.
Акира почувствовала тепло в груди.
Хаул снова пожал плечами.
— Если для этого нужно стать главой...
— Тогда стану.
— А если не нужно...
— То не стану.
Он улыбнулся.
— Мне всё равно.
— Главное, чтобы все были счастливы.
На несколько секунд Акира просто смотрела на сына.
Потом притянула его к себе и поцеловала в макушку.
— Мам?
— Что?
— Спасибо.
Хаул удивлённо моргнул.
— За что?
Акира улыбнулась.
— За ответ.
Потому что в этот момент она окончательно поняла слова Праматери.
Будущее ещё не было написано.
И не нужно было решать его за своих детей.
Достаточно было просто позволить им самим выбрать свой путь.
Акира остановилась и присела перед Хаулом так, чтобы смотреть ему прямо в глаза.
Вечерний ветер слегка шевелил её волосы.
Сноу устроился рядом и внимательно наблюдал за ними.
Акира мягко улыбнулась сыну.
— Запомни, Хаул.
Мальчик сразу стал серьёзным.
— Хорошо, мам.
Акира положила руки ему на плечи.
— У тебя есть право самому выбирать, кем ты хочешь стать.
— Не старейшины будут решать.
— Не клан.
— И даже не я.
Хаул внимательно слушал каждое слово.
— Если однажды ты захочешь стать главой Инарицу...
— Я поддержу тебя.
Она погладила его по волосам.
— Если захочешь стать обычным шиноби...
— Я тоже поддержу тебя.
— Если захочешь путешествовать по миру.
— Или стать учителем.
— Или заниматься чем-то другим.
— Это будет твой выбор.
Хаул удивлённо моргнул.
— Правда?
— Правда.
Кивнула Акира.
— Ведь ты сам вправе выбирать свой путь ниндзя.
На несколько секунд мальчик задумался.
Очень серьёзно.
Потом неожиданно спросил:
— А если я захочу стать главой...И обычным шиноби одновременно?
Акира рассмеялась.
— Тогда придётся много работать.
— О-о-о...
Протянул Хаул.
— Это сложно.
— Очень.
Подтвердила Акира.
Хаул снова задумался.
А потом широко улыбнулся.
— Тогда сначала я стану сильным!
— А потом решу!
— По-моему, это отличный план.
Ответила Акира.
Мальчик вдруг крепко обнял её.
— Спасибо, мам.
Акира обняла его в ответ.
И в этот момент почувствовала удивительное спокойствие.
Потому что теперь она была уверена.
Что бы ни ждало Хаула впереди, это будет его собственный путь.
Не путь Ноа.
Не путь Цубаки.
Не путь старых легенд.
А его собственная история.