Рождения имени
Через некоторое время Акира всё же заглянула в комнату.
Юки лежала на мягкой подстилке, явно уставшая, но довольная.
Рядом с ней возился Курацуки, который уже успел превратиться в самого заботливого отца на свете и теперь не сводил глаз с лисят.
Зак стоял неподалёку и выглядел так, будто только сейчас начал приходить в себя после пережитой паники.
Акира посмотрела на Юки.
Потом на Зака.
Потом снова на Юки.
И медленно скрестила руки.
— Зак...
Он насторожился.
— Что?
— Почему ты не сказал, что Юки — это девочка, а не мальчик?..
Зак моргнул.
— А?
Акира указала на него пальцем.
— С самой первой встречи я думала, что Юки мальчик!
— У неё был характер как у тебя!
Зак возмущённо ткнул себя в грудь.
— Это что должно значить?!
— То и значит!
Акира всплеснула руками.
— Она постоянно рычала, дралась, смотрела на всех так, будто хочет кого-нибудь укусить!
Юки приподняла голову и тихо гавкнула, словно соглашаясь.
— Вот видишь!
Акира повернулась к Заку.
— ПЯТЬ ЛЕТ!
— ПЯТЬ ЛЕТ Я ДУМАЛА, ЧТО ЮКИ — МАЛЬЧИК!
Зак несколько секунд молча смотрел на неё.
А потом не выдержал и рассмеялся.
— Акира...
— Что?!
— Ты ни разу не спросила.
Тишина.
Акира застыла.
— ...
Зак продолжал смеяться.
— Ни разу.
Курацуки тоже начал тихо фыркать от смеха.
Даже Зик отвернулся, скрывая улыбку.
Акира медленно посмотрела на всех.
— Вы хотите сказать...
Она указала на себя.
— Что все эти пять лет только я одна не знала?!
Повисла тишина.
А потом все дружно отвели взгляды.
Это был ответ.
— ПРЕДАТЕЛИ!!!
Возмущённый крик Акиры разнёсся по всему дому.
А маленькие лисята, ничего не понимая, сонно завозились рядом с матерью.
А Курацуки, несмотря на опасность получить подзатыльник, продолжал смеяться.
Зак всё ещё посмеивался, когда Акира резко развернулась к нему.
Очень резко.
Слишком резко.
Улыбка Зака медленно начала исчезать.
— О нет...
— О ДА.
Акира подошла ближе и ткнула его пальцем в грудь.
— А ТЫ чего мне ничего не сказал?!
Зак поднял руки в защитном жесте.
— Потому что я думал, что ты знаешь!
— С ЧЕГО БЫ?!
— Потому что ты глава клана!
— И ЧТО?!
— Ты обычно всё знаешь!
Акира возмущённо всплеснула руками.
— Я пять лет называла её "парень"!
— Я видел!
— И МОЛЧАЛ?!
— Я думал, это прозвище!
На секунду повисла тишина.
Кагэ-Лис уткнулся мордой в лапы, пытаясь не рассмеяться.
Курацуки уже открыто трясся от смеха рядом с Юки.
Даже Зик отвернулся к окну.
Акира медленно посмотрела на Зака.
— Ты...
Пауза.
— Безнадёжен.
Зак указал на неё пальцем.
— Не настолько безнадёжен, как человек, который пять лет не понял, что Юки девочка!
— ЗАК!
— А ЧТО Я?!
— ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ СКАЗАТЬ!
— ТЫ ДОЛЖНА БЫЛА СПРОСИТЬ!
— Я ТЕБЯ СТУКНУ!
— ЭТО ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ВЛАСТЬЮ ГЛАВЫ КЛАНА!
Комната взорвалась смехом.
Даже Юки тихо фыркнула, наблюдая за их спором.
Акира в итоге села рядом с ней и покачала головой.
— Невероятно...
Она посмотрела на Юки.
— И всё это время ты была девочкой.
Юки лениво махнула хвостом.
Будто говорила:
"Вообще-то да."
И от этого все снова начали смеяться.
Акира присела рядом с Юки и осторожно погладила её по мягкой шерсти.
— Прости, Юки...
Юки подняла голову и посмотрела на неё своими спокойными глазами.
Потом тихо фыркнула.
— Ну... я не обижаюсь.
Акира удивлённо наклонила голову.
— Правда?
— Правда.
Юки махнула хвостом.
— Если честно, я сама виновата, что ты считала меня самцом, а не самкой.
В комнате стало тихо.
— Всё ваше детство я вела себя как самец.
Зак не удержался от смешка.
— Это правда.
— Эй! — возмутилась Юки.
— Что "эй"? Ты однажды подралась с тремя лисами сразу!
— И победила!
— Вот именно!
Акира закрыла лицо рукой.
— Теперь всё становится на свои места...
В этот момент Курацуки наклонился и слегка потянул Юки за ушко.
Совсем легонько.
— Ай! — Юки тут же повернулась к нему.
— Юки...
Курацуки покачал головой.
— Поэтому я тебе и говорил, что ты должна вести себя как те лисички из клана.
Юки сразу прижала уши.
— Не начинай.
— Начну.
— Не надо.
— Надо.
Курацуки уселся рядом.
— Ты помнишь праздник цветения?
Юки застонала.
— Только не это...
— Все лисички сидели красиво и спокойно.
— Ага.
— А ты полезла соревноваться с молодыми лисами, кто дальше прыгнет через ручей.
Зак рассмеялся.
Кагэ-Лис тоже начал посмеиваться.
Акира уже держалась за живот от смеха.
— ЮКИ!!
— Что?!
— Ты серьёзно?!
Юки отвернулась.
— Я была молодой...
— Тебе тогда было уже четыре года!
— Молодой и глупой!
Курацуки довольно кивнул.
— Вот. Наконец-то признала.
Юки тут же ткнула его носом.
— А кто потом влюбился в эту "молодую и глупую"?
Комната мгновенно затихла.
Курацуки застыл.
Зак закашлялся, пытаясь скрыть смех.
Кагэ отвернулся.
Акира расплылась в широкой улыбке.
— Попался...
Курацуки тяжело вздохнул.
— Мне срочно нужно научить лисят не спорить с матерью.
— Поздно, — довольно сказала Юки, прижимаясь к своим малышам. — Они уже мои дети.
И под дружный смех всех присутствующих маленькие лисята сонно завозились рядом со своей матерью.
В комнате постепенно стало тихо.
Маленькие лисята тихонько сопели возле матери, иногда шевеля лапками во сне.
Акира сидела рядом и смотрела на них с неожиданно мягкой улыбкой.
— Когда-нибудь...
Все невольно посмотрели на неё.
— Когда мир станет тихим...
Она осторожно протянула руку к одному из лисят.
— Я тоже заведу ребёнка...
В комнате повисла тёплая тишина.
Даже Зак ничего не сказал.
Акира смотрела на малышей так, будто представляла что-то далёкое.
Не битвы.
Не обязанности главы клана.
Не Акацуки.
А просто дом.
Семью.
Спокойную жизнь.
Она подняла взгляд на Юки.
— Юки? Можно?
Юки посмотрела на неё, а потом на своих малышей.
После чего осторожно подтолкнула одного из лисят носом в сторону Акиры.
— Можно.
Акира замерла.
— Правда?
— Правда.
Маленький лисёнок, ещё толком не открывший глаза, смешно перебирая лапками, подполз к ней.
Акира осторожно взяла его на руки.
Так осторожно, словно держала самое хрупкое сокровище в мире.
Лисёнок пискнул и тут же свернулся клубочком у неё на руках.
— Такой маленький...
Тихо прошептала она.
Курацуки улыбнулся.
— Все когда-то были такими.
Зак усмехнулся.
— Представляю Акиру с ребёнком.
— Эй!
— Бедный ребёнок.
— ЗАК!
Комната снова наполнилась смехом.
Но Акира почти не слушала их.
Она смотрела на спящего лисёнка.
И впервые за долгое время думала не о долге главы клана.
А о будущем.
О том времени, когда ей не придётся никого защищать.
Когда можно будет просто жить.
И эта мысль неожиданно заставила её улыбнуться ещё теплее.
Юки внимательно посмотрела на Акиру, которая всё ещё бережно держала маленького лисёнка на руках.
— Акира...
Та подняла голову.
— Мм?
— Хочешь дать этому малышу имя?
Акира тут же заморгала.
— Я?..
Юки кивнула.
— Ну да.
Она улыбнулась.
— Ты глава клана.
— Да и сегодня очень помогла мне.
На глазах Акиры неожиданно выступили слёзы.
— Угу...
Она посмотрела на маленького лисёнка, который мирно спал у неё на руках.
— А это мальчик или девочка?
Юки тихо рассмеялась.
— Пф...
— Девочка.
Зак тут же фыркнул.
— Лучше уточни дважды, Акира.
— ЗАК!
По комнате снова прокатился смех.
Акира показала ему язык и снова посмотрела на малышку.
Несколько секунд она молчала.
Потом улыбнулась.
Очень тепло.
— Тогда...
Она осторожно погладила лисёнка по голове.
— Сноу.
В комнате внезапно стало тихо.
Курацуки застыл.
Совсем.
Даже Юки удивлённо посмотрела на него.
— Курацуки?..
Лис медленно поднял взгляд на Акиру.
— Ты...
Его голос дрогнул.
— Ты дала ей имя моей мамы?..
Акира удивлённо посмотрела на него и кивнула.
— Ага.
Она улыбнулась малышке.
— Она такая же белая.
— И от неё исходит такая красивая аура...
Курацуки долго молчал.
Слишком долго.
Потом осторожно подошёл ближе.
Посмотрел на маленькую Сноу.
И впервые за долгое время его глаза стали непривычно мягкими.
— Мама бы обрадовалась...
Тихо сказал он.
Юки ласково коснулась его плеча хвостом.
Акира почувствовала, как ком подступает к горлу.
Потому что теперь это имя было не просто памятью.
Оно принадлежало новой жизни.
Маленькой белой лисичке, которая мирно спала у неё на руках, не подозревая, сколько тепла и воспоминаний уже успела подарить окружающим.
— Добро пожаловать в клан Инарицу, Сноу, — тихо сказала Акира.
И маленький лисёнок во сне тихонько пискнул, будто услышал её слова.
Сноу тихо сопела рядом с матерью, когда Акира осторожно уложила её обратно к Юки.
— Спи, малышка...
Прошептала она.
Но в следующую секунду её глаза вдруг заблестели сильнее.
Она резко закрыла рот рукой.
— Акира?.. — удивлённо позвала Юки.
Но девушка уже поднялась на ноги.
— Я... я сейчас...
И неожиданно выбежала из дома.
Дверь хлопнула.
В комнате воцарилась тишина.
Зак первым вскочил на ноги.
— Что случилось?!
Курацуки тоже поднялся.
— Акира!
Юки обеспокоенно прижала уши.
— Я сказала что-то не то?..
— Нет, — тихо ответил Зик.
Он смотрел на дверь.
— Дело не в тебе.
Кагэ нахмурился.
— Тогда почему она убежала?
Курацуки вдруг понял.
Он медленно опустил взгляд.
— Потому что...
Лис посмотрел на маленькую Сноу.
— Потому что она вспомнила мою мать.
Все притихли.
Зак замер.
Он хорошо помнил, как много значила для Акиры семья.
Как сильно она скучала по своим родителям.
Как тяжело переживала их потерю.
Тем временем Акира выбежала далеко за пределы дома.
Остановилась возле старого дерева.
И только тогда позволила слезам потечь по щекам.
Она опустилась на колени.
— Глупая...
Тихо прошептала она самой себе.
Имя Сноу напомнило ей не только мать Курацуки.
Оно напомнило ей всех, кого уже не было рядом.
Маму.
Папу.
Тех, кого она любила.
Тех, по кому до сих пор скучала.
Но впервые эта боль не была такой тяжёлой.
Она подняла голову к небу.
— Вы бы ей понравились...
Тихо улыбнулась Акира сквозь слёзы.
— И Сноу тоже...
В этот момент за её спиной послышались шаги.
Кто-то всё-таки пошёл за ней.
Зак молча сел рядом с Акирой под деревом.
Несколько секунд он ничего не говорил.
Просто сидел рядом.
Как делал всегда, когда слова были не так важны.
— Акира?.. — тихо спросил он. — Ты как?..
Акира закрыла глаза.
По её щекам всё ещё медленно стекали слёзы.
— Прости, Зак...
Она слабо улыбнулась.
— Я просто вспомнила...
Её голос дрогнул.
— Сноу...
Зак внимательно слушал.
— И мою маму...
Ветер тихо шевельнул её волосы.
— Сноу была лисой моей мамы...
Она опустила взгляд на свои ладони.
— До того, как на клан напали... я и Курацуки часто играли с его мамой...
На губах появилась грустная улыбка.
— Она была самой большой лисицей в клане...
— Огромной.
— Красивой.
— Доброй.
Акира тихо рассмеялась сквозь слёзы.
— И очень терпеливой.
Зак улыбнулся.
— Потому что терпела вас двоих?
— Именно.
Акира кивнула.
— Мы постоянно лазили по ней.
— Прятались в её хвостах.
— А она делала вид, что не замечает.
На несколько секунд наступила тишина.
— Иногда мне кажется...
Акира посмотрела на небо.
— Что это было так давно, будто происходило не со мной.
— А потом появляется что-то вроде этого имени...
Она вытерла глаза.
— И я снова всё помню.
Зак долго молчал.
Потом осторожно положил руку ей на плечо.
— Это нормально помнить.
Акира посмотрела на него.
— Даже если больно?
— Особенно если больно.
Он слегка улыбнулся.
— Потому что это значит, что они были важны.
Акира опустила голову.
И впервые за этот вечер её слёзы стали не такими тяжёлыми.
Не от боли.
А от тоски по чему-то дорогому.
Зак посмотрел на неё и тихо добавил:
— Знаешь...
— Мне кажется, твоей маме понравилось бы, что имя Сноу снова живёт в клане.
Акира улыбнулась.
На этот раз искренне.
— Да...
Она посмотрела в сторону дома, где сейчас спали Юки и маленькая лисичка.
— Думаю, ей бы понравилось.
И некоторое время они просто сидели рядом, вспоминая тех, кого уже не было рядом, но кто всё ещё оставался частью их жизни.
Зак некоторое время смотрел куда-то вперёд, на тихие улицы клана, а потом негромко сказал:
— Спасибо, что помогла Юки...
Акира повернула к нему голову.
Зак слабо улыбнулся.
— Она очень важна для меня.
В его голосе не было ни смущения, ни шуток.
Только искренность.
Акира понимающе кивнула.
— Я знаю.
Она посмотрела в сторону дома, где сейчас отдыхала Юки со своими лисятами.
— Для всего клана лисы всегда были важны.
— Они никогда не были просто призывными зверями или хранителями.
Акира улыбнулась уголком губ.
— Они были семьёй.
Зак молча слушал.
— Когда я была маленькой, — продолжила она, — мне казалось, что в клане живут не люди и лисы.
— Мне казалось, что мы все один большой клан.
— Вместе.
Она тихо усмехнулась.
— Иногда лисы заботились о детях лучше, чем сами родители.
— А иногда наоборот.
Зак рассмеялся.
— Это правда.
— Помнишь, как Курацуки вытащил тебя из реки?
— Не напоминай.
— А ты потом три дня ходил за ним и благодарил.
— Мне было семь!
— Именно поэтому это смешно.
Зак покачал головой.
— Жестокая глава клана.
Акира улыбнулась.
На этот раз уже спокойнее.
— Знаешь...
Она посмотрела на звёзды.
— Когда сегодня родились лисята...
— Я вдруг поняла, что клан действительно живёт дальше.
Зак поднял взгляд на неё.
Акира продолжила:
— Родители уходят.
— Старшие уходят.
— Но появляются новые дети.
— Новые лисята.
— Новые истории.
Она глубоко вдохнула прохладный ночной воздух.
— И это хорошо.
Некоторое время они сидели молча.
Потом Зак тихо сказал:
— Сноу повезло с именем.
Акира улыбнулась.
— Надеюсь.
Где-то вдалеке послышался довольный лай Курацуки.
Скорее всего, он уже рассказывал своим новорождённым детям какую-нибудь невероятную историю о себе.
И от этой мысли Акира невольно рассмеялась.
— Бедные лисята.
— Почему? — спросил Зак.
— Их отец — Курацуки.
На этот раз рассмеялись уже оба.