Смерть
Акира двигалась быстро.
Слишком быстро для обычного генина.
Её хвосты мелькали красными вспышками.
Она постоянно меняла направление.
Появлялась слева.
Затем справа.
Снова исчезала.
И снова атаковала.
Орочимару несколько раз пришлось уклоняться.
Его одежда была порвана в нескольких местах.
На щеке появилась тонкая царапина.
Небольшая.
Но она заставила его остановиться.
На одно короткое мгновение.
Он внимательно посмотрел на Акиру.
На её стойку.
На её движения.
На взгляд.
И вдруг...
Перед глазами всплыло другое лицо.
Много лет назад.
Другой шиноби.
Другой бой.
Тот же упрямый взгляд.
Та же ярость.
Та же готовность бросаться вперёд, даже понимая, что противник сильнее.
Отец Акиры.
Орочимару слегка нахмурился.
Всего на секунду.
Но Акира заметила.
— Что такое?!
Крикнула она.
— Узнал кого-то?!
Орочимару ничего не ответил.
Только его взгляд стал холоднее.
В следующий миг он исчез.
Слишком быстро.
Даже для неё.
Акира успела повернуться.
Но не успела защититься.
УДАР.
Кулак Орочимару врезался ей в живот.
Воздух мгновенно выбило из лёгких.
Глаза девушки расширились.
А затем её отбросило назад.
Она пролетела несколько метров.
Пробила часть крыши.
И покатилась по черепице.
Кха...
Кровь выступила на губах.
Мир на секунду поплыл перед глазами.
Хвосты дёрнулись.
Пытаясь удержать равновесие.
Акира с трудом поднялась на одно колено.
Тяжело дыша.
Всё тело болело.
Она прекрасно понимала.
Это был один удар.
Всего один.
И разница между ними всё равно оставалась огромной.
Орочимару спокойно стоял напротив.
Словно ничего не произошло.
Но его взгляд всё ещё оставался странным.
Будто воспоминание об отце Акиры всё ещё не покинуло его мысли.
Тем временем неподалёку Хирузен отражал атаки Первого и Второго Хокаге.
Бой становился всё ожесточённее.
Акира вытерла кровь с губ.
И неожиданно усмехнулась.
— Вот теперь...
Она медленно поднялась на ноги.
Хвосты снова расправились за её спиной.
— Это уже похоже на настоящий бой.
Несмотря на боль.
Несмотря на страх.
Она снова приготовилась атаковать.
Бой достиг предела.
Крыша арены была разрушена.
Повсюду лежали обломки черепицы.
Акира тяжело дышала.
На её одежде виднелась кровь.
Хвосты стали двигаться медленнее.
Даже её новая форма начала истощать силы.
И вдруг...
Хирузен резко посмотрел на неё.
Его глаза расширились.
— Акира! Назад!
На этот раз она услышала его.
Услышала отчётливо.
Не раздумывая ни секунды, девушка отпрыгнула назад.
Именно в этот момент Хирузен сложил последнюю печать.
Позади него возникла жуткая фигура.
Высокая.
Призрачная.
С ножом в зубах.
От одного взгляда на неё по спине пробежал холод.
Акира застыла.
Она никогда не видела ничего подобного.
Огромные руки существа потянулись к Орочимару.
И начали вытягивать из него жизненную силу и чакру.
Орочимару впервые за весь бой потерял спокойствие.
— Нет...
Прошипел он.
— Нет!
Его лицо исказилось.
Он пытался вырваться.
Пытался остановить технику.
Но было поздно.
Акира смотрела на происходящее с изумлением.
Она поняла только одно.
Хирузен использовал что-то страшное.
Что-то, что стоило огромной цены.
А потом...
Произошло это.
Меч Орочимару резко рванул вперёд.
И пронзил тело Хирузена.
Время словно остановилось.
Глаза Акиры расширились.
— Старик!
Она сорвалась с места.
Не думая.
Не рассуждая.
Просто побежала к нему.
Хирузен вздрогнул.
Но не отпустил технику.
Его руки продолжали удерживать Орочимару.
Даже сейчас.
Даже будучи смертельно раненым.
— Старик!
Акира упала рядом на колени.
По её щекам уже текли слёзы.
Хирузен тяжело дышал.
Но когда посмотрел на неё, на его лице появилась слабая улыбка.
Та самая.
Добрая.
Почти дедовская.
— Глупая девочка...
Тихо сказал он.
Кровь стекала по его подбородку.
Акира вцепилась в его одежду.
— Нет!
— Нет, нет, нет!
Она замотала головой.
— Ты не можешь!
— Ты же Хокаге!
Хирузен слабо усмехнулся.
— Даже Хокаге... когда-нибудь уходят...
Акира почувствовала, как внутри всё сжимается.
Она снова стала той самой маленькой девочкой.
Которая когда-то стояла у ворот Конохи.
Боялась потерять близких.
Боялась остаться одна.
Хирузен поднял дрожащую руку.
И осторожно коснулся её головы.
— Ты сильная...
Сказал он.
— Сильнее, чем думаешь...
Слёзы Акиры капали на его одежду.
А вокруг продолжала бушевать чакра техники Бога Смерти.
И девушка впервые по-настоящему испугалась.
Потому что начала понимать цену, которую Хирузен собирался заплатить ради деревни.
Всё закончилось так же внезапно, как и началось.
Фигура Бога Смерти медленно растворилась в воздухе.
Жуткая чакра исчезла.
Наступила странная тишина.
Барьер вокруг крыши дрогнул.
Пошёл трещинами.
И рассыпался на тысячи светящихся осколков.
Шиноби Звука мгновенно появились рядом с Орочимару.
Тот едва держался на ногах.
Его лицо было бледным.
Руки дрожали.
Но в глазах всё ещё горел знакомый опасный блеск.
Один из подчинённых поддержал его.
В следующий миг они исчезли.
Отступление.
Бой был окончен.
А затем...
Хирузен рухнул на колени.
А после — на крышу.
Акира застыла.
Словно весь мир вокруг остановился.
Её лисьи уши исчезли.
Хвосты растворились.
Когти стали обычными пальцами.
Она снова приняла человеческий облик.
И вместе с этим...
Вернулась тишина.
Полная.
Пугающая.
Она больше ничего не слышала.
Ни шагов.
Ни криков.
Ни ветра.
Только пустоту.
Акира смотрела на губы Хирузена.
Пытаясь понять, говорит ли он что-то.
Но слёзы мешали видеть.
Она подползла ближе.
Схватила его за руку.
— Старик...
Её плечи дрожали.
— Пожалуйста...
Она знала.
Уже знала.
Но отказывалась принимать это.
— Продержись...
По её щекам текли слёзы.
— Тебе помогут...
Она оглянулась.
Внизу уже бежали АНБУ.
Медики.
Шиноби Конохи.
Она видела их.
Видела, как они что-то кричат.
Как спешат наверх.
Но не слышала ни единого звука.
Хирузен медленно повернул голову.
Посмотрел на неё.
Его взгляд оставался удивительно спокойным.
Будто не он сейчас лежал в луже собственной крови.
Он слегка сжал её ладонь.
Очень слабо.
Акира тут же наклонилась ближе.
Пытаясь прочитать по губам.
Старый Хокаге что-то сказал.
Очень коротко.
Она с трудом разобрала слова.
«Береги деревню.»
Глаза Акиры расширились.
Она замотала головой.
Нет.
Нет.
Нет.
Она не хотела слышать такие слова.
Не сейчас.
Не от него.
Слёзы потекли сильнее.
Она крепко сжала его руку обеими руками.
Словно могла удержать его рядом одной только силой воли.
Вокруг уже появились АНБУ и медики.
Кто-то опустился рядом с Хирузеном.
Кто-то пытался помочь.
Но Акира видела их лица.
И понимала.
По этим лицам.
По этим глазам.
По этой тяжёлой тишине.
Что даже лучшие медики Конохи уже знали правду.
Акира опустила голову.
И впервые за долгое время почувствовала себя совершенно беспомощной.
Дождь начался неожиданно.
Тяжёлые капли падали на разрушенную крышу.
На кровь.
На обломки.
На неподвижное тело Хирузена.
Акира сидела рядом с ним, всё ещё сжимая его руку.
И вдруг подняла голову к небу.
По её щекам текли слёзы, смешиваясь с дождевой водой.
А потом...
Она издала рёв.
Не крик.
Не плач.
Именно рёв.
Древний.
Звериный.
Полный боли.
Он прокатился над всей Конохой.
Даже сквозь шум битвы.
Даже сквозь дождь.
В другом конце деревни Зак и Зик резко остановились.
Оба были ранены.
Едва держались на ногах.
Но этот звук они узнали сразу.
Лица обоих побледнели.
— Нет...
Прошептал Зак.
Зик медленно опустил голову.
Они знали значение этого рёва.
Для клана Инарицу он означал только одно.
Смерть.
По всей деревне члены клана Инарицу замирали.
Поднимали головы.
Их лица становились серьёзными.
Некоторые закрывали глаза.
Они тоже поняли.
Кто-то ушёл.
Кто-то важный для их будущей главы.
На крыше Акира продолжала сжимать руку Хирузена.
Словно боялась отпустить её.
Словно тогда всё станет окончательно реальным.
Позади медленно появился Асума.
Асума Сарутоби стоял неподвижно.
Мокрый от дождя.
С потемневшим взглядом.
Он смотрел на отца.
Не в силах поверить.
Потом осторожно шагнул вперёд.
И коснулся плеча Акиры.
— Акира...
Но договорить не успел.
Девушка резко обернулась.
В её глазах больше не было человека.
Только боль.
Страх.
И отчаяние.
Чакра взорвалась вокруг неё.
Красная.
Яростная.
Её тело вновь начало меняться.
На этот раз гораздо грубее.
Гораздо опаснее.
Лицо вытянулось.
Появились клыки.
Когти впились в крышу.
За спиной взметнулись хвосты.
Она встала над телом Хирузена.
И зарычала.
Низко.
Угрожающе.
Как раненый зверь, защищающий последнее, что ему дорого.
Несколько АНБУ мгновенно напряглись.
Кто-то потянулся к оружию.
Но Асума поднял руку.
Останавливая их.
Он смотрел на Акиру.
И видел не угрозу.
А ребёнка.
Который только что потерял близкого человека.
Акира продолжала рычать.
Не подпуская никого.
Даже Асуму.
Даже медиков.
Словно боялась, что если кто-то приблизится, то заберёт Хирузена навсегда.
Дождь становился сильнее.
Капли стекали по её шерсти.
По хвостам.
По лицу.
А Асума стоял напротив неё и не двигался.
Позволяя ей прожить этот момент боли.
Потому что понимал.
Некоторые раны нельзя вылечить ни медицинской чакрой, ни временем.
И сейчас Акира переживала одну из таких ран.
Дождь продолжал лить.
Тяжёлые капли стучали по разрушенной крыше.
Акира всё ещё стояла над телом Хирузена.
Её шерсть была мокрой.
Хвосты нервно подрагивали.
Из груди вырывалось низкое рычание.
Она никого не подпускала.
Никого.
Даже сейчас.
Даже когда силы уже почти покинули её.
Асума молча смотрел на неё.
Потом сделал шаг вперёд.
АНБУ сразу напряглись.
Но он не остановился.
Ещё шаг.
Ещё.
Пока не оказался совсем рядом.
Акира оскалилась.
Рычание стало громче.
Но Асума не отступил.
Он видел её глаза.
И понимал.
Перед ним не зверь.
Перед ним ребёнок, который только что потерял дорогого человека.
Поэтому он просто протянул руки.
И обнял её.
Крепко.
Как обнимают тех, кто больше не может держаться самостоятельно.
Акира дёрнулась.
Рыкнула.
Попыталась сопротивляться.
Но Асума не отпустил.
— Всё хорошо...
Тихо произнёс он.
Хотя она уже не могла услышать его слов.
— Всё хорошо...
Её хвосты дрогнули.
Когти впились в мокрую крышу.
А потом...
Чакра начала исчезать.
Медленно.
Один хвост растворился.
Потом второй.
Третий.
Шерсть исчезла.
Клыки стали обычными зубами.
Лисьи уши пропали.
И через несколько секунд в руках Асумы снова была обычная Акира.
Маленькая.
Измученная.
Уставшая.
Она несколько секунд просто стояла.
Не двигаясь.
Не моргая.
А потом её плечи задрожали.
Один раз.
Второй.
Третий.
И плотина внутри наконец рухнула.
Акира вцепилась в одежду Асумы.
И заплакала.
По-настоящему.
Не сдерживаясь.
Не пытаясь казаться сильной.
Не пытаясь быть будущей главой клана.
Не пытаясь быть шиноби.
Просто ребёнком.
Которому было больно.
Очень больно.
Она плакала так сильно, что ей не хватало воздуха.
Слёзы смешивались с дождём.
Пальцы дрожали.
Асума лишь крепче обнял её.
Сам опустив голову.
Потому что его собственные глаза были влажными.
Он тоже потерял близкого человека.
Он тоже потерял отца.
И сейчас они оба стояли под холодным дождём рядом с человеком, который значил для них больше, чем многие могли понять.
А вокруг постепенно стихала битва.
Но для Акиры весь мир сейчас сузился до одной простой и страшной мысли:
Хирузена больше нет.