Кодекс восьми имён

Через два дня после визита в больницу и того самого «свидания» Минхо и Хана в корейском ресторане, Чан решил собрать всех снова. На этот раз повод был деловой: он запускал новый технологический стартап, связанный с кибербезопасностью, и хотел представить его друзьям как потенциальным партнёрам. Но на самом деле он просто искал повод увидеть Чонина, который последние дни пропадал на дежурствах.

Встреча была назначена в пентхаусе Чана — просторном лофте с панорамными окнами, где уже накрыли фуршетный стол и расставили мягкие кресла. Кроме восьмерых, пригласили ещё несколько внешних гостей: потенциальных инвесторов, журналистов и партнёров по бизнесу. Всего около двадцати человек.

Феликс приехал первым — он хотел обсудить с Чаном детали сотрудничества. Минхо появился следом, в дорогом чёрном костюме, и коротко кивнул брату. Они больше не ссорились, но прежней близости между ними ещё не было — только осторожное перемирие.

Хан пришёл прямо из больницы, усталый, но улыбчивый. Он снял пиджак и остался в светлом свитере, что делало его мягче и уютнее. Минхо, заметив это, вдруг почувствовал, как сердце пропустило удар. Хан выглядел таким... домашним. Но он тут же одёрнул себя: они просто друзья.

Чанбин и Хёнджин вошли вместе, оживлённо споря о каких-то инвестициях. Сынмин пришёл чуть позже, с ноутбуком под мышкой — у него был важный звонок. Чонин задержался на полчаса: его вызвали по срочному делу, но он всё-таки вырвался.

К восьми вечера все собрались. Пентхаус наполнился голосами, звоном бокалов. Кто-то обсуждал стартап Чана, кто-то делился новостями. Но вскоре появились те, кто заставил четверых парней внутренне напрячься.

К Феликсу подошёл высокий мужчина и представился: известный молодой модельер, который недавно открыл бутик в центре города. Звали его Юджин. Он был в ярком пиджаке с цветочным принтом, говорил громко и жестикулировал.

Ю: Феликс Ли! Я так давно хотел с вами познакомиться. Ваш бизнес — это нечто. Я мечтаю сделать коллаборацию: показ мод среди вашей офисной жизни . Это будет взрыв! - Юджин взял Феликса за руку и не отпускал. - Давайте встретимся завтра, я привезу эскизы. А сегодня — просто выпьем вместе. Вы такой красивый, я просто не могу оторвать глаз.

Он говорил это с искренним восхищением, но Хёнджин, стоявший в двух метрах с бокалом виски, почувствовал, как внутри всё сжалось. Он видел, как Юджин смотрит на Феликса — и ему захотелось подойти и встать между ними.

Хёнджин сделал шаг вперёд, но остановился. Он не имел права. Однако его рука сжала бокал так, что побелели костяшки.

Хоть он и не имел права на ревность, но мысль о том, что бизнес Феликса и эскизы этого паренька никак не связаны. Он просто пытался подкатить.

Феликс вежливо улыбнулся, но заметил краем глаза напряжение Хёнджина. Он мягко высвободил руку и сказал:

Ф:  Завтра у меня встреча, но я могу выделить час после обеда. Присылайте эскизы на почту.

Ю: Отлично! -  Юджин сиял. -  А сегодня вечером я буду танцевать здесь, так что не уходите рано, ладно?

Он подмигнул и отошёл к бару. Феликс повернулся и встретился взглядом с Хёнджином. Тот смотрел холодно, почти враждебно. Феликс подошёл к нему:

Ф:  Ты чего такой кислый? Хороший вечер, люди.

Х:  Он слишком фамильярно с тобой разговаривал, -  ответил Хёнджин, не глядя на Феликса. -  И смотрел на тебя, как на десерт.

Ф: Это просто модельер. Они все такие.

Х: Ага. - Хёнджин сделал глоток виски и поставил бокал на стол. -  Я пойду проветрюсь.

Он направился к балкону, но Феликс догнал его у выхода:

Ф: Хёнджин, ты что, ревнуешь?

Х:  Никого я не ревную. Просто не люблю навязчивых людей.

Ф:  Ты говоришь так, будто он тебя лично оскорбил.

Хёнджин наконец повернулся. В его глазах была смесь раздражения и чего-то ещё — тёплого, но спрятанного глубоко.

Х: Я просто не хочу, чтобы к тебе приставали, когда я рядом. Всё.

Он вышел на балкон, и Феликс остался стоять в дверях. Через минуту он тоже вышел, встал рядом и тихо сказал:

Ф: Спасибо.

Х: За что?

Ф: За то, что волнуешься.

Хёнджин ничего не ответил, но плечом слегка коснулся плеча Феликса. Они стояли молча, вдвоём, а в пентхаусе играла музыка.

__

Внутри Хан разговаривал с высоким мужчиной в очках — тот оказался его коллегой, с которым они вместе проходили ординатуру несколько лет назад. Его звали Доктор Пак.

П: Джисон! Ни за что бы не поверил, что встречу тебя здесь! - Доктор Пак хлопнул Хана по плечу и обнял. -  Ты отлично выглядишь. Слышал, ты теперь ведущий хирург? Я горжусь тобой.

Д:  Спасибо, - Хан улыбнулся. - А ты как? Я слышал, ты перешёл в частную клинику.

П: Да, теперь работаю с VIP-пациентами. Кстати, ты должен зайти ко мне в гости. У меня есть отличный виски, и нам есть что вспомнить. Помнишь, как мы на втором курсе чуть не подожгли общежитие?

Они рассмеялись. Доктор Пак положил руку на плечо Хана и слегка притянул его к себе, понизив голос:

П: Джи, я всегда знал, что ты далеко пойдёшь. И знаешь? Ты стал ещё красивее. Мы обязательно должны выпить бутылочку виски вдвоём. Только ты и я.

Минхо, который проходил мимо с бокалом, услышал эту фразу и остановился как вкопанный. Он видел, как этот мужчина смотрит на Хана — с откровенным интересом, не просто как коллега.

Минхо медленно подошёл к ним и встал рядом с Ханом, почти касаясь его локтем.

М:  Хан, ты не представишь меня? - спросил он с вежливой улыбкой, но в глазах была сталь.

Д: А, это мой хороший друг, Минхо, - Хан обернулся и улыбнулся. -  А это доктор Пак, мы вместе учились.

М:  Очень приятно, - Минхо протянул руку, сжал ладонь доктора Пак с чуть большей силой, чем нужно. -  Вы говорили про виски? Хан, ты же знаешь, у меня в баре есть коллекционный. Если хочешь, можем заехать ко мне после вечеринки.

Хан удивлённо моргнул:

Д:  Ты же не пьёшь виски. Только лёгкое вино и шампанское.

М:  Для хорошей компании могу сделать исключение.

Доктор Пак почувствовал неловкость.

П:  Я, наверное, не буду мешать хорошей дружбе. Хан, созвонимся!

Он быстро ретировался. Хан повернулся к Минхо:

Д:  Ты что делаешь? Зачем ты сказал про виски? Ты вообще не пьёшь крепкое.

М:  А ты зачем позволяешь ему так к тебе прикасаться? -  выпалил Минхо и тут же пожалел. -  В смысле... он слишком близко стоял. Не гигиенично.

Хан приподнял бровь.

Д: Не гигиенично? Серьёзно?

М: Ладно, просто... не нравится он мне.

Д: Минхо, мы просто старые друзья.

М:  Я вижу. - Минхо отвернулся. - Пошли лучше перекусим. Ты сегодня не ужинал, я знаю.

Хан вздохнул, но пошёл за ним. Ему хотелось рассердиться, но в глубине души он чувствовал тепло — Минхо волновался.

___

Чан стоял у стола с презентацией, когда к нему подошла девушка в очках — известная журналистка из делового издания. Она хотела взять интервью для статьи о стартапе.

Ж: Господин Бан, мне нужны комментарии. Но мы можем сделать это в более неформальной обстановке. Может, поужинаем завтра? - она улыбнулась и слегка коснулась его руки.

Чан вежливо согласился и записал её номер, но в этот момент к столику подошёл Чонин. Он видел, как журналистка прикасалась к Чану, и почувствовал укол в груди. Но он был полицейским — умел скрывать эмоции.

Нин:  Не помешаю? -  Чонин встал рядом с Чаном, почти вплотную. - Чан, твой ноутбук мигает. Кажется, пришло срочное письмо.

Б:  А, спасибо. -  Чан повернулся к журналистке. -  Простите, я перезвоню вам завтра.

Девушка кивнула и отошла. Чан обернулся к Чонину.

Б: Какое письмо? Я ничего не заметил.

Д:  Да никакого, - Чонин пожал плечами. - Просто она слишком долго на тебя смотрела. Я решил выручить.

Чан удивлённо посмотрел на него.

Б: Выручить? От чего?

Нин:  От навязчивой журналистки. - Чонин взял с тарелки креветку и положил её в рот. - Не люблю, когда трогают людей без спроса.

Б:  Она просто журналистка.

Нин: Ага. - Чонин посмотрел на Чана с лёгкой усмешкой. - Ты слишком доверчивый. В следующий раз просто скажи — я занят.

Чан не нашёлся что ответить, но внутри у него затеплилось приятное чувство. Чонин ревнует? Или просто защищает? В любом случае, это было приятно.

__

Сынмин разговаривал с пожилым мужчиной — крупным инвестором, который хотел вложиться в стартап Чана. Мужчина, назовём его господин Нам, был вежлив, но слишком внимателен к Сынмину: он то и дело поправлял ему галстук, клал руку на плечо, наклонялся слишком близко.

Нам:  Господин Ким, я слышал, что вы талантливый финансист. Мы могли бы сотрудничать не только в рамках этого проекта. У меня есть несколько закрытых фондов, где я бы хотел видеть вас управляющим. -  Он говорил это и протягивал Сынмину свою визитку, задевая пальцами его ладонь.

Чанбин, который стоял в трёх метрах, сделал вид, что разглядывает картину на стене, но на самом деле следил за каждым движением. Когда господин Нам дотронулся до галстука Сынмина, Чанбин почувствовал, как внутри что-то оборвалось.

Он подошёл к ним быстрым шагом, улыбнулся и сказал.

Чб: Сынмин, у тебя пуговица  на пиджаке расстегнулась. Дай поправлю.

Сынмин удивлённо посмотрел на него — пуговица  была в порядке. Но Чанбин уже встал между ним и господином Намом, ловко разорвав их зрительный контакт.

Чб:  Прошу прощения, - обратился Чанбин к инвестору. - Мы с господином Кимом как раз обсуждали важный финансовый отчёт. Вы не против, если мы отойдём на минуту?

Не дожидаясь ответа, он взял Сынмина под локоть и увёл его в сторону. Господин Нам остался стоять с протянутой рукой.

С:  Чанбин, что за отчёт? - спросил Сынмин, когда они отошли к окну.

Чб:  Никакого отчёта. Он тебя почти обнимал. Ты что, не видишь?

С: Он просто инвестор. Они все такие.

Чб: Такие — не значит правильные. - Чанбин отпустил его локоть, но не отошёл. - Сынмин, ты слишком добрый. Если кто-то лезет в твоё личное пространство, ты должен ставить границы.

Сынмин улыбнулся.

С:  Спасибо за заботу. Но я сам могу постоять за себя.

Чб: Я знаю. Но я всё равно буду рядом. - Чанбин сказал это и тут же пожалел: прозвучало слишком откровенно. Он добавил: -  Как друг.

С:  Как друг, - повторил Сынмин, и в его голосе прозвучала едва заметная грусть.

*

Поздно ночью, когда гости разошлись, восьмеро остались в пентхаусе. Они сидели на диванах, усталые, но довольные. Кто-то заказал пиццу, Хан включил фильм, но никто не смотрел.

Феликс сидел рядом с Хёнджином, их колени почти соприкасались. Чонин положил голову на плечо Чана, делая вид, что задремал — но на самом деле наслаждался теплом. Минхо и Хан спорили, какая пицца вкуснее, и Минхо тайком положил Хану на тарелку последний кусок с пепперони. Чанбин и Сынмин сидели на полу, прислонившись спинами к дивану, и Чанбин рисовал на бумажной салфетке карикатуру на господина Нама.

Б:  Ну что, - сказал Чан, зевая, - завтра выходной. Может, повторим?

Чб:  Только без инвесторов, - буркнул Чанбин.

Х:  И без модельеров, -  добавил Хёнджин.

М: И без докторов Паков, -  тихо вставил Минхо.

Нин: про журналистов все дружно забыли чтоли? - брякнул Чонин.

Все засмеялись. А в воздухе висело что-то, что никто не решался произнести вслух.

Продолжение следует...

                 1719 слов