Кодекс восьми имён

Когда компания вышла из стеклянных дверей больницы, воздух уже начал остывать, уступая место ранним сумеркам. На парковке они ненадолго задержались, не желая расходиться. Чан первым нарушил тишину:

Б:  Есть предложение. Мы все сегодня пережили чекап, кровь сдали, даже глазное дно проверили. Может, отметим? -  Он обвёл взглядом остальных. -  Я знаю одно место на набережной, там подают лучший рамён в городе.

Нин:  Я за, -  сразу отозвался Чонин, пихнув Чана локтем в бок. -  Только если ты угощаешь. Я сегодня решил изменить своему прицепу платить за себя.

Б:  Я угощаю, -  усмехнулся Чан. -  Но только потому, что ты наконец согласился со мной поужинать.

Нин: Эй, я согласился давно, ты просто не звал, -  парировал Чонин, и они оба рассмеялись.

Сынмин посмотрел на Чанбина.

С:  Ты как? Готов съесть порцию рамена?

Чб:  Две, -  ответил Чанбин с невозмутимым лицом. -  Я сегодня сгорел от ревности к...друзьям, надо восстанавливать калории.

С:  Ты сгорел? -  прыснул Сынмин. -  Ты же сам сказал, что служил в медицинских войсках. А повёл себя как герой дорамы.

Чб:  Заткнись, -  беззлобно огрызнулся Чанбин, но уголки его губ дрогнули в улыбке.

Феликс и Хёнджин стояли чуть поодаль — Хёнджин всё ещё сжимал в руке пустой стаканчик из-под кофе, мнул его машинально. Феликс заметил это и тихо сказал:

Ф:  Расслабься.

Хёнджин поднял глаза.

Х:  Извини за то, что устроил утром. Я просто...

Ф:  Знаю, -  Феликс мягко перебил. — У друзей бывает такое, что проскакивает ревность.

Хёнджин выдохнул и наконец улыбнулся.

Минхо между тем задержался у входа. Он смотрел на часы — до восьми оставалось два с половиной часа. Он хотел дождаться Хана, но понимал, что тот на операции, и лучше не мешать. Однако ноги не слушались: он всё ещё стоял на том же месте, глядя на стеклянные двери.

Б: Минхо! -  крикнул Чан из машины, опуская стекло. - Ты с нами или как?

Минхо обернулся, замялся на секунду, потом кивнул.

М: Да, еду. Только я потом вернусь — у меня встреча с Ханом.

Нин: Оу, уже «встреча»? - Чонин высунулся из заднего окна. -  А не просто «ужин»?

М:  Заткнись, Чонин, -  буркнул Минхо, но щёки его предательски покраснели. Он быстро сел в свою машину и завёл двигатель.

Колонна из трёх машин выехала с парковки. Впереди ехал Чан с Чонином, за ними — Феликс с Хёнджином и Минхо, замыкали  Чанбин и Сынмин.

*

В ресторане было уютно: неяркий свет, деревянные панели на стенах, запах чеснока и кунжутного масла. Они заняли большой стол у окна с видом на реку. Официант принёс меню, и началась обычная возня: кто хочет острое, кто без мяса, кто с яйцом, а кто двойную порцию лапши.

Б:  Заказывайте что хотите, -  Чан великодушно махнул рукой. -  Сегодня я спонсор.

Нин:  Тогда я буду самое дорогое, -  заявил Чонин и ткнул пальцем в позицию «особый рамён с морепродуктами».

Б:  Ты же не любишь морепродукты, -  удивился Чан.

Нин:  Люблю, когда за них не плачу.

Все рассмеялись. Сынмин сделал заказ, потом посмотрел на Чанбина.

С: А ты какой бульон берёшь?

Чб:  Говяжий. И добавлю побольше перца, -  ответил Чанбин. -  Заодно проверю, сгорю ли я снаружи и изнутри за один день.

С:  Ты сегодня просто кладезь шуток, -  усмехнулся Сынмин.

Хёнджин сидел рядом с Феликсом, изучая меню. Вдруг он нахмурился.

Х:  Феликс, тут есть позиция «роллы с лососем». Ты же любишь лосось? Давай закажем на двоих.

Ф:  Давай, -  Феликс кивнул, и Хёнджин довольно улыбнулся -  ему казалось, что совместный заказ как бы укрепляет их связь, которая сегодня была немного нарушена.

Минхо сидел напротив, почти не глядя в меню. Он заказал первое, что попалось под руку, и уставился в окно, где на тёмной воде отражались огни набережной.

Нин:  Эй, Минхо, -  позвал его Чонин через стол. -  Ты чего такой задумчивый? Переживаешь перед свиданием?

М:  Это не свидание, -  машинально ответил Минхо и тут же понял, что это звучит неубедительно. -  Ладно, может, и свидание. Но я не переживаю.

Б:  Врёшь, -  спокойно констатировал Чан. -  У тебя на лбу написано: «А вдруг он передумает?» или «А вдруг я ляпну что-то не то?»

М:  Откуда ты... -  начал Минхо, но осёкся. -  Ладно, вы правы. Я немного нервничаю. Хан — он... особенный.

С:  Мы знаем, -  мягко сказал Сынмин. -  Мы все заметили, как ты на него смотришь. И он на тебя — тоже.

М:  Он смотрит? -  Минхо оживился. -  Вы серьёзно?

Чб:  Серьёзнее некуда, -  подтвердил Чанбин. -  Когда мы заходили в лифт, он украдкой на тебя посмотрел раз пять. Я считал.

Ф, Х:  Ты считал?! -  хором воскликнули Феликс и Хёнджин.

Чб:  Я служил в разведке, -  невозмутимо ответил Чанбин. -  Привычка.

Все засмеялись, и напряжение Минхо немного спало. Он благодарно глянул на друзей.

Когда принесли заказ, разговоры потекли легче. Чонин рассказывал забавную историю про то, как один подозреваемый пытался сбежать из участка, но запутался в собственных шнурках, и его пришлось ловить всем отделом. Чан слушал, улыбаясь, и время от времени подкладывал Чонину дополнительные кусочки мяса со своей тарелки — тот делал вид, что не замечает, но щёки его розовели.

Сынмин и Чанбин устроили мини-соревнование: кто быстрее съест свою порцию, не обжигаясь. Выиграл Чанбин, хотя потом долго пил воду с лицом пунцового цвета.

Чб: Чёртов перец, - просипел он.

С:  Сам виноват, -  Сынмин протянул ему стакан молока. - Держи, нейтрализует.

Чб: Откуда у тебя молоко?

С:  Попросил у официанта, когда ты заказывал перчёный бульон. Я знал, что так будет, -  Сынмин улыбнулся, и Чанбин, несмотря на жжение, почувствовал тепло в груди.

Минхо ковырялся в своей тарелке, слушая болтовню друзей, и думал о том, как ему повезло. Эти парни  — каждый со своими тараканами, со своими странностями — стали его семьёй. И сегодня вечером он добавит в эту семью ещё одного человека, если всё пойдёт хорошо.

Внезапно его телефон завибрировал. Он взглянул на экран — Хан. Минхо моментально выпрямился и принял вызов.

М:  Привет, -  его голос дрогнул, и он постарался сделать его спокойным. -  Ты уже освободился?

Д:  Почти, -  голос Хана звучал устало, но тепло. -  Операция затянулась, но я заканчиваю. Ты где?

М:  Мы в ресторане на набережной, едим рамён. Я заберу тебя, как скажешь.

Д:  Заезжай через сорок минут, -  сказал Хан. - Я переоденусь и буду ждать у главного входа.

М: Договорились, -  Минхо почувствовал, как сердце ускоряет ритм. -  Увидимся.

Он положил трубку и поймал на себе шесть пар любопытных глаз.

Нин:  Ну? - Чонин подался вперёд. - Когда?

М:  Через сорок минут, - ответил Минхо и не смог сдержать улыбки.

Ф:  Ого, у тебя прямо лицо засветилось, -  заметил Феликс. -  Будь осторожен, а то ослепишь весь зал.

М:  Завидуй молча, - парировал Минхо, но беззлобно.

Они допили чай, расплатился Чан, он, как и обещал, взял всё на себя.

Ребята вышли из ресторана. Вечер уже полностью вступил в свои права: на небе зажглись первые звёзды, с реки дул свежий ветер.

Б:  Удачи тебе, -  сказал Чан, пожимая Минхо руку. -  Напиши потом, как всё прошло.

М:  Обязательно, -  кивнул Минхо. -  Спасибо за сегодня.

Чб:  Это тебе спасибо, что притащил нас на этот чекап, -  ответил Чанбин. -  А то я бы ещё год не пошёл к врачу.

С:  Я тебя заставлю, если надо, - пообещал Сынмин, и Чанбин закатил глаза, но улыбнулся.

Феликс подошёл к Минхо и тихо сказал.

Ф: Если ты его  обидишь, он тебя прооперирует без наркоза.

М: Я никого не обижу , - цокнул Минхо, -  спасибо за поддержку.

Хёнджин махнул рукой из машины.

Х: Пока, Минхо! Передавай привет Хану!

М:  Передам.

Компания разъехалась. Минхо сел в машину, завёл двигатель и вырулил на набережную. Впереди был вечер с Ханом. И хотя он немного нервничал, в груди разливалось предвкушение.

Он включил поворотник и направился к больнице. В зеркале заднего вида мерцали огни города, но мысли Минхо были уже далеко — там, где через полчаса его будет ждать человек в синем хирургическом костюме с усталой улыбкой, от которой у Минхо каждый раз перехватывало дыхание.

Остальные разъехались по домам, но в общем чате уже начали появляться сообщения: Чонин скинул мем с котом, убегающим от огурца, подписав «это Минхо перед первым свиданием», Феликс ответил тремя смеющимися эмодзи, Чан поставил реакцию «🔥».

Минхо даже успел подумать, как эти шестеро предателей будут летать по дому от его тапка, но свидание с Ханом переманивали его чувства с наигранной злости, на искреннюю любовь.

Продолжение следует...

                  1285 слов