30 Ночей Разврата |18+

Песня к главе: Nikki idol - Love me to death

«Мужчины — странные существа: они могут обожать изгиб шеи или форму туфли, полностью игнорируя душу той, кто всё это носит».

Я смотрела на него в упор, крепче сжимая ручку чемодана. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Назад дороги действительно не было. Возвращаться в Париж, где меня ждало лишь удушающее одиночество и жалостливые взгляды знакомых, казалось добровольной казнью. Здесь, на Амальфи, в объятиях этого пугающего мужчины, я хотя бы чувствовала себя живой.

— Сначала назовите свое имя... — нарушила я затянувшееся молчание, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Это так важно? — он лениво приподнял бровь, продолжая блокировать выход.

— Да, важно. Либо я ухожу прямо сейчас!

Мужчина снисходительно усмехнулся. В его глазах промелькнуло одобрение — моя слабая попытка бунта его забавляла.

— Жофре... — он протянул мне свою широкую, сильную ладонь. — Приятно познакомиться, Жезафина. У вас чертовски сладкая киска и очень приятный рот.

Лицо мгновенно обожгло пунцовой краской. Я возмущенно выдохнула, проигнорировав его руку:— Вы невыносимы!

— Однако я привлек ваше внимание... — его губы тронула сытая ухмылка. — Так вы согласны?

— Будет глупо, если я скажу «нет», — тихо ответила я, опуская взгляд на носки своих туфель.

— Я знал, что вы умная девушка, — Жофре плавно отступил, освобождая проход, но забирая мой чемодан. — Иди спать, Жезафина. Набирайся сил.

— И что вы сделаете со мной за эти тридцать дней? — не удержалась я, оборачиваясь на пороге.

— Превращу твою жизнь в сказку похоти и разврата...

— Это просто безумие... — я обхватила себя руками за плечи. — Переспать с первым встречным.

— Мы еще не переспали, — вкрадчиво поправил он, и его взгляд скользнул по моим губам. — Но, кажется, завтра мы это сделаем.

***

Утро на Амальфитанском побережье встретило меня ослепительным солнцем и шумом прибоя. Жофре пригласил меня на открытую веранду, где на белоснежной скатерти уже ждал роскошный завтрак: спелые фрукты, свежая выпечка и ароматный итальянский кофе. За завтраком он немного рассказал о себе. Я узнала, что Жофре — очень крупный, влиятельный предприниматель из Парижа. Раз в год он сбегает от суеты мегаполиса сюда, на свою уединенную виллу, чтобы отдохнуть и побыть наедине с морем. Я сидела напротив и открыто разглядывала его. Жофре был невероятно привлекателен той зрелой, порочной мужской красотой, против которой у молодых парней нет шансов. На нем была шелковая рубашка глубокого бордового цвета с небрежно закатанными рукавами и светлые брюки. Истинный стиль «олд мани» — дорого, статусно, без кричащих логотипов. Он неторопливо раскуривал сигару. Слегка растрепанные ветром волосы, аккуратная, жесткая щетина на волевом подбородке, размеренные движения... Взрослый, статный миллионер.

И я. Простушка с окраины Парижа, которой недавно исполнилось двадцать пять лет. Девушка, которая работает баристой в обычной кофейне и считает каждый евро до зарплаты. Кажется, моя жизнь превратилась в сумасшедшее кино.

— А вы кем работаете? — нарушил тишину Жофре, выпуская облако ароматного дыма.

— Делаю утро людей добрым, — я слабо улыбнулась, пригубив свой эспрессо.

— Варите кофе?

— Откуда вы узнали?! — я растерянно моргнула.

— По тебе видно... да и кофе делает большинства людей счастливыми, хотя это иллюзия. — он плавно перешел на «ты», и от этой внезапной фамильярности по коже пробежали мурашки.

— Ты тратишь свою юность на то, чтобы каждый день варить кофе? Серьезно?

— У меня нет богатых родителей и богатого любовника, месье, — огрызнулась я, уязвленная его тоном. Жофре медленно отложил сигару и подался вперед, опираясь локтями о стол. В его глазах зажегся тот самый опасный огонь, от которого у меня слабели ноги.

— Тебе стоит научиться торговать своей волосатой киской, Жезафина. Мне нравятся твои кудрявые волосы на лобке. Но будет чертовски интересно, если я лично побрею тебя перед тем, как войти...

От его грубых, невероятно интимных слов внизу живота мгновенно заныло. В паху разлилась густая, мучительная волна тепла. Я судорожно сглотнула, не зная, куда девать взгляд.

— Ты неудовлетворена, Жезафина. Как и большинство женщин, — безжалостно продолжал он свой психоанализ, глядя, как тяжело вздымается моя грудь.

— И что вы... то есть ты, нашли во мне? Разве простушки могут привлекать таких, как ты?

Жофре на секунду замолчал, рассматривая меня так, словно видел насквозь.

— Да. Я смертельно устал от этой идеальной, вылизанной картинки, — его голос звучал глухо и серьезно. — От красивых кукол, которые пробежали через всех пластических хирургов. Этот искусственный загар, обколотые губы, нарощенные волосы... Знаешь, в нашем мире слишком много фальши. А в тебе есть редкая, чистая простота. И ты мне чертовски понравилась. Хотя обычно я никогда не засиживаюсь с одной девушкой больше одного вечера. Но в тебе что-то есть...Он откинулся на спинку стула и взглянул на часы на запястье.

— Поэтому сегодня вечером я приглашаю тебя в закрытый ресторан-клуб на побережье. Я там главный гость.

— Я не хожу в такие места, — я покачала головой, вспомнив свое простенькое желтое платье. — Мне банально нечего надеть.

— Я тебя научу, — хищно улыбнулся Жофре. — Для начала я попрошу своего друга привезти тебе роскошное платье. Тебя нужно правильно приодеть для высшего общества. Но учти, Жезафина... Под этим платьем не должно быть ничего. Это мое первое условие на сегодня.

***

Ближе к вечеру в мои покои постучали. Горничная внесла огромную брендовую коробку, перевязанную шелковой лентой. Когда я открыла её, у меня перехватило дыхание. Внутри лежало роскошное изумрудное платье из тяжелого шелка. Оно было коротким, на тонких лямках, с умопомрачительно глубоким декольте и открытой спиной. К нему прилагалась записка от Жофре, написанная его размашистым, властным почерком: «Без трусиков, Жезафина. Это мое первое условие на сегодня».

Мои пальцы дрожали, когда я натягивала шелк прямо на обнаженное тело. Ткань ласкала соски, заставляя их мгновенно затвердеть, а отсутствие белья рождало внутри щекочущее, порочное чувство незащищенности.

Когда мы приехали в ресто-клуб, я поняла, что такое настоящая роскошь. Заведение располагалось прямо на скале, нависающей над ночным морем. Вокруг царил неоновый полумрак, гремели глубокие, вибрирующие басы, а в воздухе смешивались запахи дорогого парфюма, кальянов и морского бриза. На подиумах томно извивались полуголые танцовщицы, а за столиками сидели люди, чьи лица то и дело мелькали в списках Forbes. Жофре уверенно вел меня за руку через толпу. К нам тут же подошел высокий, холеный мужчина — его близкий друг Пьер.

— Жофре, дьявол тебя раздери! — Пьер удивленно приподнял бровь, оценивающе оглядывая меня. — Ты пришел не один? Это историческое событие. Рад знакомству, мадемуазель.

Нам тут же принесли алкоголь. Жофре заказал для меня крепкий, сладкий коктейль. Мы сели на кожаный диван за угловой столик. Мужчины начали обсуждать дела, а я, пытаясь унять дрожь, сделала несколько крупных глотков. Внезапно мой телефон в сумочке завибрировал. Я вытащила его и увидела сообщение от Жофре, хотя он сидел в полуметре от меня и спокойно курил сигару:

«Раздвинь ноги»

Я ошеломленно подняла на него взгляд. Он даже не посмотрел в мою сторону, продолжая слушать Пьера. Но под столом Жофре вальяжно сбросил свой замшевый лофер от Loro Piana. Его голая ступня медленно скользнула вверх по моей голени, приподнимая подол изумрудного платья. Прежде чем я успела сообразить, его длинные, сильные пальцы ног целенаправленно и грубо направились прямо в мою обнаженную, беззащитную промежность. От неожиданности я поперхнулась коктейлем, шумно закашлявшись. Пьер тут же осекся и с понимающей ухмылкой перевел взгляд на меня.

— Я вижу, вам весело, — он покачал головой и посмотрел на Жофре. — Ох, мадемуазель, я тебе сочувствую. Он тот еще извращенец! Ладно, не буду вам мешать.

Пьер поднялся и растворился в толпе. Стоило нам остаться одним, как я попыталась сжать бедра и убрать ногу Жофре, но его хватка была железной. Своим большим пальцем ноги он начал безжалостно, методично ласкать мой набухший бугорок через природные кудряшки. Внутри меня мгновенно вспыхнул пожар.

— Прекрати стесняться. Скромной быть не в моде, — небрежно бросил он, затягиваясь сигарой. Его нога продолжала безжалостно терзать мою киску.

Порочное удовольствие лавиной затопило разум. Музыка гремела, вокруг ходили люди, но я абсолютно забыла обо всем. Из горла вырывались тихие стоны, я извивалась на диване, не замечая, что со стороны прекрасно видно, как я закатываю глаза от подступающего кайфа.

— А теперь покажи мне свои сиськи! Живо! — ледяным, приказным тоном скомандовал Жофре.

— Тут люди! — в панике прошептала я, оглядываясь по сторонам.

— Я два раза не повторяю, Жезафина!

Подчиняясь его бешеному авторитету, я дрожащими пальцами оттянула лямку платья вниз, полностью оголяя одну грудь. Мой сосок стоял, напряженный от возбуждения и страха. Жофре хищно осмотрел мою плоть.

— Возьми со стакана лед и приложи к соску, пока я буду терзать твою киску пальцами своей ноги! Живо! — приказал он.

Я сглотнула слезы стыда и возбуждения, опустила пальцы в стакан, доставая кубик льда, и прижала его к горячей вершине своей груди. Обжигающий холод столкнулся с жаром моего тела. Я громко, всхлипывая, застонала на весь VIP-зал. Жофре под столом резко усилил темп, его пальцы ноги буквально вбивались в мою мокрую щель. Контраст холода сверху и дикого пожара снизу добил меня. Тело свело судорогой, и я содрогнулась в мощном, оглушительном оргазме, шумно хватая ртом воздух.

Кое-как поправив лямку платья и пряча грудь, я тяжело дышала, надеясь, что этот кошмар окончен. Но Жофре еще не насытился моей покорностью. Он лениво откинулся на диван и посмотрел на меня сверху вниз.

— А теперь залезь под стол и оближи мои пальцы ног. Вытри их языком от своей киски. Живо! — скомандовал этот безумец.

Разум кричал, что это край, это унижение. Но порочный адреналин уже полностью управлял мной. Словно верная шавка, я медленно сползла с дивана прямо на пол, скрываясь под скатертью стола. Встав на колени, я приблизилась к его мужской ступне, которая была полностью покрыта моими интимными, липкими соками.

Зажмурившись, я высунула язык и начала тщательно, медленно вылизывать его пальцы ноги, слизывая собственную влагу, пока они не стали абсолютно чистыми.

Когда я выбралась обратно и села на диван, Жофре резко подтянул меня к себе, собственнически вжимая мое обмякшее тело в свой бок. Его пальцы грубо сжали мой подбородок, заставляя смотреть на него.

— Твой язычок сегодня наработал тебе на браслет от Cartier... — порочно усмехнулся он, заглядывая в мои расширенные зрачки.

— Начнем с маленького. Чем больше ты будешь послушной, Жезафина, тем выше будет стоимость твоих подарков...

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?

Ахаххаах😂 я смеюсь с концовки... Бедная Жезафина, простая девушка, которая попала в руки психа извращенца , который решил издеваться над неопытной девушкой и задаривать её золотыми цацками😅

А я еще когда-то думала, что Гаспар Дюваль мой самый ярый французский извращенец... (если не читали, он из моей книги Мадлен).

Но, как видите француз Жофре обошел всех😂🔥

Я не хочу думать, что нас ждет дальше🙊

Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️