Двое

Треки главы: Nessa Barrett «i wanna die», Highasakite «Lover, Where Do You Live?»

Кэт стояла, опираясь о край раковины. Все тело тряслось, а глаза буравили трещинку в керамике.
Работа высасывала все соки: новые решения по заднему антикрылу, днищу, идеи по перераспределению воздушных потоков. И все равно мозг не хотел отдыхать, душа в темноте собственного дома.

Тогда, в Сан-Марино, Крис дал понять, что она пока свободна. Пока.
«Я вижу, что тебя тяготит моё присутствие, - его хриплый голос заполнял салон автомобиля, пока они неслись по ночной трассе вдоль моря. Слишком быстро, но идеально отточено. Так, что страх ни разу не разжал свои лапы. - А я этого совсем не хочу. Ты нужна мне, Катриона, - скачок сердца. - Больше, чем воздух. И я ни за что не могу себе позволить огорчать тебя. Так что не переживай. Я пока исчезну из твоей жизни. Хочу, чтобы наше воссоединение было радостным».
Сука. Почему он говорил весь этот бред? Какая может быть радость после того, что он сделал? Весь её личный ад заключался в глазах этого человека, спокойно рассуждающего об их совместном будущем на соседнем сиденье.
Она понимала, что Крис знает о её ненависти. Он как древний божок, питался ею. И в то же время он видел, какое влияние оказывал на неё.
Стоило ему взглянуть на неё, и все тело покрывалось мурашками. Настоящий удав. Алекс была права. Единственное желание, которое вытесняло все остальные рядом с ним - подчиняться.
Он жил под ее кожей все это время. Ни Кими, ни Ландо, ни воспоминания о Коуле - ничто не могло вытравить Криса из неё.
Дни ее свободы стремительно утекали сквозь пальцы.
Третье сентября. Обычная дата для большинства людей. И такая ломающая изнутри для Кэт.
Эмоциональный подъем и желание жить во что бы то ни стало, родившиеся после поездки с Кими, увядали. Остались только пустота, одиночество и горечь, застывшая на языке.

В дверь постучали.
- Мисс Вольфф? С вами все в порядке? - голос одного из аэродинамиков. - Не хотел вас беспокоить, но шеф просил вас найти.
Кэт проглотила слюну, смахнула непролившиеся слезы.
- Да. Да, хорошо. Уже выхожу.
- Он ждёт в переговорной.
Послышались удаляющиеся шаги.
Кэт заставила себя несколько раз глубоко вздохнуть.
Вдох.
Выдох.
Она в полном порядке. Обычный день на работе. Обычный гран-при, обычное совещание. Нет никаких переживаний. Она настоящий профессионал, так? И сможет достойно завершить свою консультационную миссию в команде Mercedes.

- Ты меня звал?
Катарина заглянула в прохладную переговорную.
Длинный овальный стол, десяток кожаных стульев, только один из которых был занят.
- Проходи.
Тото жестом предложил ей присесть рядом.
- Чай, кофе?
- Нет, спасибо.
Кэт аккуратно опустилась на мягкую поверхность, поправляя выбившиеся из пучка пряди.
- Ты хотел поговорить.
Глаза CEO внимательно изучали девушку.
- Я помню, какой сегодня день.
Лучше бы он её ударил.
Кэт дернула уголком рта.
- Я отлично справляюсь, честное слово. Не нужно меня жалеть.
- И не собирался, - Тото откинулся на спинку стула, не сводя серьёзного взгляда с племянницы. - Но если хочешь уйти сегодня пораньше, я пойму.
- Завтра тренировки, так что я не буду подводить свою команду.
Секунда молчания.
- Будь по-твоему, - махнул рукой Вольфф. - Тогда другой вопрос.
Он придвинул к ней бумаги, до этого лежавшие на краю стола.
- Это контракт. Двухлетний, хорошо оплачиваемый, который я тебе предлагаю как будущему заместителю главного аэродинамика Mercedes.
Сердце пустилось в пляс.
- Ты это не всерьёз..
- Ошибаешься, Китти. Я подготовил этот контракт уже после Сильверстоуна, но хотел убедиться, что ты влилась в команду. Так и произошло.
Буквы расплывались перед глазами Кэт, когда она судорожно читала договор.
- Но у меня почти нет опыта...
- Зато ты безумно талантлива, умна и способна. Твои последние решения по болидам сэкономили мне кучу денег. А я ценю это больше всего.
Её мечта лежала прямо перед ней, стоило только протянуть руку и выкрикнуть «Да!». От желания согласиться сводило зубы. Но...
- Мне нужно подумать.
С вымученной улыбкой Кэт отодвинула бумаги от себя, старательно избегая удивленного взгляда Тото.
- Как-никак, механик я тоже неплохой. А лорды и виконты платят не деньгами, но коллекционными тачками.
- Китти.
- Прости, очень много работы, - Кэт уже пятилась к двери. - Позже поболтаем и все обсудим, окей?
Она практически вывалилась из переговорной, усиленно сжимая челюсть. Внутренности свело судорогой.
Судьба - жестокая штука. Нельзя предлагать утопающему райские сады, когда в нем осталось кислорода лишь на пару секунд.

Та самая трасса лежала перед ней, отвлекая от рассуждений Рикки.
- ...увеличить прижимную силу... почти закончили... нюанс...
Такая же ровная, блестящая на солнце. Как будто ничего и не было. Как будто болид её мальчика не лежал перевернутый на гравии.
Вспышка.
Её крики.
- Кэт?
Звук из толщи воспоминаний.
- Катарина, вы нас слышите?
Она дернула головой, возвращаясь в реальность.
Пятеро членов аэродинамического отдела смотрели на неё: кто-то с нетерпением, кто-то - с пониманием и грустью.
Кэт сжала и разжала пальцы, мысленно считая до десяти. Она справится.
- Чтобы сбалансировать машину, не нужно просто обрезать верхнюю створку. Вместо этого можно перенастроить законцовки переднего крыла, чтобы они направляли поток воздуха не только вдоль кузова, но и чуть наружу. Это создаст вихри, которые «запечатают» боковые зоны днища, компенсируя потерю прижимной силы от срезанного заднего крыла.
Рикки медленно кивнул, признавая ее правоту. Обсуждения начались заново, приобретая все более масштабный характер.
Вдох.
Она все ещё жива.

I wake up at night, screaming
I'm scared to shut my eyes, demons
But with your arms around me, I'm as safe as can be
Never been this happy, so
I wanna die...

- Привет.
Катарина медленно подняла глаза.
Она сидела на широкой лавочке в огромном зеленом парке, в наушниках и с заметками по телеметрии. Свежий воздух разгонял плохие мысли, освобождая место для сосредоточенности. Людей почти не было, только редкие пожилые пары да стайки туристов нарушали уединение.
Честно говоря, Кэт не хотела оставаться в моторхоуме. Слишком многие там знали об аварии. Она улавливала шепотки, видела опущенные глаза. От всего этого тошнило. Хотелось закричать: «Я в норме! Видите, я двигаюсь, работаю и разговариваю! Я не сдаюсь!»
Кими она видела только издалека. Помахала, широко улыбнулась и ушла подальше.
Он слишком хорошо её изучил. И мог растормошить вулкан чувств, который она упорно прятала внутри.
Алекса стояла перед ней - в своем привычном костюме от Chanel, с убранными в низкий хвост волосами. Лицо было лишено привычного яркого макияжа, а вся одежда и аксессуары были одного цвета.
Черного.
Её появление было равносильно мешку, прилетевшему по голове. Неожиданным, оглушающим и выбивающим из хлипкого душевного равновесия.
Алекс глубоко вздохнула.
- Помню, что ты не в восторге от моего общества (почему-то). Но я хотела выразить свои соболезнования и сказать, что ты не одна. Если что, я...
Она не договорила, запнувшись от крепкого рукопожатия.
Кэт с сухими глазами и ниточкой губ сжимала ладонь подруги.
Одиночество визжало внутри нее.
Либо она примет это сочувствие, либо окончательно спятит.
- Спасибо, - прошептала она. - Для меня это очень важно.
С мгновение посмотрев на девушку, Алекса не выдержала и притянула её в свои объятия.
- Все в порядке, все хорошо. Я здесь. И никуда не уйду.
Есть связи, которые не разрушить. И их дружба была одной из таких, неспособных порваться даже от крупной ссоры.
- Давай не будем об этом, - пробубнила Кэт в её плечо. - О чем угодно, только не об этом.
- Конечно.
Они сидели так, обнявшись, невесть сколько времени. И каждая переживала в душе целый спектр эмоций - от радости воссоединения до глубокой печали потери.

- Ты же помнишь, что в воскресенье мой день рождения?
Алекс сидела на скамейке, болтая ногами. Листва дуба шелестела над их головами.
- И я буду отмечать так, чтобы у всех на утро искры из глаз валили.
Кэт усмехнулась. Саднящая боль в груди притупилась, засыпая под болтовню Алексы.
- Тогда чем это будет отличаться от твоего обычного отмечания?
- Размахом!
В подтверждение своих слов Алекс сделала жест руками.
- Понимаю, что тебе, вероятно, не до этого... - Алекс ковырнула ниточку в своем идеальном костюме. - Но в конце-концов мы должны отпраздновать окончание твоего контракта!
- Кстати об этом.
Катарина рассказала подруге о предложение Тото, вызвав у неё бурный восторг.
- Это же чудесно, Китти! Мы сможем и дальше путешествовать (работать), обсуждать коллег и проводить кучу времени вместе!
- Да, но...
«Притворись, - шептало подсознание, - как будто у тебя ещё есть шанс на свободу. На будущее, которое никогда не наступит».
Кэт зажмурилась, спасаясь от яркого солнца.
- Это отличное предложение. Но надо подробнее изучить вопрос и мою зарплату. Всё-таки я уже опытный специалист и могу претендовать, по крайне мере, на ставку Кими. Нет, хочу ещё больше нулей в конце.
- Думаю, в начале следующего сезона у макарошки их прибавится, - закатила глаза Алекс. - Особенно если заберет титул. Он способный парень.
Кэт удивленно посмотрела на неё.
- Что? Только дурак это не признает, - фыркнула Алекса. - Но не говори ему, что я так сказала. Иначе он лопнет от самомнения. И Mercedes останется без такого ценного кадра.
Девушки захихикали, пугая неспешных воробьев.
- Я хочу позвать Джорджа, - отсмеявшись, произнесла Алекс. - Мы так и не поговорили после той драки и его дисквалификации. А я должна сказать спасибо.
Она закусила губу, рассматривая собственные ногти.
- За то, что не побоялся потерять очки и расположение начальства. За то, что вступился за меня перед этим уродом. И за то, что стал моим личным рыцарем.
Алекс слабо улыбнулась притихшей Кэт.
- Я даже написала ему письмо, представляешь? Типо тех, что ты писала... ну ты поняла. Так и не отправила, конечно. Но, черт меня дери, какая из меня Бертрелли, если я не способна лично поблагодарить такого мужчину?
- Он тебя выслушает, - ответила Катарина. - Подойди к нему в субботу, после квалификации. И расскажи всю правду: о яхте, своих переживаниях, ошибках и чувствах. Джордж - один из лучших людей в твоей жизни. Не позволяй страху забрать его у тебя.

Они решили провести вечер в уютном кафе недалеко от трассы - без шума, дурных воспоминаний и с бутылкой вина, в которой так и хотелось утопить свои проблемы.
Разговор тек бурно. Катарина громко хохотала над шутками Алекс, а при малейшем шевелении тоски в грудной клетке заполняла свой бокал до краев.
- Пора, ик, идти спать.
Алекса, пошатываясь, встала из-за стола, давясь пьяной улыбкой.
- Поехали, Китти, нам ещё перевозить твои вещи в мой номер.
- Только не сегодня, пожа-а-алуйста, - заныла Катарина. - Давай после тренировок, ладно? Я... я все сделаю, клянусь!
Она уже говорила эти слова не так давно. Кому?..
- Ты и мертвого уговоришь, дорогуша, - Алекс сделала нетвердый шаг в сторону двери. - Пойдём?
- Ты иди, я догоню.
Голова жутко кружилась, а фигура машущей рукой и удаляющейся Алексы расплывалась.
Катарина заказала ещё пару коктейлей, даже задушевно поболтала с барменом. Она не знала, сколько прошло времени, да и ей было все равно. Здесь ей было не больно, не страшно. Это стало редкостью в последнее время.
- На воздух, - пробубнила Кэт спустя час или больше, выкладывая на клетчатую скатерть чаевые. - Мне надо на воздух.
Очутившись на улице, она медленно побрела по вымощенной камнем дороге. Редкие прохожие не обращали на неё никакого внимания, погруженные в свои мысли и проблемы.

Все случилось неожиданно.
Секунда - она идёт, тихо напевая себе под нос.
Еще секунда - и она заваливается на бок, съезжая по холодной стене какого-то дома.
Красные флаги.
Россыпь гравия.
Перевернутый болид.
Её мальчик...
Кэт отчаянно замотала головой, стряхивая проступившие слезы.
«Все будет отлично!»
«Я тебе обещаю».
Земля начала бешено вращаться, писк в ушах стоял невыносимый.
Она чувствовала, что умирает, что все мышцы рвутся, а кости дробятся. Воздух заканчивался.
«Нам надо будет поговорить».
«Я тебе обещаю».
Белые искры перед глазами. Онемение клеток.
Она тонула, так стремительно и безвозвратно. Противно задыхаясь и теряя контроль.
- Смотри на меня!
Теплые руки, обхватившие ее лицо.
- Дыши со мной, sweetheart!
Внимательные и тревожные ореховые глаза, бешено сверкающие напротив.
- Вдох, выдох. Вдох, выдох...
Он повторял это снова и снова, пока положение предметов и горизонта не вернулись в норму. Пока ужасающий писк в ушах не исчез.
- Вот так, хорошо.
Он притянул её к себе, без остановки гладя по спутавшимся волосам и шепча что-то.
Слезы не останавливались, бесконечными ручьями заливая одежду их обоих. Кэт скулила в его рубашку, так знакомо пахнущую, до треска впиваясь в неё пальцами. А он изо всех сил сжимал её.
- Все будет хорошо.

Ландо смотрел, как Кэт молча буравила взглядом свой пластиковый стаканчик с чаем. Она как будто пыталась посчитать каждый пузырек воздуха на поверхности.
Они сидели в круглосуточной забегаловке - маленькой, с небольшими деревянными столиками и тусклым освещением. Помимо них во всём кафе затаились только подростки, усердно поедающие пиццу в дальнем углу.
Ландо изучал лицо девушки, замечая подрагивающие веки, опухшие от слез губы, темные круги под глазами. Ему ужасно хотелось снова докоснуться до неё. Сказать, что никого важнее в его жизни больше не существует и видеть её мучения равноценно самой худшей пытке.
- Когда мне было шестнадцать, - тихо начал он, не отрывая глаз от Катарины, - я гонялся в Formula 4.
Он со свистом втянул воздух, погружаясь в воспоминания.
- Я был молодым, страшно уверенным в себе и бесстрашным. В одной из соперничающих с нашей команд был парень, Дэн. Мы с ним не особо ладили. Он был нудным ботаником, который любил всем напоминать, что он умнее остальных. Бесящий, но талантливый.
И вот мы приехали на этап в Англии. Мой домашний автодром, я знал там каждый поворот, как свои пять пальцев. Дэн обогнал меня на старте, но я сидел на хвосте всю гонку. Я видел, как его машину повело, как он не справился с управлением и вылетел, перевернувшись пару раз. Он, который все высчитывал до скрипа зубов.
Кэт застыла, ошарашенно уставившись на Норриса. А Ландо видел перед собой только лицо кудрявого хмурого парня, вечно задиравшего нос.
- Он выжил, но получил перелом четырех ребер и вывих стопы. А я с трудом доехал до боксов. Меня вытаскивали из кокпита, потому что я не мог шевелиться и дышать.
Тогда я впервые так близко почувствовал дыхание смерти. И понял, что она всегда будет нависать надо мной, как немой стражник, ждущий своего часа.  С тех пор каждый раз, когда я видел аварии, у меня начиналась предпаническая атака.
Дернув уголком рта, Ландо отхлебнул уже остывший чай.
- Конечно, я работал с психологами, а как же. Они научили меня парочке полезных вещей. Во-первых, надо перестать бороться с атакой. Когда пытаешься ее подавить, становится только хуже. Ты как будто воюешь с собственным телом, а оно не понимает, чего ты хочешь. Я научился принимать это как факт: «Со мной происходит паническая атака. Это неприятно, но это пройдет».
Он видел, как Кэт подобралась, внимая его словам.
- Во-вторых, - продолжил Ландо, - я начал дышать. Медленно, осознанно. Схема 4-7-8. Вдох на четыре счета, задержка на семь, выдох на восемь. Это сбивает частоту сердечных сокращений. Помогает вернуть контроль.
Он показал на своем примере - сделал глубокий вдох, задержал дыхание, медленно выдохнул. Кэт непроизвольно повторила за ним.
- Ты как будто обманываешь нервную систему, - сказал Ландо. - Показываешь ей, что все в порядке, что ты контролируешь ситуацию.
Он замолчал, разглядывая свои руки.
- И еще один важный момент, который мне сказал психолог. При панической атаке нужно найти якорь. Что-то, что вернет тебя в реальность. Пять вещей, которые ты видишь. Четыре, которые чувствуешь на ощупь. Три, которые слышишь. Две, которые чувствуешь запах. Одна, которую чувствуешь на вкус. Это переключает мозг с паники на обработку сенсорной информации.
Кэт смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается что-то горячее и горькое. Он прошел через это. Может быть, не так, как она, но он знал и понимал её, как никто другой. И он никогда не говорил ей об этом. Прятал за улыбками и шутками, пока она утопала в своем одиночестве.
Оказывается, Ландо Норрис был куда сильнее, чем казалось на первый взгляд.
- Почему ты не говорил об этом раньше? - голос охрип, выдавая ее волнение и пережитый стресс.
- Потому что я не хотел, чтобы ты считала меня слабым, - его зелено-серые глаза с усталостью метнулись к её. - Но сейчас я не видел другого способа помочь тебе, кроме как научить бороться с этим поганым недугом. В следующий раз меня может не оказаться рядом.
Сердце Кэт сжалось, отзываясь на горечь в его словах. Почему ей так важна была его поддержка?
Она медленно встала со своего места, опускаясь на диван рядом с ним. Его рубашка ещё не до конца высохла от её слез. Лицо Ландо осунулось, словно он тоже переживал её боль.
Кэт нерешительно подняла руку. Пальцы коснулись его щеки, ощущая колючую щетину.
Ландо затаил дыхания, наблюдая, как Катарина завороженно водит рукой по его лицу. Он с удовольствием прикрыл бы глаза и начал мурчать, как кот, наконец дорвавшийся до ласки. Но он хотел видеть свою sweetheart, когда она была так близко.
Их взгляды столкнулись.
- Его больше нет, - прошептала Кэт, чувствуя непослушные капли на ресницах. - Разве смогу я с этим когда-нибудь смириться?
- Нет, - просто ответил Ландо. - Но ты научишься жить с этой болью, которая со временем превратится в светлую грусть. Иначе никак.
Он осторожно отнял ладонь девушки, сцепив её со своей.
- Потому что ты очень сильная, Китти. И ты должна жить дальше и радоваться каждому дню. А Коул будет всегда рядом. В твоем сердце.
Он привлек её к себе и они сидели так, прижавшись, крепко зажмурив глаза и дыша в унисон.
В груди Кэт впервые за долгое время начало рождаться новое чувство. Надежда. Ни Крис, ни будущее, полное неизвестности, больше не пугали её так, как раньше.
Пока Ландо верил в неё, она была способна на все.