Глава 1
Амелия
Дождь в Риверфолле будто никогда не заканчивается. По крайней мере, именно так мне показалось в тот момент, когда машина отца въехала в ворота академии Нортхэвен. Капли медленно стекали по окну, размывая очертания огромных зданий, а серое небо нависало над городом так низко, будто собиралось рухнуть прямо на крыши. Обожаю всё готичное, а это место прямо давило своей аурой. Даже сидя на заднем сиденье своей новой вишнёвой «Ауди», мне было тяжело сдержать волнение. Хотя моей её было назвать сложно, хоть её и подарили мне на день рождения. Водить отец не разрешал и нанял водителя, который возит меня по нужным местам. Сложно представить более душного человека. Как бы я его ни упрашивала, мы ни разу не ехали больше шестидесяти. Ну ничего, ещё год - и я буду совершеннолетней, и тогда я сотру не одну пару шин на дороге.
-Ты вообще меня слушаешь? -голос отца выдернул меня из мыслей, и я повернулась к нему.
Ричард Холлоуэй -мой отец -выглядел довольно обыденно. Если так, конечно, можно выразиться. Скорее я привыкла к тому, что он не снимает сшитый на заказ костюм. Или к блеску золотых часов, что иногда попадает мне в глаза. Папа всегда выглядел слишком идеально: волосы уложены назад, а лицо чисто выбрито. Иногда мне казалось, что отец даже спит по расписанию.
-Слушаю, -соврала я.
-Тогда повтори, что я сказал.
-Что нам пора сменить водителя. Я думаю, меня вполне устроит один из тех, что выступает в «Формуле‑1».
Он тяжело вздохнул.
-Амелия.
-Ладно‑ладно. «Нортхэвен -престижная академия. В ней учатся дети влиятельных семей, поэтому мне нужно вести себя со всеми дружелюбно». Я запомнила.
Он несколько секунд молчал, глядя перед собой.
-Главное, не заискивай перед ними и будь аккуратнее.
-Ты же знаешь, что я сама милота.
На этот раз он ничего не ответил. Скорее всего, не хотел рушить моё представление о себе. Отец развернулся к окну и смотрел на один из своих недостроенных объектов. Я решила, что не буду трогать его какое‑то время. Если честно, нервничала я ужасно. Конечно, никогда бы этого не показала, но внутри всё буквально дрожало от предвкушения. Мне так не терпелось увидеть местную баскетбольную команду. Интересно, есть ли там игроки моего уровня? Хоть это и выглядит так, будто я слишком высокого мнения о себе, но это не так. Не для того мои пальцы стёрли тысячи мячей, чтобы я считала кого‑то лучше себя.
Мне было шесть, когда отец впервые привёл меня в тренировочный зал своей команды. Помню этот день слишком хорошо. Огромная арена казалась тогда целым миром. Игроки команды, которые были выше меня в несколько раз, и вовсе воспринимались моим мозгом как великаны. Особенно если сравнивать их с папой, рост у которого достаточно средний. Я держала баскетбольный мяч двумя руками и не могла даже добросить его до кольца. Отец стоял рядом и спокойно наблюдал, как я злюсь. Потом подошёл сзади, подхватил меня на руки и поднял высоко над кольцом, чтобы я положила мяч сверху. Никогда не забуду ощущение, которое испытала от первого данка. Сейчас я могу делать их сама, но отец всё равно где‑то рядом и всегда помогает мне.
Машина плавно остановилась, и по тому, как отец положил руку мне на голову, я поняла, что мы приехали. Водитель открыл дверь, и холодный воздух мгновенно ударил мне в лицо. Я вышла наружу и медленно подняла голову. Академия Нортхэвен выглядела как место, где учится не просто местная элита, а члены какого‑то закрытого клуба. Огромные корпуса из тёмного кирпича, стеклянные переходы, собственная спортивная арена, идеально подстриженные газоны. Теперь я хотела увидеть баскетбольную площадку ещё сильнее. Кинуть пару трёхочковых и услышать зачаровывающий звук сетки, когда мяч попадает внутрь, -сложно представить, что может быть лучше.
-После занятий заеду за тобой, -сказал отец, выглядывая из окна машины.
-Я не ребёнок, просто пришли водителя.
-Я сам решу, что мне делать, юная леди. И постарайся ничего не натворить: в этой академии у меня не так много влияния.
Я фыркнула и закинула сумку на плечо.
-Постараюсь не уничтожить это место до конца недели.
-Хотя бы до среды.
На этом мы и попрощались. Внутри академия оказалась ещё больше и тише. Почему‑то я ожидала шума, толпы, криков, но вместо этого всё выглядело слишком… идеально. Ученики спокойно шли по коридорам, кто‑то сидел с ноутбуком прямо на подоконнике, кто‑то обсуждал занятия. Я сразу почувствовала, как собрала на себе все их взгляды. На несколько секунд каждый отвлёкся от того дела, которым был так рьяно увлечён совсем недавно. Ну конечно, я же «Дочь Холлоуэя». Иногда мне казалось, что это не фамилия, а диагноз. Повезло, что в коридоре меня встретила женщина и попросила пройти за ней. Секретарь проводила меня до кабинета директора и осторожно постучала.
-Мистер Грейсон, Амелия Холлоуэй пришла.
Изнутри послышалось спокойное:
-Пусть заходит.
Я толкнула дверь и замерла.
Честно, директора школы я представляла совсем иначе -не стариком в тёмном свитере, который сидел за обычным деревянным столом и выглядел скорее как тренер старой школы, чем как глава элитной академии. Но больше всего меня удивили фотографии на стенах. Молодой Грейсон в форме «Детройт Пистонс» держит кубок НБА. Я подошла ближе и прищурилась.
-Подождите… Это же вы?
Он усмехнулся.
-Надеюсь, ничего криминального ты там не увидела.
Я перевела взгляд на подпись под фотографией и невольно присвистнула.
-Рекорд по набранным очкам за сезон? Серьёзно?
-Не заостряй на этом внимание. Знаешь, как говорят: «Рекорды нужны для того, чтобы их бить».
Теперь понятно, почему его имя показалось мне знакомым. Он же настоящая легенда спорта. Я снова посмотрела на него уже совсем иначе.
-Тогда для меня большая честь играть под вашим руководством.
-Надеюсь, ты принесёшь нам кубок в этом году.
Он поднялся из‑за стола и протянул руку.
-Добро пожаловать в Нортхэвен, Амелия.
-Спасибо.
-Твой отец сказал, ты одна из лучших молодых игроков штата.
-Не люблю слово «одна из».
На секунду повисла тишина. Он громко засмеялся, и я наконец расслабилась. Вся та тяжесть, с которой на меня давили здешние стены, куда‑то ушла.
-О да, амбиций тебе не занимать. Напоминаешь меня в молодости.
Через несколько минут он вывел меня в коридор. Там возле окна стоял парень в школьной форме и очках. Если я привлекала к себе внимание, то его как будто вовсе не существовало. А самое главное, он вообще не был похож на спортсмена. Скорее на человека, который может за ночь взломать банковскую систему.
-Генри, -сказал директор. -Это Амелия. Она будет играть за нашу команду.
Парень посмотрел на меня и слегка кивнул.
-Привет.
Я окинула его взглядом.
-А ты кто? Репетитор по математике?
Он даже не обиделся, только уголок губ слегка дёрнулся.
-А ты всегда такая дружелюбная?
-Прости, иногда меня может слегка занести.
Спустя полчаса выяснилось, что Генри -самый странный человек, которого я встречала. Не ожидала встретить человека, более повёрнутого на баскетболе, чем я. Оказалось, что он тренер нашей команды, несмотря на то, что мы были одногодками. Мы стояли в пустом тренировочном зале. Он держал в руках маркер и что‑то рисовал на тактической доске, пока я крутила мяч на пальце.
-Ты слишком предсказуемая, всегда используешь одни и те же финты, -сказал он.
-И всё равно прохожу защиту.
-Потому что защитники слабые.
Я закатила глаза.
-Конечно. А ты у нас великий эксперт?
Он спокойно вышел под кольцо и произнёс:
-Попробуй пройди.
Я даже рассмеялась.
-Ты серьёзно?
-Боишься проиграть парню в очках?
Ладно, это было уже личное. Я резко сорвалась с места, уходя в проход. Быстро, как привыкла. Резкая смена направления, движение корпусом -и Генри просто сделал шаг в сторону, будто заранее знал, что я сделаю.
-Ещё раз, -сказала я, пробрасывая мяч между ног.
Результат из раза в раз оставался неизменным. На пятый раз я уже смотрела на него с настоящим раздражением.
-Какого чёрта?
Он кинул мне мяч.
-Ты слишком эмоционально играешь.
-Это называется уверенность.
-Нет, это называется «Посмотрите, я самая лучшая».
Я открыла рот, чтобы возразить, и закрыла обратно. Потому что он попал точно в цель, и меня это бесило. Друзей у меня не было, всё своё время я тратила на тренировки, поэтому я не слишком умею находить общий язык. Но с Генри я уверена, мы поладим: если он хороший тренер, то сможет найти ко мне подход.
-Почему ты не играешь? -спросила я.
Генри пожал плечами.
-Природа не наделила меня нужными физическими качествами.
Тренировка команды закончилась только вечером. Я была мокрая от пота, уставшая и одновременно счастливая. Вот это чувство я любила больше всего: когда мышцы горят, а ноги подкашиваются. Некоторые игроки выглядели совсем неплохо. Особенно Мия и Софи. У остальных… скажем так, было огромное пространство для того, чтобы расти.
Мы с Генри шли по длинному коридору спортивного корпуса, обсуждая тренировку. Впервые я разговаривала с мальчиком так долго.
-Ты слишком давишь на команду, -сказал он.
-Они способны на большее. Ты же видишь, что некоторые не дорабатывают?
-Лидер -это не тот, кто постоянно говорит, что делать. Ты должна на личном опыте показывать как нужно тренироваться.
-С этим проблем не будет: в зале я провожу намного больше времени, чем дома.
Он хотел что‑то ответить, но внезапно замолчал. Я проследила за его взглядом и увидела его.
По коридору к нам шёл парень -высокий, в школьной форме с расстёгнутой сверху рубашкой. На костяшках -свежие ссадины. Тёмные волосы были влажными, будто после душа, а взгляд… У него был взгляд человека, который либо убьёт тебя, либо сделает что‑то ужасное и почему‑то мне стало не по себе. В воздухе появилось странное напряжение. Он остановился напротив нас и стал внимательно смотреть в мою сторону. Наши взгляды пересеклись, и я почувствовала, что искренне ему не нравлюсь.
- Дилан, - наконец сказал он. - Амелия.
Его лицо мгновенно изменилось. То безразличие, с которым он стоял секунду назад, моментально испарилось.
- Холлоуэй? - спросил он.
- Ну да, и?
Шумный коридор неожиданно стал очень тихим. Я видела, как напрягся Генри рядом со мной, а Дилан недовольно цокнул.
- Ясно, - он прошёл мимо, задев меня плечом. - Надеюсь, больше не увидимся.
Я обернулась ему вслед и сама не поняла, почему сердце вдруг начало биться быстрее. Какой‑то всплеск адреналина - похожее ощущаешь, когда проигрываешь и на табло отсчитываются последние секунды. Сложно объяснить, что именно я почувствовала. Но одно я знала точно: с этим парнем стоит быть осторожней.
Дилан
Люди любят говорить, что деньги решают все проблемы. Полная чушь, особенно когда эти деньги построены на крови, грязи и страхе. Мой отец был одним из самых влиятельных людей Риверфолла. Его имя знали все -человек, который «поднял город», -так писали в газетах. Никто не писал, сколько людей исчезло ради этого бизнеса. Сейчас он сидит в тюрьме, а его фамилия до сих пор висит на мне как клеймо.
Я свернул на парковку академии Нортхэвен и заглушил двигатель. Зелёный «Мерседес» тихо щёлкнул фарами, а я ещё несколько секунд просто сидел, глядя через лобовое стекло на школу. Иногда мне казалось, что я ненавижу это место. Но только оно удерживало меня от того, чтобы окончательно сорваться.
В телефон сразу прилетело сообщение:
«Ты опять опаздываешь, придурок».
Я усмехнулся: мне нравилось, как легко со мной общается Люк. Я вышел из машины и сразу заметил его возле ступеней. Он сидел на перилах, жуя жвачку и листая что‑то в телефоне.
-Смотри‑ка, -протянул он, заметив меня, -сам великий Дилан Блэйк решил почтить нас своим присутствием.
-Завались.
-И тебе доброе утро.
Мы пожали руки. Люк был одним из немногих людей, рядом с которыми мне не приходилось постоянно держать оборону. Мы дружили ещё до того, как моего отца арестовали, -до того, как люди начали смотреть на меня иначе.
-Ты сегодня особенно мрачный, -заметил он, пока мы шли внутрь.
-Я всегда такой.
-Не‑а, обычно ты изредка, но улыбаешься.
Я ничего не ответил. Честно, спал я часа три. Всю ночь готовился к бою: пересматривал записи соперника и пытался выбросить из головы разговор с отцом. Жаль, что безуспешно. Повезло, что удалось поспать хотя бы немного.
Мы вошли в столовую. Шум голосов сразу ударил по ушам. Кто‑то смеялся, кто‑то спорил, несколько девчонок возле окна слишком явно посмотрели в мою сторону и тут же начали шептаться. Я привык: в Нортхэвене либо боялись меня, либо хотели быть рядом из‑за репутации. И то, и другое раздражало одинаково.
Мы взяли еду и сели за дальний стол. Люк тут же подался вперёд.
-Так ты идёшь сегодня вечером или нет?
-Куда?
-На вечеринку у Картера. Господи, ты вообще слушаешь людей?
-Нет.
Он закатил глаза.
-Там будет половина школы.
-Тогда тем более нет.
-Да ладно тебе. После прошлого боя ты вообще как призрак ходишь.
Я ткнул вилкой в еду.
-У меня через неделю бой с Хейзом.
Улыбка Люка сразу потухла.
-А‑а…
Вот именно -даже говорить ничего не нужно было. Все в зале знали, кто такой Райан Хейз: парень, которому я проигрывал уже дважды. Парень, который был быстрее, техничнее и хладнокровнее меня. И я ненавидел его за это.
По правде сказать, у меня не было должного таланта к боксу. Я старался компенсировать всё тренировками, и в большинстве случаев это работало. Но этот парень был как будто с другой планеты. В прошлом бою, что был год назад, я не смог сделать ничего. Но в этот раз я ни за что не проиграю.
-Ты его сделаешь, -сказал Люк уже серьёзнее.
-Если выйду на ринг в таком состоянии -проиграю. Нужно немного успокоиться.
-Слушай, говорят, вечеринки очень расслабляют.
Я коротко усмехнулся.
-Мне нужно слегка, а не очень. Не хочу быть грушей на ринге.
Тренировочный зал пах потом, резиной и кровью. Это место было единственным, где мысли наконец замолкали. Как только я вошёл внутрь, сразу услышал знакомый голос:
-Блэйк! Ты снова опоздал!
Тренер Харрисон стоял возле ринга, сложив руки на груди, -бывший боец со шрамом через бровь. Взгляд такой, будто он мог заставить извиниться кого угодно. Подобное давление без слов я чувствую, только когда вижусь с отцом.
-Две минуты, -ответил я.
-Для твоего соперника хватит и одной, если продолжишь быть таким расхлябанным.
-Доброе утро, тренер, -пробормотал Люк.
-А ты вообще молчи. Твоя защита -это оскорбление бокса.
Я невольно усмехнулся: вот за это я Харрисона и уважал. Он никогда никому не давал спуска и относился ко всем одинаково: или ты пашешь, или проваливай.
-Разминка, живо! -рявкнул он.
Через двадцать минут футболка уже прилипла к телу. Мы с Люком вышли на спарринг. Он был хорошим парнем, но плохим бойцом -слишком добрый для ринга. Я легко читал каждое его движение и специально работал вполсилы: не хотел ломать ему лицо перед занятиями. Люк бросил джеб, и я уклонился. Он старался и работал в полную силу, но получалось у него неважно.
-Блэйк! -голос тренера прогремел через весь зал. -Какого чёрта ты делаешь?!
Я не ответил.
-Ты жалеешь его?
Люк тяжело выдохнул:
-Тренер, всё нормально…
-Заткнись!
Харрисон подошёл ближе и ткнул пальцем мне в грудь:
-На ринге нет друзей. Либо ты работаешь нормально, либо выметайся отсюда.
Я сжал капу во рту. Ненавижу момент, когда приходится отпускать контроль, но тренер был прав: если я привыкну сдерживаться, то и в бою буду выглядеть так же. Люк снова пошёл вперёд, и на этот раз я не сдержался. Мой удар был резок и точен. Люк рухнул на канвас раньше, чем успел понять, что произошло. В зале стало тихо, я тяжело дышал, глядя на друга сверху вниз. Люк простонал и поднял руку:
-Я живой…
Несколько человек нервно рассмеялись, а я уже стягивал перчатки.
-Блэйк! -окликнул Харрисон.
Но я просто бросил перчатки на ринг и ушёл.
Горячая вода стекала по лицу. Я стоял под душем, уперевшись ладонями в стену, и пытался смыть с себя всё. Последнее время мне всё труднее сдерживать свою злость. Иногда мне казалось, что я уже слишком похож на отца — именно этого я боялся больше всего. Я едва узнавал себя в отражении зеркала. Эти синяки под глазами и вечно сбитые костяшки явно не добавляли мне привлекательности.
Я быстро надел рубашку, накинул пиджак и вышел в коридор спортивного корпуса. Возле окна стояла девушка и что‑то раздражённо доказывала парню в очках. Огненно‑рыжие волосы, прямая осанка и взгляд такой, будто весь мир должен немедленно под неё подстроиться. Она была слишком красива. Я уже собирался пройти мимо, когда услышал фамилию «Холлоуэй». Из всех людей в этом чёртовом городе именно этого мне сегодня не хватало - дочери Ричарда Холлоуэя, человека, который уничтожил мою семью.
Наши взгляды встретились, и почему‑то я не смог отвернуться. Сложно объяснить это чувство: она и притягивала, и отталкивала одновременно. Впервые за долгое время кто‑то, кроме Люка, смотрел на меня без страха.
Несколько секунд я не сводил с неё взгляд. А потом услышал фамилию снова: «Холлоуэй». И вся злость мгновенно вернулась обратно.
- Ясно, - тихо сказал я.
Мне хотелось кричать и высказать ей всё, что я думаю о её отце, но почему‑то я сдержался.
- Надеюсь, больше не увидимся.
Больше материалов по книге, новости, визуалы персонажей и заметки о мире «Закрытого клуба» — в моём Telegram-канале:
Буду рад видеть вас там.