Дом на скалах
Глава 1. Дом на скалах
Брачный контракт, подписанный лишь затем, чтобы залить кровную вражду между семьями Фуртуна и Кочари, привел Исо и Фадиме в старый горный дом. Для всех остальных это был медовый месяц, но для них двоих — лишь вынужденное затишье перед бурей, долгая и томительная ночь, проведенная бок о бок с врагом.
Фадиме сидела на краю кровати, вцепившись побелевшими пальцами в покрывало. Исо стоял у окна, разрывая на части тяжелое молчание, которым был пропитан каждый уголок этой комнаты.
— Ты так и не снимешь это? — спросил он, не оборачиваясь, кивнув на ее фату. Свадебный наряд уже давил на плечи, напоминая о цепях, в которые ее заковали.
— Не твое дело, — ответила Фадиме, и ее голос прозвучал глухо. Она прикоснулась кончиками пальцев к жесткой ткани, скрывающей ее волосы. — Только руку протянешь, уберешь ее прочь.
Исо наконец повернулся к ней. В его глазах мелькнула искра неподдельного любопытства, но он быстро отвел взгляд.
— Ты ведь знаешь, что мы здесь не по своей воле?
— Знаю. — Фадиме поднялась, резко, словно пружина разжалась у нее внутри. — И не нужно напоминать мне, чьей жертвой я стала.
Этот союз был задуман Ширин Фуртуной как последняя попытка утихомирить многолетнюю вражду между влиятельными семьями, погрязшими в бесконечных распрях и старых обидах . Исо, сын дома Фуртуна, и Фадиме, гордая дочь Кочари, стали пешками в чужой игре, и оба это прекрасно понимали. Брат Фадиме, Адиль, поклявшийся больше никогда не пускать чужаков в их жизнь, был взбешен, когда узнал о тайном обручении . Но сделка уже состоялась.
Оставшись одни в доме на скалах, они вынуждены были узнать друг друга по-настоящему .
Лунный свет разбивался о стекло, оставляя на полу причудливые тени. Исо сделал шаг вперед.
— Слушай, — начал он, и в его тоне впервые не было вызова. — Давай хотя бы... попробуем не убить друг друга за эту неделю?
Фадиме усмехнулась, но в ее смехе не было злости.
— Я попробую, — ответила она. — Если ты перестанешь смотреть на меня, как на врага.
— А ты перестань смотреть на меня, как на палача.
Это была хрупкая сделка, заключенная между двумя заклятыми врагами, оказавшимися в ловушке.
Повисла долгая пауза. Фадиме устало опустилась на край кровати. Заметив, что она все еще не решается снять фату, Исо присел на корточки, стараясь заглянуть ей в глаза.
— Почему ты так боишься этого?
Ее губы дрогнули.
— Потому что... потому что мои волосы — это не просто волосы.
Фадиме глубоко вздохнула и, приняв решение, начала медленно распутывать сложную фату. Тяжелая ткань упала на пол, обнажив длинную густую косу, перевязанную у пояса. Исо замер. Прямо в центре косы виднелись странные отметины, а сама она была украшена старинными бусинами — темными, зеленоватыми, словно выловленными со дна Черного моря.
— Исо, в детстве брат плел мне косы, — тихо сказала она, не глядя на него. — Он говорил, мои волосы как у нашей матери. И вплетал эти бусины, одну за другой... Одну за мать, одну за отца, одну за брата....
Она замолчала, и в тишине стало слышно, как далеко внизу бьется о скалы море.
— Это все, что у меня осталось, — прошептала Фадиме. — Когда их коснулся чужой... я будто снова все потеряла.
Исо медленно поднял руку, но не коснулся. Замер в сантиметре от ее косы, спрашивая разрешения.
— Можно?
Она не ответила. Но и не оттолкнула его.
Тогда Исо осторожно взял в ладони тяжелую косу. Его пальцы, грубые и жесткие от работы, с неожиданной нежностью обвели контуры бусин.
— Ты никого не потеряла, — сказал он. — Сейчас это все еще с тобой. И я... я не отберу.
Фадиме подняла на него глаза. Впервые за эту долгую ночь она не видела в нем врага. За усталостью и горечью впервые проступило что-то живое.
Море внизу шумело, грозя переполниться. Но, возможно, именно здесь, в этом хрупком молчании, начиналось нечто большее, чем просто перемирие. Возможно, это была первая капля, с которой начинается большая любовь, способная смыть вековую вражду.