Часть 1
Запах Феликса всегда напоминал сладкую, спелую лесную землянику, но последние три месяца к нему примешивался тонкий, едва уловимый аромат горького шоколада и дорогого табака. Чужой аромат. Аромат истинного альфы, которого Феликс никогда в жизни не встречал.
Три месяца назад его жизнь превратилась в кошмар. Когда Феликс, сияя от счастья, показал своему тогдашнему парню положительный тест на беременность, тот лишь брезгливо поморщился. Оказалось, что бесплодный омега-клиент клиники репродуктивной медицины был нужен ему только как удобная игрушка, а не как родитель его детей. Парень ушёл, оставив Феликса один на один с растущей внутри жизнью и огромным долгом за процедуру ЭКО.
Феликс сидел на потертом диване, обнимая руками едва округлившийся живот, и тихо плакал, утыкаясь носом в колени. Ему было страшно. Клиника, куда он ходил на обследование, совершила чудовищную ошибку: из-за путаницы в базе данных биоматериал его бывшего парня заменили на чужой. На донорский материал человека, чьё имя врачи теперь панически отказывались называть.
Внезапный, оглушительный стук в дверь заставил Феликса вздрогнуть. Запах горького шоколада, который до этого лишь призрачно вился вокруг него, лавиной хлынул из коридора, забиваясь в легкие. Этот аромат подчинял, заставляя колени дрожать, а внутреннюю омегу — испуганно и одновременно преданно сжаться.
Феликс на ватных ногах подошел к двери и приоткрыл её.
На пороге стоял мужчина, словно сошедший со страниц криминальной хроники или глянцевого журнала. Высокий, с безупречной осанкой, в идеально скроенном черном костюме. Темные волосы мягкими прядями падали на лицо, а холодный, пронзительный взгляд темных глаз мгновенно пригвоздил Феликса к месту. За спиной незнакомца глухой стеной выстроились трое крепких мужчин.
Хван Хёнджин. Глава одного из самых влиятельных и опасных синдикатов города. Омеги трепетали от одного его имени, а альфы предпочитали не переходить ему дорогу.
Хёнджин медленно опустил взгляд на живот Феликса, и его жесткие черты лица на секунду смягчились. Запах шоколада стал теплее, окутывая омегу успокаивающим коконом.
> — Так вот ты какой, Ли Феликс, — голос Хёнджина бархатным низким рокотом прошелся по нервам омеги. — Я искал тебя три недели. После того как перевернул ту чертову клинику вверх дном.
>
— В-вы кто?.. — прошептал Феликс, пятясь назад и инстинктивно прикрывая живот ладонями. — Что вам нужно?
Хёнджин беспрепятственно перешагнул порог, закрыв за собой дверь и оставив охрану снаружи. Он медленно сокращал расстояние, пока между ними не осталось всего полшага. Феликс чувствовал, как от чужого тепла и доминантной ауры кружится голова.
— Мои юристы уже закрыли это заведение, а врачи, перепутавшие пробирки, больше никогда не подойдут к медицине, — спокойно, но с леденящей уверенностью произнес Хван. Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь, накрыл ладонь Феликса на его животе. — Мой ребенок не будет расти в этой нищете. И его папа — тоже.
Феликс затаил дыхание. В глазах альфы не было угрозы — там горела собственническая, дикая и глубокая забота.
— Ты идешь со мной, Феликс. Твой бывший подонок больше никогда к тебе не приблизится. Теперь о тебе забочусь я.