10.
Мы приехали в кафе ближе к полудню.
Снаружи оно выглядело почти как из фотографий в интернете: большие окна, светлый фасад, множество цветов в длинных деревянных кашпо. Всё казалось слишком красивым, слишком аккуратным, будто это место существовало отдельно от остального города.
Я никогда здесь не была, но сразу узнала его.
Когда-то я сохраняла фотографии этого кафе в галерею и думала, что в такие места ходят только взрослые люди с идеальной жизнью.
Внутри было тихо.
Из колонок играла негромкая музыка. Где-то звенела посуда. За несколькими столиками сидели мужчины и женщины, занятые своими ноутбуками или разговорами. Из-за рабочего дня посетителей почти не было.
— Выбирай любое место, — сказала Билли. — А я пока возьму меню.
Я кивнула.
Почти сразу взгляд зацепился за столик возле окна, подальше от остальных людей.
Свет падал прямо на деревянную поверхность, оставляя золотистые полосы на столе.
Я села туда.
Почему-то мне казалось, что там будет безопаснее и комфортнее.
Спустя пару минут вернулась Билли и положила передо мной меню.
— Ну что, посмотрим?
Я открыла его.
И сразу почувствовала знакомое напряжение.
Будто обычный выбор еды вдруг превращался в экзамен, к которому я не готовилась.
Страницы были заполнены красивыми фотографиями.
Завтраки. Супы. Салаты. Выпечка. Десерты.
Обычные люди, наверное, смотрят на меню и думают о вкусе.
Я же думала совсем о другом.
— Уже выбрала что-нибудь?
Голос Билли вернул меня в реальность.
— Наверное... двойной эспрессо и слойку со шпинатом.
Она подняла брови.
— Только это?
— Да.
— Ты уверена?
Я кивнула.
— Уже почти обед. Может, что-нибудь посерьёзнее? Хотя бы салат?
Мне захотелось провалиться сквозь пол.
— Нет, спасибо. Я правда не очень голодна.
Билли несколько секунд смотрела на меня, а потом просто пожала плечами.
— Хорошо.
Она подозвала официанта и сделала заказ.
Пока они разговаривали, я почти не слушала слова.
Я смотрела на неё.
На то, как она улыбается. Как поправляет волосы. Как придерживает пальцами очки. Как слегка наклоняет голову, когда объясняет что-то собеседнику. Иногда мне казалось, что известность тут вообще ни при чём.
Даже если бы она была самым обычным человеком на свете, я всё равно считала бы её красивой.
Не из-за лица. Не из-за популярности. Из-за того, как она смотрела на людей. Из-за того, как умела делать так, чтобы рядом с ней становилось спокойнее.
Когда официант ушёл, Билли перевела взгляд на меня.
Я мгновенно начала поправлять волосы.
Потом кольца. Потом рукав. Потом снова волосы. Она тихо усмехнулась.
— Ты всегда так волнуешься?
— Нет.
— Врёшь.
— Может быть.
Мы обе засмеялись.
Напряжение стало чуть меньше.
— Я не знала, что ты любишь, поэтому заказала роллы. Мне кажется, роллы едят вообще все люди на планете.
— Наверное.
— Значит, я угадала?
— Да.
Она довольно улыбнулась.
— Отлично.
Через несколько минут Билли снова посмотрела на меня.
— Но всё-таки тебе стоит поесть.
— Я взяла кофе.
— Кофе — это не еда.
— Для некоторых людей еда.
— Нет.
— Да.
— Нет.
Я закатила глаза.
Она победно улыбнулась.
— Не вредничай.
И почему-то сказала это так мягко, что даже спорить не хотелось.
— Я сейчас вернусь, — сказала я, поднимаясь.
— Хорошо.
В туалете было прохладно.
Я подошла к зеркалу и несколько секунд просто смотрела на своё отражение.
Щёки слегка покраснели.
Сердце всё ещё билось слишком быстро.
Наверное, из-за волнения. Из-за того, что всё происходящее казалось немного нереальным.
Я встретилась с человеком, которого годами видела только через экран. И сейчас мы сидели в одном кафе и спорили о кофе. От этой мысли хотелось одновременно смеяться и плакать.
Мне было очень жарко. Я сомневалась, снимать ли кофту. Под низом широкая футболка и перебинтована рука.
Я знаю, что Билли не осудит меня, но я не хочу привлекать внимание и поднимать речь про такие темы. Не на первой встрече
Но если я не разденусь, от меня будет ужасно пахнуть.
Я думала отмазки. Может сказать что руку потянула. Хотя мой бинт был всего лишь на пол предплечья.
Я вышла с туалета и несла кофту в левой руке, тем самым закрывая бинт. Я очень надеялась что бы Билли ничего не увидела. Буду держать эту руку под столом.
Пока я не дошла до столика, попросила официанта включить кондиционер.
Когда я вернулась, на столе уже стояли напитки и круассаны.
Запах свежей выпечки моментально заполнил пространство вокруг.
— Ешь, пока горячие, — сказала Билли.
Я посмотрела на круассан.
Золотистый.
Только из печи.
Шоколад внутри ещё наверняка был тёплым.
Честно говоря, выглядел он невероятно.
— Если не хочешь сейчас, можешь забрать с собой.
— Правда?
— Конечно.
Она отпила капучино.
Потом вдруг стала серьёзнее.
— Можно вопрос?
Я напряглась.
— Какой?
— Ты часто так делаешь?
— Как?
— Говоришь, что не голодна, когда мне кажется, что это не совсем так.
Я отвела взгляд.
— Не знаю.
— Я не пытаюсь лезть в личное.
— Я знаю.
— Просто переживаю.
В её голосе не было давления. Не было осуждения. Только искреннее беспокойство.
И именно поэтому стало ещё сложнее.
Потому что доброта иногда ранит сильнее грубости.
— Всё нормально, — тихо сказала я.
— Ты уверена?
Я кивнула.
Хотя сама себе не поверила.
Билли некоторое время молчала.
А потом улыбнулась совсем по-другому.
Не как знаменитость.
Не как артист.
Просто как человек.
— Ладно. Тогда договоримся так.
— Как?
— Если когда-нибудь захочешь поговорить — о чём угодно — ты можешь написать мне.
Я удивлённо посмотрела на неё.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
— Даже ночью?
— Особенно ночью.
Я невольно рассмеялась.
— Это ужасное предложение.
— Почему?
— Потому что теперь я захочу писать тебе постоянно.
— Тогда придётся терпеть.
На несколько секунд между нами повисла тёплая тишина. Такая, которая не заставляет искать тему для разговора. Такая, в которой просто хорошо находиться. Потом Билли поднялась со своего места.
— Иди сюда.
— Что?
— Иди сюда.
Она раскрыла руки. Я даже не задумалась. Просто встала и шагнула вперёд. Объятия оказались неожиданно крепкими.
- Я буду делать так чаще.
Она пахла кофе, духами и чем-то едва уловимо сладким.
На секунду мне показалось, будто весь шум мира остался где-то далеко за окнами кафе.
Будто не было тревог. Не было тяжёлых мыслей. Не было бесконечной усталости. Только это мгновение.
Только тепло чужих объятий.
И странное чувство, что рядом с этим человеком можно хотя бы ненадолго перестать притворяться, что всё в порядке.
А за окном продолжался обычный день.