Врата семи небес: зеркало миров.. |16+ |18+ [ПРИОСТАНОВЛЕНО]

Утро в облачном мире начиналось не с первых лучей, а с переливов света. Небо, ещё недавно тёмно‑лазурное, словно наполнялось жемчужной пылью — это далёкие звёзды гасли одна за другой, уступая место новому дню. Облака, пушистые и объёмные, меняли цвет: из серо‑голубых они становились нежно‑розовыми, потом — золотистыми, а их края начинали светиться, как будто изнутри.

Тэннидзиро просыпались не от будильника, а от лёгкого прикосновения ветра, который приносил ароматы цветущих небесных садов — сладковатый запах ирисов и свежесть горного хрусталя. Где‑то вдали, над горизонтом, медленно выгибалась первая радуга — тонкая, почти прозрачная, переливаясь всеми оттенками утренней зари. Один из обитателей, протянув руку, коснулся её края — и пальцы тут же окрасились в мягкий жёлтый оттенок.

Рэй Сузуки проснулся от лёгкого прикосновения ветра. Тот, играя, пробежался по его волосам, растрепал пряди и принёс с собой аромат сакуры. Он приоткрыл глаза и зевнул, прикрывая рот запястьем.

Рэй сел, провёл рукой по волосам и невольно улыбнулся — на мгновение мир показался ему таким же безмятежным, как в детстве. Но тут же вспомнил о нарастающем напряжении между мирами, о трещине, что грозила нарушить вековое равновесие, — и улыбка погасла. Его глаза, только что светло‑голубые, сменили цвет на светло‑оранжевый — цвет растерянности. Аура вокруг него, сиреневое пламя, замерцала чуть ярче, а аромат сакуры усилился, смешавшись с прохладной свежестью после дождя.

Не успел он подняться, как рядом возник посланник старейшин — полупрозрачный дух в виде облака с очертаниями лица. Голос прозвучал спокойно:

— Старейшины ждут тебя у Зеркала миров. Они говорят, оно снова мерцает.

Сердце Рэя ёкнуло. Зеркало.. Древний портал между мирами. Оно могло дать ответы, но и породить новые вопросы. Могло менять тела, создавать зеркальных двойников, отражать истинные эмоции..

Рэй вскочил, чуть не потеряв равновесие — его хрупкая фигура и правда казалась почти невесомой среди облаков. Он машинально сжал рукоять катаны. Взгляд метнулся к краю облачной гряды: внизу, далеко под ним, проступали очертания земли эпохи Тайсё — Япония, балансирующая на грани двух миров.

— Почему именно сейчас? — подумал Рэй. — И что скажут старейшины?.. — Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться. — Иду, — тихо произнёс Рэй и шагнул вперёд.

По пути он заметил других тэннидзиро. Ренджи Симидзу стоял на соседнем облаке, его аура воды струилась, словно горный ручей, а аромат гортензий успокаивал встревоженных обитателей небес. Ренджи улыбнулся Рэю, и тот невольно ответил улыбкой — хотя бы на миг тревога отступила.

Кайто Мизуки хмурился неподалёку, его глаза на мгновение вспыхнули жёлтым: он что‑то замышлял. Юто Сато, чей аромат белой розы разносился по облакам, молча наблюдал за Рэем — спокойствие и ум в его взгляде подсказывали, что он видит дальше сиюминутных угроз. А Мизуки Харука, тэннидзихимэ с сиреневой аурой, кивнула ему с доброй улыбкой — её аромат герани смешался с запахом сакуры.

Зеркало уже виднелось впереди — огромная гладкая поверхность, вмонтированная в основание Дворца Сакура‑но‑хана. Оно мерцало, покрывалось рябью, словно вода под ветром.

Старейшины ждали у Зеркала — их ауры, разноцветные и мощные, создавали вокруг него ореол силы. Один из них, с аурой света поднял руку:

— Рэй Сузуки, — прозвучал голос Такуми Исикавы, глубокий и спокойный. — Зеркало зовёт тебя. Оно готово показать то, что скрыто. Готов ли ты увидеть?

Рэй замер. Его глаза стали светло-синими — цвет спокойствия и надежды, который тут же сменился светло‑оранжевым — цветом растерянности. Он сглотнул, сжал рукоять катаны крепче и тихо, но твёрдо ответил:

— Да. Я готов.

Зеркало отозвалось тихим звоном. Первый луч света пронзил границу миров. Эпоха Тайсё становилась свидетелем начала великой борьбы — борьбы не только между тэннидзиро и демонами, но и между светом и тенью в душе каждого.

Поверхность зеркала задрожала, пошла волнами и вдруг стала прозрачной — сквозь неё проступили очертания незнакомой улицы: деревянные дома с черепичными крышами, узкие улочки, покрытые утренней росой, и далёкий звон храмовых колоколов. Воздух наполнился запахами эпохи Тайсё — дымом из печных труб, свежеиспечённым хлебом и едва уловимым ароматом цветущей сакуры, долетевшим с гор.

— Ступай, — произнёс Такуми Исикава. — Зеркало откроет тебе путь на землю. Помни: ты должен вернуться до заката. Тень между мирами растёт, и портал может закрыться внезапно.

Рэй сделал шаг вперёд и коснулся гладкой поверхности. Холод пробежал по коже, аура сиреневого пламени вспыхнула ярче, а аромат сакуры на мгновение стал почти осязаемым. Он глубоко вдохнул и шагнул в зеркало.

Ощущение невесомости сменилось твёрдой почвой под ногами. Рэй оказался в сердцевине Токио — в квартале красных фонарей. Вокруг звучала музыка и голоса торговцев, а вдалеке виднелись очертания гор, окутанных туманом. Воздух здесь был гуще, насыщеннее, и каждый вдох давался чуть тяжелее, чем в небесном мире.

Он осмотрелся, поправил катану на поясе и направился к городу. Его глаза, всё ещё светло‑оранжевые от растерянности, впитывали детали: женщины в кимоно несли корзины с овощами, дети бежали играть, смеясь и толкаясь, а мужчина у лавки с удоном приветливо кивнул ему, будто не видел ничего необычного в юноше.

— Зеркало скрывает мою истинную природу от людей, — подумал Рэй. — Фух..

Он шёл по узким улочкам, когда вдруг почувствовал резкий запах крови — резкий, металлический, неуместный среди ароматов жареных моти и цветущих садов. Рэй замер, его глаза на мгновение стали коричневыми — цветом тревоги. Аура сиреневого пламени затрепетала, а пальцы невольно сжались на рукояти катаны.

Запах вёл за угол, в узкий переулок между домами. Там, прислонившись к стене, стоял высокий парень в тёмно-красном кимоно. Его пурпурная аура слабо мерцала, словно пытаясь слиться с тенями, а на губах играла лёгкая усмешка.

— Ну, наконец‑то, — произнёс он низким голосом. — Я уж думал, ты никогда не соизволишь спуститься на землю, Рэй Сузуки.

Это был Тсуми Хигаси в своём облике.

Рэй замер, его глаза мгновенно сменили цвет на светло‑розовый — цвет нежности и любви, который тут же смешался со светло‑оранжевым — цветом растерянности. Он огляделся, проверяя, нет ли кого поблизости, и тихо прошептал:

— Тсуми? Что ты здесь делаешь? Если нас увидят вместе..

Демон усмехнулся, оттолкнулся от стены и сделал шаг навстречу. Его аура на мгновение вспыхнула ярче, но тут же приглушилась.

— Я почувствовал, что зеркало открылось, — сказал он. — И понял, что это ты. Не мог не прийти. К тому же.. — он понизил голос, — я знаю, зачем ты здесь. Зеркало хочет, чтобы ты увидел что‑то важное. Что‑то, что касается нас обоих.

Рэй сглотнул. Его аура замерцала, а аромат сакуры смешался с запахом крови — слабым, но ощутимым.

— Ты думаешь, зеркало знает о нас? — прошептал он.

— Оно знает всё, — ответил Тсуми. — И оно хочет, чтобы мы сделали выбор. Но пока.. — демон протянул руку, — давай просто прогуляемся. Пока старейшины не хватились тебя, а мои собратья не начали искать меня.

Рэй нерешительно взял его за руку. Его глаза стали светло‑голубыми — цвет доверия и надежды, сменяясь на светло-розовые.

— Хорошо, — сказал он. — Но осторожно. Если кто‑то узнает..

— Никто не узнает, — перебил Тсуми, слегка сжимая его ладонь. — По крайней мере, пока мы сами не решим это изменить.

Рэй шёл к дому в котором жил на земле, а в голове крутились мысли о Тсуми. Демон, вопреки всему, дал понять, что не враг для него. Несмотря на запрет связи между тэннидзиро и демонами, они были рядом, скрываясь от всех.

— Рэй, — едва слышно произнёс Тсуми, наклоняясь ближе к его лицу. — Рэй-кими*.. — он протянул руку и коснулся его щеки, вглядываясь в глаза, изменившие цвет на светло-красный, и скользнул взглядом к приоткрытым губам.

— Ч‑что?.. — произнёс он чуть ли не фальцетом, а пальцы его непроизвольно сжались в кулаки. Тсуми, уловив это движение, едва заметно усмехнулся и, приблизившись к уху Рэя выдохнул тёплый воздух, прикусив мочку уха.

Рэй хныкнул от переполнения эмоций, а щёки покраснели. Тсуми незаметно ухмылялся, но потом посмеялся.

— Рэй-кими*, — шепнул демон, добавляя голосу интимности. — можно, мне называть тебя Кума-чан**? — продолжил он, сокращая дистанцию между губами.

— Д-да.. — едва-слышно выдохнул он поджимая губы, а его глаза обретшие светло-красный оттенок бегали по сторонам.

— Чудесно. — прохрипел Тсуми, отстраняясь от него.

Рэй встал рядом и продолжил идти рядом с демоном.

— Кайто! — повернулся Рэй к другу, услышав шаги за спиной.

Рядом появился Кайто и бежал к ним, а Тсуми повернулся и взглянул на него, серые глаза блеснули, стирая ему память. Прозрачно-красная накидка пропала, когда он принял человеческий облик и Тсуми улыбнулся, повернувшись к Рэю.

— Это твой друг? — ревниво произнёс демон, складывая руки на груди.

— Он самый! — отозвался Кайто, показывая пальцами на себя. Ухмыляясь, он положил ладонь на плечо Рэя, а глаза Тсуми вспыхнули серым, но он отвернулся и продолжил идти.

— Ясно. — холодно бросил Тсуми, а Рэй подбежал к нему и остановил, коснувшись плеча.

— Тсу.. — пытался произнести Рэй, но демон повернулся и приложил палец к губам, прерывая его на полуслове.

— Не путай, Кума-чан, — театрально ухмыльнулся Тсуми, чуть отстраняясь от Рэя. — Меня зовут Джин.. — произнёс демон, переводя взгляд на Кайто.

— А фамилия? — спросил Кайто, выгибая бровь.

— А это обязательно? — неслышно пробормотал Рэй, неловко почесав затылок.

— Сузуки.. — ухмыльнулся Тсуми, а Рэй резко посмотрел на него заливаясь алым румянцем. Заметив смену цвета в его глазах, Кайто вновь выгнул бровь, но вздохнул сложив руки на груди.

— Вы братья или в браке? — ухмыльнулся Кайто, внимательно рассматривая парней.

— Эй, эти шуточки уже устарели.. — нахмурился Рэй, легонько хлопнув себя по лбу.

— Я её 3 часа назад придумал. — отговаривался Кайто, продолжая ухмыляться.

— Да? Тогда почему я слышу это больше трёх месяцев? — капризно хмурился Рэй, заставив Тсуми тихонько посмеяться в кулак.

— Но вообще прошло 2 месяца и 13 дней.. — издевательски усмехался Кайто, показывая на пальцах цифры два, один и три.

— Ладно-ладно, мы однофамильцы.. — помахал руками Тсуми, привлекая их внимание к себе.

— Понятно, Джин Сузуки.. — ухмылялся Кайто, переводя взгляд с Тсуми на Рэя. — А сколько тебе лет?

— 19. — ответил Тсуми, заставляя его приоткрыть рот.

— А.. — Кайто потянул Рэя за запястье и повернул спиной к Тсуми, положив правую руку на оба плеча Рэя. — Он знает, кто мы? — шепнул Кайто, а его глаза заблестели идеей. Рэй повернул голову к Тсуми, а он улыбнулся ему, будто они ничего не скрывают.

— Нет, он обычный человек.. — пробормотал Рэй, а Кайто шагнул к Тсуми, не убирая руки с плеч, он заставил и его повернуться вместе с собой.

— Так ладно, чем займёмся? — оживился Кайто, рассматривая окрестности, в попытке найти что-то интересное. — Так вы братья или в браке? — тихонько шепнул он вновь, а Рэй отстранился и хлопнул его по плечу.

— Перестань.. — хмуро произнёс Рэй, остановившись рядом с Тсуми, а он положил подбородок на его голову, скользя руками по плечам к ключицам.

— Поиграем в ханэцуки***? — предложил Тсуми, отходя в сторону старого сарая, где хранились разные игрушки и спортивный инвентарь.

Он ловко отодвинул скрипучую дверь и принялся рыться среди пыльных коробок и свёрнутых циновок. Взгляд быстро выхватывал знакомые очертания: вот бамбуковые мечи для кэндо, вот стопка старых кимоно, но нужных дощечек пока не было.

— Где же они?.. — пробормотал Тсуми себе под нос, наклоняясь и заглядывая вглубь сарая.

Наконец его пальцы нащупали гладкую деревянную поверхность. Он вытащил две небольшие дощечки с закруглёнными краями — ханецуки‑ракетки, слегка покрытые тонким слоем пыли.

Тсуми аккуратно стёр пыль, и вышел из дома, направляясь обратно к Рэю и Кайто.

— Нашёл! — с улыбкой воскликнул Тсуми, подходя ближе. Он протянул одну ракетку Рэю, вторую оставил себе. — Хагоита****, конечно, не новые, но вполне годятся.

Кайто с любопытством взял ракетку, покрутил в руках:

— Ханэцуки? Я в детстве играл, но давно не держал хагоита в руках.. А волан где?

Тсуми подмигнул и, порывшись в кармане тёмно‑красного кимоно, достал яркий волан — ханэ*****. Перья были окрашены в оттенки заката: от алого у основания до золотисто‑жёлтого на концах.

— Всегда ношу с собой, — усмехнулся он. — На всякий случай.

Рэй осторожно принял ракетку. Дерево было гладким, отполированным множеством игр, с едва заметной резьбой по краю — узором из облаков и волн.

— Красиво..

— Правила помните? — Тсуми подкинул ханэ в воздух и ловко отбил его плоской стороной хагоита. — Просто отбиваем волан друг другу. Задача — не дать ему упасть. Чем дольше держим в воздухе, тем лучше.

— И что это значит? — прищурился Кайто. — Примета какая‑то?

— Конечно, — Тсуми снова отбил волан, на этот раз направив его в сторону Рэя. — Если волан продержится в воздухе долго, комары не будут кусать всё лето. А ещё говорят, что так можно отпугнуть злых духов.

Рэй поймал ханэ ракеткой и с лёгкой улыбкой вернул его Тсуми.

Тсуми подал первым — резко, но не слишком сильно. Волан взмыл в воздух, трепеща цветными перьями. Кайто, сосредоточившись, отбил его Рэю. Тот, чуть отклонившись назад, вернул ханэ плавным движением.

— Эй, полегче! — засмеялся Кайто, едва успевая среагировать. — Ты играешь, как будто всю жизнь этим занимался!

Тсуми рассмеялся и сделал хитрый ход — ударил так, что волан полетел низко, почти у самой земли. Кайто бросился вперёд, нырнул, вытянул ракетку — и в последний момент зацепил ханэ краем. Тот взмыл вверх, прямо к Рэю.

— Ух ты! — восхитился Рэй. — Отличный удар!

Они вошли в ритм: удары становились то резкими, то плавными, волан летал то высоко, то низко, заставляя друг-друга то отступать, то бросаться вперёд. Солнце пригревало, в воздухе пахло сакурой и свежей травой.

В какой‑то момент Тсуми сделал особенно хитрый удар — волан полетел по сложной дуге, почти задевая стену дома. Рэй бросился вперёд, вытянулся в прыжке — и в последний момент отбил ханэ ракеткой, едва не упав.

— Вау! — выдохнул Кайто. — Это было круто!

Тсуми подошёл к Рэю, положил руку ему на плечо:

— Ты в порядке?

Рэй, раскрасневшийся и запыхавшийся, кивнул и улыбнулся:

— Да. Это.. весело.

— Ещё бы! — Кайто хлопнул в ладоши. — Давайте ещё раунд? На этот раз я выиграю!

— Нет уж, я устал.. — посмеялся Рэй, откидывая ракетки на землю у двери дома.

Ханэ уже больше пяти минут не касался земли. Игроки вошли в особый поток: удары, шаги, взгляды — всё стало частью единого танца. Волан летал между ними, то взмывая высоко, то опускаясь почти к самой земле, то зависая в воздухе на долю секунды, прежде чем его подхватывала очередная ракетка.

В какой‑то момент Тсуми сделал сложный приём: подбросил ханэ вверх, развернулся на одной ноге и отбил его ракеткой за спиной. Волан полетел к Кайто по неожиданной траектории — низко и быстро.

Кайто не растерялся: он присел, почти лёг на землю, и в последний момент зацепил ханэ краем ракетки. Тот взмыл вверх, прямо к Рэю.

Рэй, уже ожидавший этого, сделал шаг вперёд, слегка отклонился назад и с изящной точностью отбил волан обратно к Тсуми. Движение вышло настолько плавным, что казалось, будто он не ударил, а просто направил ханэ в нужную сторону.

Тсуми поймал взгляд Рэя — и в этот момент оба поняли одно и то же: они играют не просто ради забавы. В этом ритме, в этих движениях, в этом общем дыхании было что‑то большее. Что‑то, что объединяло их сильнее, чем слова.

Внезапно ханэ, словно устав, начал снижаться. Все трое одновременно бросились к нему, но никто не стал бить — вместо этого они просто позволили волану мягко опуститься на траву.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая облака в оттенки, похожие на перья ханэ — алый, оранжевый, золотистый. Где‑то вдалеке зазвонили храмовые колокола, напоминая о течении времени.

Рэй глубоко вдохнул, ощущая, как аромат сакуры смешивается с запахами улицы — уличной еды и ароматом сакуры.

— Нам пора, — тихо сказал он, и его глаза на мгновение стали тёмно-синими — цвет лёгкой грусти.

Тсуми и Рэй переглянулись.

— Я буду ждать, — сказал Тсуми, чмокнув Рэя в нос. — Возвращайся скорее, Кума‑чан, — добавил он, и в его серых глазах мелькнуло что‑то тёплое.

Рэй покраснел и кивнул, последний раз посмотрел на него, сжал в руке ханэ. Когда Тсуми ушёл, они созвали зеркало. Он знал, зеркало уже начинало мерцать в преддверии заката. Рэй и Кайто направились к зеркалу, который появился недалеко от них и оказались у дворца.

———————————————————————————————————————————————————————————

2627 слов

16339 символов

-кими* — 君 (кими) личное «ты» более интимно, романтично

Кума-чан** — 熊ちゃん (кума-чан) мишка‑лапочка — ласковое, игривое обращение

Ханэцуки*** — 羽根突き (ханэцуки) игра, напоминающая бадминтон. Двое игроков с деревянными дощечками перекидывали воланчик из перьев, стараясь удержать его в воздухе как можно дольше. 

Инвентарь.

Для игры нужны:

Хагоита**** (はごいた) — деревянные ракетки прямоугольной формы. В старину их красиво декорировали: изображали актёров театра кабуки, изящных красавиц и т. д. В период Эдо (1603–1868) такие ракетки дарили семьям с девочками — они считались оберегами.

Ханэ***** (はね) — волан с оперением, обычно яркий и красочный.

Участники.

Играть можно:

вдвоём — участники перекидывают волан друг другу;

компанией — игроки встают в круг и отбивают волан по очереди.

Правила и ход игры:

1. Сетки в ханэцуки нет — игроки просто перебрасывают волан ракетками.

2. Главная цель — удерживать ханэ в воздухе как можно дольше, не давая ему упасть на землю.

3. Если игрок упустил волан, по старой традиции ему ставили отметку тушью на лице. Это служило знаком «поражения».

4. Иногда игру сопровождают специальными песенками — это делает процесс веселее и ритмичнее.