Глава 10
Лейла не вернулась домой.
Ни в тот вечер.
Ни на следующий день.
Ни через неделю.
Она сняла небольшую квартиру ближе к офису и приходила в HYBE только по работе.
Чётко.
Холодно.
Профессионально.
Никаких лишних разговоров.
Особенно с Юнги.
Теперь между ними было не просто напряжение.
Это была война из молчания.
—
— Она снова ушла раньше? — тихо спросил Хосок.
Чимин кивнул.
— Даже обедать с нами не стала.
Юнги сидел в студии, уставившись в экран ноутбука уже минут двадцать.
Не двигаясь.
Не работая.
Просто смотря в одну точку.
Он почти перестал спать.
Музыка раздражала.
Люди раздражали.
Собственные мысли — особенно.
Но хуже всего было видеть пустое место на диване дома.
Лейла всегда сидела там по вечерам.
С ноутбуком.
С чаем.
Иногда спорила с Чонгуком.
Иногда смеялась над Джином.
Теперь дома стало слишком тихо.
И Юнги ненавидел эту тишину.
Но злость всё ещё не отпускала.
Потому что по-своему ему тоже было больно.
Очень.
—
В тот вечер Намджун зашёл в студию без стука.
Юнги даже не поднял головы.
— Ты выглядишь ужасно, — спокойно сказал Намджун.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
Тишина.
Потом Намджун сел напротив.
— Сколько ты спал?
— Не твоё дело.
— А Лейла — твоё?
Юнги резко поднял взгляд.
— Не начинай.
— Тогда объясни мне, почему ты ведёшь себя так, будто ненавидишь человека, который тебе нравится.
Слишком прямо.
Юнги раздражённо отвернулся.
— Мне всё равно.
Намджун молчал несколько секунд.
Потом тихо спросил:
— Ты серьёзно сейчас?
— Более чем.
Ложь.
Настолько очевидная, что даже стены студии, кажется, не поверили.
Но Юнги продолжил:
— Она сама всё усложнила. Постоянные слёзы, драмы, эмоции... я устал от этого.
Именно в этот момент дверь студии тихо открылась.
Лейла.
Она пришла оставить документы для завтрашнего проекта.
И застыла.
Потому что услышала всё.
Абсолютно всё.
Юнги ещё не видел её.
Он продолжал говорить холодно:
— Честно? Последняя неделя без неё была спокойнее.
Намджун резко поднял взгляд к двери.
И побледнел.
Юнги нахмурился.
— Что?
Тишина.
Странная.
Тяжёлая.
Он медленно обернулся.
Лейла стояла возле двери с папкой в руках.
Совершенно бледная.
Будто кто-то выбил из неё весь воздух.
Юнги мгновенно замолчал.
Чёрт.
Нет.
Нет-нет.
Она слышала.
Лейла медленно кивнула самой себе.
Так, будто всё вдруг встало на свои места.
И эта реакция напугала его сильнее крика.
Потому что в её глазах больше не было злости.
Только боль.
Очень тихая.
Очень глубокая.
— Понятно, — хрипло сказала она.
Юнги резко встал.
— Лейла, подожди—
Она отступила назад раньше, чем он успел подойти.
И это движение ударило сильнее пощёчины.
— Не надо.
Её голос дрожал.
Но слёз не было.
И почему-то это выглядело страшнее.
— Ты прав, Юнги. — Она слабо усмехнулась. — Без меня действительно спокойнее.
— Я не это имел—
— Нет, именно это.
Намджун закрыл глаза.
Потому что это был полный провал.
Лейла крепче сжала папку.
— Не переживай. Я больше не стану для тебя проблемой.
И ушла.
Тихо.
Без истерики.
Без слёз.
Юнги остался стоять посреди студии, чувствуя, как внутри всё медленно рушится.
Потому что впервые он увидел в её взгляде не обиду.
А разочарование.
И понял:
кажется, на этот раз он действительно её потерял.