Прийди во снах//кот//

1945 год. Май.

Май 1945 года ворвался в прифронтовой город нежданным теплом, но Таня его почти не чувствовала. Двенадцатое мая — третий день после долгожданной Победы. Город гудел, как разворошённый улей, но для неё этот гул сливался с набатом собственного сердца, бьющегося в бешеном ритме тревоги.

В эту ночь ей приснился Костя. Сон был до боли реальным, настолько, что Таня проснулась, хватая ртом воздух, и почувствовала на щеках холодные слёзы. Сначала она увидела его глаза — такие же, как и тогда, в горах: холодные, внимательные, с чуть прищуренным взглядом волка, который всегда ждёт удара. Он стоял на фоне заснеженной, неприступной вершины Арарата, той самой, где они учились убивать и умирать. Снег искрился под его тяжёлыми сапогами, а ветер трепал полы его шинели. Он улыбался ей своей привычной полуулыбкой — чуть циничной, чуть усталой, но такой родной и давно забытой. Кисти правой руки не было, на её месте темнела грязная повязка, пропитанная кровью, но Костя, казалось, не обращал на это внимания. Он просто смотрел на неё, как смотрел в их последнюю ночь в курилке: с обещанием вытащить, с клятвой выжить. И Таня знала, что он сдержал бы её. Он всегда держал слово. А потом он просто исчез, растворившись в снежной пелене, оставив после себя лишь эхо своего голоса: «Я тебя из этого ада вытащу, слышишь?»

Таня села на койке, прижимая ладони к лицу. Во рту был привкус крови. Рядом спала Аня, свернувшись калачиком, её дыхание было ровным и тихим.

Они работали медсёстрами в небольшом госпитале, куда привозили раненых с западного направления. Каждый день, меняя повязки, подавая лекарства, помогая хирургам, Таня и Аня искали их. Лейтенантов Тяпкина и Чернова, которые сразу после задания отправились на фронт.

Два имени, которые стали для них синонимом жизни и надежды. Тяпа, которого произвели в лейтенанты за то секретное задание на «Птичьем дворе». Костя, которому подделали документы и выдали лейтенанта, чтобы он мог командовать и дальше, чтобы его не отправили в штрафбат. Они знали, что парни пошли на фронт, сразу после того ада, что пережили. Они искали их в бесконечных списках раненых, в сводках о потерях, среди обезображенных лиц в палатах. Каждый грузовик с солдатами, каждый проходящий мимо госпиталя эшелон вызывал судорожную надежду. Девочки бросались к окнам, выбегали на улицу, вглядываясь в усталые, грязные лица солдат.

— Лейтенанта Чернова не видели? Костю? — спрашивала Таня у любого, кто готов был слушать.

— А Тяпкина? Валю Тяпкина? — добавляла Аня, перебивая её.

Солдаты пожимали плечами. Кто-то говорил: «Чернов? Слыхали такую фамилию... Вроде был у нас такой, геройский, но куда он делся — поди разберись». Кто-то просто отмахивался. Их лица были уставшими, опустошёнными, им было не до чужих лейтенантов.

Но сегодня было по-другому. Сегодня была Победа.

Через их городок шла колонна советских солдат, прямо из Берлина. Они маршировали не строгим военным шагом, а размашисто, с какой-то разудалой радостью, неся на плечах винтовки, украшенные цветами. Над их головами развевались самодельные флаги, а из грязных, прокуренных глоток лилась песня. Песня о Родине, о Победе, о долгом пути домой. Радость была такой осязаемой, такой долгожданной, что воздух звенел. Люди высыпали из домов, обнимали солдат, бросали цветы. Девочек тоже кто-то поздравлял, ахая над их молодостью и измученными глазами.

— Товарищи! — Таня бросилась к одному из солдат, чей автомат был украшен букетом полевых цветов. — Вы из Берлина? Вы не видели... Лейтенантов Чернова и Тяпкина? Они в какой-то отдельной роте были...

Солдат, молодой, с счастливым, перемазанным сажей лицом, удивлённо поднял брови. Рядом с ним остановился его товарищ.

— Чернов, Тяпкин... — протянул солдат. — Были такие. Герои были, я вам скажу. Такой огонь давали! С нашей ротой шли, ага. Давно это было, под Варшавой, кажется. А сейчас... — он переглянулся с товарищем. — Сейчас, должно быть, домой идут. Все же идут домой. С их ротой.

Его товарищ кивнул, улыбнулся и протянул девочкам кусок чёрного хлеба.

— С Победой, девчата! Не горюйте. Встретятся ваши герои. Все теперь встретятся.

Они пошли дальше, подхваченные потоком празднующих солдат. Девочки стояли посреди толпы, крепко сжимая друг друга за руки. Слова «домой идут» и «встретятся» звучали для Тани как мантра. Она так отчаянно верила в это. После сна, после долгих месяцев страха, это был глоток чистого, пьянящего воздуха.

Но этот пьянящий воздух оказался отравленным.

***

Вечером, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в алые и багровые тона, на их пороге появился солдат. Он был совсем молодым, не старше шестнадцати, почти ровесник им. Форма на нём сидела мешком, а лицо было усталым и каким-то очень старым. В его руках были две свёрнутые в трубочку бумаги, перевязанные бечёвкой, и две фуражки — потрёпанные, выгоревшие, с простреленными звёздами.

Аня увидела их первой. Её лицо мгновенно стало пепельным. Ноги подкосились, и она безвольно опустилась на старую деревянную лавочку у дома.

— Девочки... — начал солдат. Его голос дрожал. — Вы Таня Тяпкина и Аня Синицына?

Таня кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Она смотрела на фуражки. Одна была почти новой, но изъеденной временем, с застарелыми пятнами крови. Вторая — старая, со знакомой, неправильно пришитой звездой. Кости...

— Я из роты лейтенанта Чернова, — продолжил солдат. Он протянул фуражки и бумаги Тане. В его глазах стояли слёзы. Он снял свою пилотку, и Таня увидела на его виске глубокий шрам. — Они... героически погибли. Под Берлином. На подступах к Рейхстагу.

Мир поплыл перед глазами Тани. Звуки стихли. Голоса, песни, крики Победы — всё исчезло. Остался только образ Кости в её сне, улыбающегося с заснеженной вершины, и эти фуражки в её руках. Тяжелые. Холодные. Смертельно холодные.

Она попыталась что-то сказать, но изо рта вырвался лишь беззвучный всхлип. Бумаги и фуражки выпали из её ослабевших пальцев. пронзительно закричала Аня. Её крик, полный животного ужаса и отчаяния, разорвал тишину сумерек.

Таня медленно рухнула на землю. Всё вокруг мгновенно померкло, растворившись в густом, непроглядном тумане.

                                     Конец...

_________________________________

Вот и конец. Спасибо всем кто читал эту историю. Было много идей для продолжения этой истории, но остановилась на этой. Уже даже и не знаю, что писать по фильму сволочи, поэтому начинаю писать про другой сериал) прошу прочитать и новую историю, а то актив пропал совсем((