21
Прошёл ещё один месяц. Время доказало, что те, кто когда-то был разлучён, теперь не представляют жизни друг без друга. Гриша окончательно перестроил свой график, сократив количество концертов и поставив семью на первое место. Он больше не был просто «OG Buda» — он был Гришей, любящим отцом и мужчиной, который каждое утро просыпался с мыслью о своих самых близких.
Эвелина тоже изменилась. От былой настороженности не осталось и следа. Она позволила себе снова доверять, снова чувствовать, снова любить. Улыбка на её лице стала искренней, а глаза светились теплотой. Матвей был в восторге от того, что его «папа Гри» всегда рядом: забирает из садика, читает сказки перед сном и строит невообразимые башни из конструктора.
*
Был тихий будний вечер. На кухне у Эвелины пахло чем-то вкусным — Лина готовила ужин. Матвей увлеченно играл в гостиной, время от времени доносились его радостные возгласы и стук игрушечных машинок.
Гриша сидел за столом, откинувшись на спинку стула, и просто наблюдал за Эвелиной. Он смотрел, как она ловко нарезает овощи, как её волосы то и дело выбиваются из пучка, как она слегка покусывает губу, сосредоточившись. В этот момент он чувствовал такую полноту счастья, какую не испытывал никогда прежде. Никакие миллионные просмотры, никакие награды не могли сравниться с этим простым, домашним уютом.
Он встал, тихо подошел к ней сзади и обнял за талию. Эвелина вздрогнула от неожиданности, но тут же расслабилась, прислонившись спиной к его груди. Она подвинулась к нему ближе, отложив нож. Гриша поцеловал её в макушку, вдыхая запах её волос, смешанный с ароматом свежего ужина.
Лина повернулась к нему лицом, обхватила его шею руками и чмокнула в губы. Этот поцелуй был легким, полным нежности и абсолютно естественным.
— Ты моя самая лучшая девочка, — прошептал Гриша, глядя ей в глаза.
Эвелина улыбнулась.
— А ты мой самый лучший…
Гриша взял её лицо в свои ладони. В его глазах отражалась вся та любовь, которую он так долго подавлял.
— Лина, — голос его дрогнул. — Я не могу больше так. Я хочу, чтобы ты знала… Я люблю тебя. Я люблю Матвея. И я никогда больше не предам вас. Мы столько всего пережили, и я столько всего понял. Я не могу больше жить без вас. Пожалуйста… давай будем вместе. По-настоящему. Навсегда.
Эвелина посмотрела в его глаза, полные искренности и надежды. В её памяти промелькнули все их моменты: и первый поцелуй в Тюмени, и страх, и боль, и тот поцелуй на кухне месяц назад, и его песня, и его защита. Она увидела не прежнего Гришу — испуганного мальчика, — а взрослого, сильного мужчину, который был готов на всё ради своей семьи.
Слёзы навернулись на её глаза, но это были слёзы счастья.
— Да, Гриша, — прошептала она. — Да. Я тоже тебя люблю. Конечно, да.
Она притянула его к себе и крепко поцеловала. На этот раз это был поцелуй, полный обещаний, надежды и безусловной любви.
В этот момент из гостиной раздался звонкий смех Матвея:
— Мама! Папа! Иди сюда!
Гриша и Эвелина посмотрели друг на друга и улыбнулись. Держась за руки, они пошли в гостиную, навстречу своему сыну. Вся их непростая история, полная ошибок, боли и раскаяния, наконец-то пришла к своему самому счастливому, самому настоящему началу. Они были снова вместе, сильнее, мудрее и бесконечно счастливее.
Любящим людям нужно расстаться, чтобы потом сойтись уже навсегда.
Конец.