10
Ты не успела ничего ответить. Силы, которые поддерживали тебя на этой ледяной тропе, окончательно иссякли, а перед глазами всё завертелось и подёрнулось глухой чернотой. Ноги подкосились, и ты безвольно рухнула вниз.Гарри среагировал мгновенно. Он перехватил тебя у самой земли, не дав упасть в сугроб, и судорожно прижал твою безжизненную голову к своей груди.
— Т/И! Нет, нет, нет, очнись! Т/И! — его голос сорвался на отчаянный, полный первобытного ужаса крик.
Он бережно подхватил тебя на руки, крепче укутывая в свою куртку, и со всех ног бросился в сторону деревни. В его глазах стояли слёзы, а в груди клокотала такая ярость, от которой воздух вокруг, казалось, вибрировал. Через пару минут он влетел на окраину Хогсмида, где его наконец встретили взволнованные Рон и Гермиона.
— Мерлин, Гарри, мы обыскались… О Боже, что с ней?! — вскрикнула Гермиона, закрывая рот ладонями при виде твоего зарёванного лица с размазанной помадой и порванной рубашки.
— Малфой, — леденящим, чужим голосом процедил Гарри. В его зелёных глазах за круглыми очками не осталось ничего, кроме жажды мести. Он бережно передал тебя на руки ошарашенному, мгновенно посерьёзневшему Рону. — Заберите её. Прямо сейчас через камин тащите в Больничное крыло к мадам Помфри. Гермиона, не отходи от неё ни на шаг.
— Гарри, стой! Ты куда?! — крикнул ему вслед Рон, но Поттер его уже не слышал.
Гарри развернулся и, тяжело дыша, на ходу выхватил волшебную палочку. Кончик дерева вспыхнул опасным, слепящим багровым светом. Избранный пошёл обратно в туман, в сторону Визжащей хижины, и каждый его шаг по хрустящему снегу приближал Малфоя к самой страшной расплате в его жизни. Люциус Малфой больше не сможет его защитить.
Гарри шёл сквозь завывающую метель, не чувствуя обжигающего кожу холода. Его била крупная дрожь, но не от мороза, а от дикой, удушающей ярости. Образ твоего разбитого взгляда, размазанной помады и разорванной рубашки стоял перед его глазами, выжигая всё благоразумие. Он крепко сжимал палочку, кончик которой опасно искрил тёмно-красными молниями.Драко Малфой только успел спуститься с холма и выйти на пустую, занесённую снегом дорогу у окраины Хогсмида, как дорогу ему преградил Поттер.
— Поттер? — Малфой попытался нацепить свою привычную высокомерную ухмылку, но, взглянув в безумные, потемневшие до черноты зелёные глаза Гарри, осёкся и сделал шаг назад.
— Ты что здесь…
— ИНКАРЦЕРО! — оглушительный, сорванный крик Гарри разорвал тишину метели.
Толстые верёвки вырвались из его палочки, но Малфой в последний момент успел упасть в снег, уворачиваясь от заклятия. Он судорожно выхватил своё оружие, его лицо побледнело от страха.
— Протего! — выставил щит Драко, отражая следующее бессловесное заклинание Гарри. — Поттер, ты спятил! Мой отец…
— Твой отец тебе не поможет! — взревел Гарри, наступая на него как разъярённый дракон. Каждое его движение было наполнено сокрушительной силой. — ЭКСПУЛЬСО!
Мощный синий луч врезался прямо в щит Малфоя. Заклятие было такой силы, что Протего Драко с треском разлетелось на тысячи осколков. Слизеринца отбросило назад, он сильно ударился спиной о каменный забор и выронил палочку в глубокий сугроб.Гарри в один широкий шаг преодолел расстояние между ними. Он не стал больше колдовать. Поттер с размаху налетел на Малфоя, сбивая его на землю, и мёртвой хваткой вцепился в воротник его дорогой мантии.
— Ты тронул её! — кричал Гарри прямо в перекошенное от ужаса лицо Драко, нанося первый яростный удар кулаком ему в челюсть. — Ты посмел её коснуться!
Малфой вскрикнул, из его рассечённой губы брызнула кровь, окрашивая белый снег в багровый цвет. Он попытался оттолкнуть Гарри, ударить его в ответ, но Поттер в этот момент был абсолютно неуязвим к боли. Он нанёс ещё один удар, ломая Драко нос. Послышался отчётливый хруст. Малфой задыхался, плюясь кровью, его ревнивая гордость была полностью растоптана Избранным. Он трусливо закрывал лицо руками, скуля от боли и страха.
— Поттер, хватит… умоляю, остановись! — хрипел Драко, захлебываясь кровью и слезами.
Гарри занёс кулак для последнего, решающего удара, его лицо было забрызгано каплями чужой крови. Он тяжело, хрипло дышал, готовый буквально забить врага до смерти прямо здесь, в снегу.
Кулак Гарри замер в считанных сантиметрах от разбитого, залитого кровью лица Малфоя. Тяжелое, хриплое дыхание Поттера вырывалось изо рта густыми клубами белого пара. Драко под ним сжался в комок, мелко дрожа от ужаса, и трусливо зажмурился, ожидая сокрушительного удара.В этот самый момент в голове Гарри, пробиваясь сквозь пелену слепой ярости, вспыхнул твой пустой, зарёванный взгляд на ледяной тропе. Он вспомнил, как ты бессильно рухнула прямо в его руки, теряя сознание. Ты была там, в Больничном крыле, беззащитная и напуганная, и прямо сейчас ты нуждалась в нём гораздо больше, чем этот истекающий кровью подонок на снегу. Если он сейчас убьет Малфоя, Азкабан разлучит вас навсегда.Гарри медленно, с трудом разжал кулак. Его пальцы, перепачканные кровью Драко, дрожали.
— Посмотри на меня, — леденящим, смертоносным шёпотом произнёс Гарри, хватая Малфоя за грудки и рывком приподнимая его над землей.
Драко со стоном открыл опухшие глаза, из его сломанного носа и рассеченной губы непрерывно хлестала кровь, пачкая белоснежный мех воротника. В его взгляде больше не было ни капли той ревнивой гордости — только животный, первобытный страх перед Избранным.
— Если ты... или твои ищейки... еще хоть раз посмотрите в её сторону, — Гарри чеканил каждое слово, и его зеленые глаза за круглыми очки горели безумным огнем, — я не стану тратить время на кулаки. Ты меня понял, Малфой?
Драко судорожно, ломая остатки своего достоинства, закивал головой, захлёбываясь собственной кровью.Гарри с брезгливостью оттолкнул его обратно в окровавленный сугроб. Он резко развернулся, подобрал оброненную в суматохе волшебную палочку и, даже не обернувшись на скулящего от боли слизеринца, быстрым шагом направился прочь из тупика — туда, где в Больничном крыле Хогвартса возвращалась в сознание его любимая новенькая гриффиндорка.