Твоя тишина- мой дом

В день свадьбы шёл дождь.

Монока стояла у окна в маленькой гримёрке, смотрела на серое небо и чувствовала, как внутри неё всё дрожит. Не от страха — от волнения. Счастливого, почти детского волнения, будто она снова была маленькой девочкой, которая примеряет мамину фату и мечтает о чуде.

— Ты готова? — спросила подруга, поправляя ей подол.

На подоле белая кружка — вышитая, тонкая, почти незаметная. Но Монока знала, что он увидит. Он всё замечал.

— Готова, — ответила она. — Кажется.

— Ты дрожишь.

— Это от холода.

— От счастья, — поправила подруга.

Монока улыбнулась и посмотрела на кольцо на пальце — серебряное, с гравировкой «Чай». Он надел его в тот вечер, когда пахло яблочным пирогом и котом. Кажется, это было сто лет назад. Или вчера.

Зал был маленьким — они не хотели пышности. Только самые близкие: команда, несколько друзей Моноки, мама (она приехала, молчала и держалась с достоинством королевы) и кот Чай-младший в переноске у ног Сизуку.

— Кот здесь? — спросила Монока, когда увидела переноску.

— Он настоял, — сказал Сизуку. — Мяукал всю дорогу.

— Он не умеет мяукать всю дорогу.

— Значит, мяукал душой.

Монока закатила глаза, но улыбнулась. Кот был частью семьи. Даже если официально — только духовно.

Сайтетемпо ждал у алтаря.

На нём был чёрный костюм — классический, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки. Волосы зачёсаны назад — небрежно, но красиво. В руках — белая кружка. Не с чаем — пустая. Просто символ. Просто память.

— Ты принёс кружку? — спросил Мамеси из первого ряда.

— Да, — ответил Сайтетемпо, не оборачиваясь.

— Зачем?

— Чтобы она знала, что я её жду.

Мамеси хотел сказать что-то ещё, но Баттоман тронул его за плечо и покачал головой. Не сейчас.

Когда Монока вошла, зал замер.

Она была прекрасна. Не в глянцевом, не в искусственном смысле — а по-настоящему, живо. Платье струилось по полу, белая кружка на подоле блестела в свете ламп, серебряная прядь в волосах переливалась. Она шла медленно, смотрела только на него.

Сайтетемпо забыл, как дышать.

Она подошла. Остановилась напротив. Улыбнулась.

— Ты стоишь, — сказала она.

— Жду, — ответил он.

— Я пришла.

— Я вижу.

— Ты не плачешь?

— Нет, — сказал он. — У меня просто глаза мокрые.

Она рассмеялась — тихо, сквозь слёзы. Он протянул ей кружку. Она взяла. Держала в руках, как в тот первый раз, когда принесла печенье в офис.

Баттоман начал церемонию.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы... — он запнулся, посмотрел на сестру, на Сайтетемпо, вздохнул. — Чтобы сделать двух идиотов самой странной парой в истории киберспорта.

Мамеси свистнул. Сизуку захлопал. Мать Моноки улыбнулась краешком губ.

— Сайтетемпо, — продолжил Баттоман. — Ты самый молчаливый человек, которого я знаю. Ты не умеешь говорить комплименты, ты забываешь выносить мусор, и ты украл мою сестру прямо из-под носа. Но ты любишь её. По-настоящему. Я видел, как ты не спал три ночи, когда она болела. Я видел, как ты оплатил её курсы. Я видел, как ты смотрел на неё на турнире в Сеуле. Поэтому... я разрешаю. Хотя ты и не спрашивал.

— Спасибо, — сказал Сайтетемпо.

— Не перебивай, — рявкнул Баттоман, но без злости. — Монока. Ты моя сестра. Я знаю тебя с пелёнок. Я знаю, как ты плачешь над книгами. Как ты боишься темноты. Как ты любишь печь пироги, когда нервничаешь. Ты выбрала его. Я не понимаю, почему. Но я уважаю твой выбор. Будьте счастливы. Я буду рядом. Всегда.

Монока заплакала. Открыто, не стесняясь.

— Слова, — сказал Баттоман. — Обычно тут говорят что-то про любовь и верность. У вас это и так есть. Поэтому просто... скажите «да».

— Да, — сказала Монока.

— Да, — сказал Сайтетемпо.

Баттоман кивнул.

— Объявляю вас мужем и женой. Можешь целовать невесту.

Сайтетемпо шагнул вперёд. Взял лицо Моноки в ладони. Поцеловал — медленно, осторожно, как в первый раз.

— Ты моя жена, — сказал он, отстранившись.

— А ты мой муж, — ответила она.

— Странно звучит.

— Привыкнешь.

Он улыбнулся. Она улыбнулась. Кот в переноске мяукнул, требуя внимания.

— Теперь ты официально Чай, — сказала Монока.

— Я всегда был твоим Чаем, — ответил он. — Просто теперь у нас есть бумажка, которая это подтверждает.

Она рассмеялась и прижалась к нему.

Зал аплодировал. Мамеси выл от умиления. Сизуку делал вид, что сморкается. Баттоман стоял с каменным лицом, но уголки его губ дрожали.

Мать Моноки подошла первой.

— Сайтетемпо, — сказала она. — Я была не права.

— В чём? — спросил он.

— В том, что сомневалась в вас. Вы... подходите друг другу. Как чай и сахар.

— Я без сахара, — напомнил он.

— Тогда как чай и чайник, — улыбнулась она. — Береги её.

— Обязательно, — ответил он.

Она поцеловала дочь в щёку и отошла. Без лишних слов.

Тост Мамеси был коротким и нелепым: «За любовь, за победы, за Мелоди!» — чокнулись, выпили (Сайтетемпо — чай, Монока — шампанское). Тост Сизуку был ещё короче: «Коты — лучшие. Остальное неважно». Чай-младший мяукнул из переноски, подтверждая.

Тост Баттомана стал последним.

— Я не умею говорить красиво, — сказал он, поднимая бокал. — Я умею только играть и защищать тех, кого люблю. Монока, ты моя сестра. Сайтетемпо, ты мой друг. Игрок. Капитан. Теперь — брат. Берегите друг друга. Не дайте игре разрушить то, что вы построили. Не дайте тишине стать пустотой. И пожалуйста... не ссорьтесь из-за кота.

— Не будем, — сказала Монока.

— Уже ссоримся, — сказал Сайтетемпо. — Он спит на моей подушке.

— Ты спишь на моей, — парировала Монока.

— Спорить будете дома, — прервал их Баттоман. — За вас. За Zeta Division. За любовь, которая громче слов.

Чокнулись. Выпили. Кот чихнул.

Вечером они остались вдвоём.

Гостей развезли такси, мать уехала в гостиницу, команда отправилась в офис праздновать дальше (без них, по договорённости). Квартира пахла фиалками и зелёным чаем. Кот спал на диване, свернувшись рыжим клубком.

— Мы поженились, — сказала Монока, глядя в потолок.

— Да, — ответил Сайтетемпо.

— Странно.

— Привыкнешь.

Она повернулась к нему. Он лежал рядом, смотрел на неё.

— Ты счастлив? — спросила она.

— Да, — ответил он. — А ты?

— Очень, — прошептала она.

Он поцеловал её. Долго, как тогда, в первый раз.

— Я люблю тебя, Mrs. Tampo, — сказал он.

— Это звучит ужасно, — рассмеялась она.

— Это звучит официально, — поправил он.

— Тогда люблю тебя, Mr. Chai.

— Это лучше, — согласился он.

За окном всё ещё шёл дождь. В квартире было тепло.

Кот чихнул во сне.

Им не нужно было больше ничего.
———-
Конец двадцать восьмой главы.
————
Я разрешаю избить меня , да я забыла что пишу этот фанфик , извините . Может чуть попозже выложу 3 главу как извинение🩷🩷