глава 13. Два дня до старта
Они вернулись в офис утром четверга.
Монока выглядела почти здоровой — только под глазами залегли синие тени, напоминание о трёх днях температуры. Сайтетемпо выглядел так, будто только что вышел из боя: небритый, с красными глазами, но его пальцы уже сжимали планшет с той самой мёртвой хваткой.
Мамеси встретил их криком:
— Они вернулись!
Сизуку поднял голову от планшета, кивнул и сразу вернулся к игре. Баттоман стоял у окна, повернулся медленно, посмотрел на сестру — долгим, изучающим взглядом.
— Живая? — спросил он.
— Живая, — ответила Монока.
— Больше не болей.
— Постараюсь.
Они обменялись коротким кивком — братским, понимающим. Баттоман перевёл взгляд на Сайтетемпо.
— Ты спал?
— Нет, — честно ответил тот.
— Тогда спи сейчас. После обеда — тренировка. У нас два дня. Ты должен быть в форме.
— Я в форме, — сказал Сайтетемпо.
— Ты выглядишь как зомби.
— Это моя лучшая форма, — ответил Сайтетемпо и сел на своё место.
Монока поставила на стол рядом с ним белую кружку с зелёным чаем. Он не сказал спасибо. Но его пальцы на секунду коснулись её руки.
Мамеси это заметил. Сизуку — тоже. Баттоман сделал вид, что смотрит в окно.
Никто ничего не сказал.
---
До обеда Сайтетемпо действительно спал. Прямо на стуле, положив голову на сложенные руки. Монока накинула ему на плечи свой кардиган — он даже не проснулся.
Она сидела рядом, читала книгу, но не переворачивала страницы. Смотрела на него. На его спокойное лицо — во сне он выглядел моложе, уязвимее. Без своей обычной маски отрешённости.
— Он тебе нравится? — спросил Мамеси, подкрадываясь сбоку.
Монока вздрогнула.
— Что?
— Я спрашиваю, он тебе нравится? — повторил Мамеси, кивая на спящего Сайтетемпо. — Ты смотришь на него как на... ну. Как на Мелоди в последней секунде матча.
— Это глупое сравнение, — сказала Монока.
— Это точное сравнение.
Она помолчала. Потом сказала:
— Да. Нравится.
— И давно?
— С того дня, как он не поздоровался, — ответила Монока с лёгкой улыбкой. — Странно, да? Он проигнорировал меня, а я влюбилась.
— С Сайтетемпо всегда так, — сказал Мамеси. — Он отталкивает людей, а они всё равно тянутся. Как будто в нём есть что-то... честное. Он не притворяется. Никогда.
— Поэтому он и нравится, — согласилась Монока.
Они посмотрели на спящего Сайтетемпо. Его пальцы чуть шевелились во сне — играли невидимый матч.
— Береги его, — сказал Мамеси вдруг серьёзно. — Он хрупкий. Хотя не показывает.
— Знаю, — ответила Монока. — Буду.
---
После обеда началась последняя тренировка перед чемпионатом.
Сайтетемпо проснулся, выпил зелёный чай (Монока заварила свежий), надел наушники и превратился в машину.
Он играл так, как не играл никогда.
Мелоди в его руках стала быстрее, агрессивнее, опаснее. Враги на тренировочных матчах (Сизуку, Мамеси и приглашённый спарринг-партнёр) не успевали реагировать. Он давил, крушил, выигрывал раунд за раундом с пугающей лёгкостью.
— Он бешеный, — прошептал Мамеси после третьего поражения подряд.
— Он в ударе, — поправил Сизуку.
— Он влюблён, — сказал Баттоман тихо, так чтобы никто не услышал.
Сайтетемпо снял наушники после пятой победы. Повернулся к Моноке — она сидела на диване, сжимая книгу в руках, и смотрела на него с открытым ртом.
— Что? — спросил он.
— Ты... ты невероятный, — выдохнула она.
— Я знаю, — ответил он. И чуть улыбнулся. Только для неё.
---
Вечером, когда все разошлись, они остались вдвоём.
Монока сидела на стуле у его стола, Сайтетемпо играл — уже не тренировку, а обычные матчи для разогрева. Его пальцы двигались легко, почти лениво.
— Чай, — позвала Монока.
— Мм.
— Что ты чувствуешь перед чемпионатом?
Он не ответил сразу. Закончил матч. Положил планшет на стол.
— Пустоту, — сказал он. — И страх.
— Ты боишься проиграть?
— Нет. Я боюсь, что проиграю не потому, что слабый. А потому, что отвлекусь.
— На что?
Он повернулся к ней. Посмотрел прямо в глаза.
— На тебя.
Монока замерла.
— Ты будешь в зале? — спросил он.
— Да, — сказала она. — Баттоман взял мне пропуск.
— Тогда я буду знать, что ты смотришь. И это может помочь. Или помешать.
— Что я могу сделать, чтобы помочь?
Сайтетемпо подумал.
— Будь там, — сказал он. — Не обязательно рядом. Просто будь. Чтобы я знал, что после матча — любого, выигранного или проигранного — я смогу посмотреть в зал и увидеть тебя.
Монока встала. Подошла к нему. Села на край его стола — близко, почти вплотную.
— Я буду там, — сказала она. — С белой кружкой. Только чай будет уже холодный.
— Мне всё равно, — ответил он. — Главное, что он будет твой.
Она поцеловала его в лоб. Легко, как мама целует ребёнка перед сном.
— Выиграй для меня, — сказала она.
— Выиграю для нас, — ответил он.
---
Ночью, когда Монока ушла домой, Сайтетемпо остался в офисе один.
Он не играл. Не смотрел повторы. Просто сидел, сжимая в руках белую кружку с надписью «Чай» — ту самую, которую она подарила. Пустую. Холодную.
Он думал о завтрашнем дне. О сцене. О свете. О тысячах глаз, которые будут смотреть на его пальцы.
И об одних глазах, которые будут смотреть только на него.
Он поставил кружку на стол. Взял планшет. Включил тренировочный режим.
Мелоди на экране сделала первый выпад.
Сайтетемпо улыбнулся — впервые перед матчем, а не после.
— Я готов, — сказал он пустому офису.
И начал играть.
---
Конец тринадцатой главы