утро после матча
Утро после матча
Одри проснулась позже обычного.
Не от будильника.
А от того, что за дверью кто-то слишком активно шептался.
— Я тебе говорю, это ОНИ.
— Да не может быть…
— ФРЕД ИЗОБРЁЛ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО!
Одри медленно села на кровати.
И сразу поняла: спокойствия не будет.
1. Фан-клуб + фото Фреда
Где-то по школе уже разлетелась фотография:
Драко Малфой держит Одри после матча.
Она мокрая, уставшая, почти падает — и он не отпускает.
И подписи начали появляться мгновенно:
“ОНА ЕГО ДЕВУШКА”
“ОН СПАС ЕЁ В ЛИВЕНЬ”
“ЭТО УЖЕ КАНОН”
“МАЛФОЙ УЛЫБНУЛСЯ???”
Фред Уизли гордо демонстрировал копию друзьям:
— Я художник. Я документалист. Я легенда.
Джордж Уизли:
— Ты просто сделал снимок.
— СНИМОК, КОТОРЫЙ ИЗМЕНИЛ ХОГВАРТС.
2. Друзья Одри
В её комнату почти сразу постучали.
Одри даже не успела сказать “войдите”.
Дверь открылась.
И внутрь вошли её друзья.
— ТЫ СЕРЬЁЗНО?! — первый голос.
— ТЫ С ДРАКО МАЛФОЕМ?! — второй.
— ТЫ КАПИТАН?! — третий.
Одри закрыла лицо руками:
— Я не выспалась для этого разговора…
Но её уже окружили.
— Он держал тебя за талию!
— Он выглядел как будто хотел убить весь стадион!
— ОН ДАЛ ТЕБЕ МАНТИЮ?!
3. Весь Хогвартс
К обеду это уже не был “слух”.
Это была система.
Коридоры:
— Малфой и капитан Гриффиндора…
— Они точно вместе.
— Я видел, как он на неё смотрел.
Даже преподаватели делали вид, что ничего не замечают, но замечали ВСЁ.
4. Попытка “нормальной жизни”
Драко Малфой встретил Одри в коридоре.
Они оба выглядели так, будто хотели просто дожить до следующего урока.
— Нас обсуждают, — спокойно сказала она.
— Я заметил.
— Тебя это раздражает?
Пауза.
— Нет, — ответил он. — Меня раздражает, что ты делаешь вид, что тебя это не касается.
Одри вздохнула:
— Я просто хочу нормально прожить день.
Он чуть наклонил голову:
— Тогда тебе не стоило выигрывать самый безумный матч сезона.
Она фыркнула:
— Это не я виновата, что я хороша.
И впервые за весь этот хаос они оба почти улыбнулись.
Потому что как бы Хогвартс ни сходил с ума…
они всё равно оказывались рядом в центре этого шума.
Весь Хогвартс гудел так, будто стены сами начали пересказывать слухи.
Одри шла по коридору и чувствовала это буквально физически — взгляды, шёпот, внезапные паузы в разговорах, когда она проходила мимо.
— Это она?
— Да это точно она…
— Та самая с Малфоем…
Она тихо выдохнула:
— Я начинаю ненавидеть коридоры.
Драко Малфой шёл рядом спокойно, будто это всё его вообще не касалось.
Но Одри уже знала — это его способ не показывать реакцию.
— Ты слышишь это? — спросила она.
— Да.
— И?
Он посмотрел на неё:
— И это всё ещё просто шум.
Одри фыркнула:
— Легко говорить, когда ты главный герой этого шума.
— Ты тоже главный герой, — спокойно ответил он.
Она резко повернула голову:
— Я не просила быть частью школьной драмы.
— Никто не просит.
И это почему-то звучало слишком правдиво.
Когда они вошли в большой зал, стало только хуже.
Шёпот усилился.
Кто-то даже не скрывал улыбку.
Фред Уизли с трибуны махнул им рукой с видом человека, который лично отвечает за происходящее:
— О, легенды пришли!
Джордж Уизли:
— Фотография уже стала школьной валютой.
Одри остановилась на секунду:
— Я вас уничтожу.
Фред:
— Мы это воспринимаем как признание.
Драко Малфой чуть наклонился к ней:
— Игнорируй их.
— Я пытаюсь.
— Плохо пытаешься.
Она устало посмотрела на него:
— Ты вообще когда-нибудь устаёшь?
Он задумался на секунду:
— Только когда ты падаешь.
И на этот раз она не нашла, что ответить.
За столом Гриффиндора кто-то уже открыто показывал пальцем.
За столом Слизерина — делали вид, что “ничего не происходит”, но происходило абсолютно всё.
Одри села, наконец, и тихо пробормотала:
— Я просто хотела выиграть матч.
Драко Малфой сел рядом:
— Поздравляю. Ты выиграла гораздо больше.
Она посмотрела на него:
— Это сейчас звучит как проблема.
— Это уже давно проблема, — спокойно сказал он.
И где-то между шумом, взглядами и этим странным новым вниманием, которое невозможно было выключить…
они оба впервые поняли, что “нормально” обратно уже не вернётся.
После завтрака всё стало ещё хуже.
Одри пыталась просто дойти до класса, но казалось, что каждый поворот коридора уже заранее обсуждён десятком людей.
— Она идёт!
— С Малфоем же!
— Смотри, смотри!
Одри резко остановилась и прошептала:
— Я сейчас реально исчезну в стене.
Драко Малфой шёл рядом и даже не ускорял шаг.
— Если ты исчезнешь в стене, это будет первый случай самообороны от фан-клуба, — спокойно сказал он.
— Ты вообще понимаешь, что происходит?
— Понимаю.
— И?
Он посмотрел на неё:
— И это не опасно.
Одри резко повернулась:
— Для тебя всё “не опасно”.
Он чуть наклонился ближе, уже тише:
— Потому что ты рядом.
Она замерла на секунду.
И тут же отвела взгляд, как будто это было слишком прямо сказано для утреннего коридора.
Где-то сбоку снова щёлкнула камера.
Фред Уизли радостно поднял колдокамеру:
— О, вот ЭТО выражение лица!
Джордж Уизли:
— Это идёт в архив “не встречаются btw”.
Одри закрыла глаза:
— Я вас ненавижу.
— Ты это уже говорила, — спокойно заметил Драко.
— И буду говорить дальше!
Они дошли до лестницы, и толпа чуть расступилась, но взгляды всё равно тянулись за ними.
Одри тихо выдохнула:
— Я думала, что квиддич — самое сложное.
Драко Малфой посмотрел на неё:
— Квиддич хотя бы заканчивается свистком.
Она фыркнула:
— А это чем заканчивается?
Пауза.
— Привычкой, — ответил он.
И они пошли дальше, уже не пытаясь делать вид, что весь Хогвартс их не видит.
Поле снова заполнилось шумом, но на этот раз атмосфера была другой — напряжённой, почти электрической.
Одри стояла на старте и уже с первых секунд выглядела иначе, чем раньше.
Не просто собранной.
А слишком сосредоточенной.
Свисток.
И она ушла в игру резко — так, будто не начинала матч, а сразу забирала его себе.
— Она сегодня вообще не тормозит… — донеслось с трибун.
Одри слышала это, но не реагировала.
Она шла в контакт жёстко.
Слишком жёстко.
Соперник попытался обойти её по дуге — она перекрыла траекторию корпусом, заставив того резко уйти вверх.
— ФОЛ! — закричали с другой стороны поля.
Но Одри уже была дальше.
Драко Малфой с трибун резко напрягся.
— Она перегибает… — тихо сказал кто-то рядом.
Он не ответил.
Потому что смотрел только на неё.
Бладжер пронёсся в сантиметрах от её плеча — она даже не дернулась.
— ДА ОСТОРОЖНЕЕ! — крикнули снизу.
Но Одри резко развернулась и снова ускорилась.
Она не играла аккуратно.
Она давила.
Заставляла ошибаться.
И в какой-то момент стало понятно — это уже не просто матч.
Это было её состояние.
Снитч мелькнул где-то высоко.
И глаза Одри моментально зацепились за него.
— ОНА ПОШЛА! — закричали с трибун.
И она действительно пошла — резко, вниз, без колебаний.
Слишком быстро.
Слишком рискованно.
Драко Малфой резко поднялся с места:
— Одри…
Но она уже не слышала.
Потому что в этот момент для неё существовала только одна цель — и она летела прямо к ней, игнорируя всё остальное.
Она шла в снитч так быстро, будто весь остальной мир просто перестал существовать.
Одри резко ушла вниз, почти срезая воздух над самой травой.
Ветер бил в лицо, метлу трясло, трибуны сливались в одно пятно.
— ОНА СЛИШКОМ НИЗКО! — донёсся крик.
Но она уже выровнялась и снова рванула вверх.
Снитч мелькнул впереди — короткая золотая вспышка.
И она ускорилась ещё сильнее.
Драко Малфой на трибунах уже не просто смотрел — он был полностью напряжён, как струна.
— Давай… — тихо выдохнул кто-то рядом.
Но для него всё вокруг исчезло.
Только она.
Одри почти догнала снитч.
Почти.
И в этот момент соперник резко влетел сбоку — грубо, без расчёта.
Столкновение.
Одри резко качнуло, метлу повело в сторону, но она удержалась — зубы сжаты, руки вцепились намертво.
— ОНА НЕ УПАЛА! — закричали с трибун.
И вместо того чтобы замедлиться…
она разозлилась ещё сильнее.
Резкий разворот.
И снова вперёд.
Теперь это было уже не просто агрессивно.
Это было почти безумно точно.
Снитч снова появился перед ней — ближе, чем раньше.
Одри вытянула руку.
Фред Уизли с трибун:
— ЕСЛИ ОНА ЭТО СЕЙЧАС СДЕЛАЕТ, Я ПЕРЕСТАНУ ДЫШАТЬ!
Джордж Уизли:
— ТЫ УЖЕ НЕ ДЫШИШЬ!
Драко Малфой резко сделал шаг вперёд:
— Одри…
Но было поздно.
Её пальцы сомкнулись в воздухе.
И снитч оказался у неё в руке.
На секунду мир будто остановился.
Одри всё ещё была в воздухе, крепко сжимая в руке снитч, а ветер продолжал трепать её мокрые волосы.
И только потом до неё дошло — тишина.
А затем трибуны взорвались.
— ОНА ПОЙМАЛА!
— МЫ ВЫИГРАЛИ!
— КАПИТАН СДЕЛАЛА ЭТО!
Фред Уизли вскочил:
— ЭТО УЖЕ НЕ ИГРА, ЭТО ЧТО-ТО НЕНОРМАЛЬНОЕ!
Джордж Уизли:
— И ОНА СНОВА ЭТО СДЕЛАЛА!
Драко Малфой не сразу сел обратно.
Он просто стоял, глядя на поле, будто до конца не веря, что всё закончилось.
Одри начала медленно снижаться.
Руки дрожали, дыхание сбивалось, но она не отпускала снитч.
Когда она коснулась земли, ноги на секунду не выдержали.
Но команда уже была рядом.
— КАПИТАН!
— ТЫ СНОВА ЭТО СДЕЛАЛА!
— ТЫ СУМАСШЕДШАЯ!
Одри выдохнула, пытаясь улыбнуться:
— Я… просто очень хотела закончить это побыстрее…
И в этот момент среди шума и криков она наконец заметила его.
Драко Малфой уже шёл к полю.
Спокойно.
Но слишком быстро.
Когда он подошёл ближе, он остановился перед ней и посмотрел так, будто хотел сказать сразу всё и ничего одновременно.
— Ты вообще понимаешь, что ты сделала? — тихо спросил он.
Одри фыркнула, устало:
— Выиграла матч?
Он выдохнул и на секунду закрыл глаза:
— Ты снова меня напугала.
И в этот раз это уже не звучало как упрёк.
А как факт, с которым он просто не мог справиться.
Школа Хогвартса гудела ещё до объявления.
Одри стояла в коридоре у расписания, когда рядом прошёл поток учеников, переговаривающихся слишком возбуждённо.
— Ты слышал?
— Они приезжают сегодня!
— Дурмстранг играет против нас!
Одри медленно повернулась:
— Дурмстранг?..
Драко Малфой появился рядом, как будто уже всё знал заранее.
— Да.
— И ты говоришь это так спокойно?
Он чуть пожал плечами:
— Это просто матч.
Одри прищурилась:
— “Просто матч” обычно не включает школу, где люди выглядят так, будто могут сломать метлу взглядом.
Он усмехнулся:
— Ты преувеличиваешь.
— Я видела их капитана.
Пауза.
Драко Малфой:
— Тогда не преувеличиваешь.
К обеду всё стало официально.
В Большой зал вошли они.
Дурмстранг.
Холодная форма, тяжёлые шаги, уверенные взгляды.
И полная тишина в зале.
Фред Уизли тихо:
— Ну всё. Нам конец.
Джордж Уизли:
— Но весёлый конец.
Одри смотрела на них и впервые за долгое время почувствовала не азарт.
А чистый вызов.
Один из игроков Дурмстранга поймал её взгляд.
И чуть усмехнулся.
Драко Малфой заметил это сразу.
— Он смотрит на тебя, — тихо сказал он.
Одри не отводя взгляда:
— Я тоже смотрю.
Пауза.
— Хорошо, — сказал он.
И это “хорошо” прозвучало не как про матч.
А как предупреждение.
И где-то в этот момент стало ясно:
этот матч будет уже не про победу Хогвартса.
А про то, кто сломается первым.
После обеда атмосфера в замке стала ещё тяжелее.
Одри чувствовала это даже без слов — взгляды, шёпот, ожидание. Дурмстранг уже успел стать темой номер один.
— Они реально сильные… — прошёл мимо кто-то из Гриффиндора.
— Говорят, их капитан вообще не проигрывает…
— Это будет жёстко.
Драко Малфой шёл рядом с Одри по коридору к выходу на поле.
Он был спокойным, но не расслабленным.
— Ты напряжён? — спросила она.
— Я реалист.
— Это не ответ.
Он посмотрел на неё:
— Это лучший ответ, который тебе сейчас нужен.
Когда они вышли на стадион, шум трибун ударил сразу.
С другой стороны поля уже стояли игроки Дурмстранга.
Высокие, собранные, слишком уверенные.
Фред Уизли присвистнул:
— Они выглядят так, будто поле уже их.
Джордж Уизли:
— Пусть попробуют забрать.
Одри сжала метлу.
И впервые за долгое время в её взгляде не было ни усталости, ни шуток.
Только холодная концентрация.
Свисток.
И игра началась сразу жёстко.
Дурмстранг не разменивался на осторожность.
Первый же проход — силовой.
— ОСТОРОЖНО! — закричали с трибун.
Одри резко ушла в сторону, едва не столкнувшись в воздухе, и тут же ответила контратакой.
Драко Малфой на трибунах резко напрягся:
— Она не уступает…
— Она и не будет, — тихо сказал кто-то рядом.
И правда.
Одри играла так, будто этот матч — продолжение всех предыдущих.
Только теперь ставки были выше.
Снитч мелькнул рано.
И сразу две команды рванули вверх.
— ПОШЛИ! — закричали с трибун.
Одри ускорилась.
И рядом с ней — капитан Дурмстранга.
Они шли к одной цели.
И уже через несколько секунд стало понятно:
это будет не просто гонка.
А столкновение.
Они летели к снитчу параллельно — слишком близко, слишком быстро, слишком уверенно.
Одри чувствовала ветер так, будто он стал плотнее, тяжелее — каждый рывок метлы давался с усилием.
Капитан Дурмстранга держался рядом идеально, будто просчитывал каждый её шаг заранее.
— Он не отстаёт… — выдохнул кто-то с трибун.
Драко Малфой резко сжал пальцы на перилах.
— Она тоже не собирается, — тихо ответил он.
Снитч мелькнул впереди — короткая золотая вспышка, почти издевательская.
И оба рванули вниз.
Слишком резко.
Одри ушла в вираж, почти касаясь земли, и на секунду потеряла обзор.
— ОСТОРОЖНО! — закричали с трибун.
Но в этот момент она уже выровнялась и снова пошла вверх.
Капитан Дурмстранга оказался рядом.
Слишком рядом.
И резко плечом попытался вытеснить её с траектории.
Удар.
Метлу повело.
Одри резко дёрнулась, удержалась, но на секунду потеряла скорость.
— ФОЛ! — закричали с гриффиндорской стороны.
Но игра не остановилась.
Снитч был ближе уже опасно.
Одри сжала зубы.
И вместо того чтобы восстановиться…
она ускорилась.
Драко Малфой поднялся со своего места:
— Она сейчас перегорит…
Но он не отводил взгляд.
Потому что знал — она не остановится.
Снитч метнулся вверх.
И Одри пошла следом.
Капитан Дурмстранга тоже.
Они оказались почти на одном уровне.
Рука Одри вытянулась вперёд.
И в этот момент всё сузилось до одного движения.
Либо она.
Либо он.
И снитч был прямо между ними.
Воздух будто стал плотнее.
Одри вытянула руку ещё на долю секунды быстрее — и в этот же момент капитан Дурмстранга рванулся вперёд, почти сталкиваясь с ней плечом.
Удар в воздухе был резким.
Метлу повело в сторону.
Снитч на секунду исчез из поля зрения.
— ОНА ТЕРЯЕТ ЕГО! — закричали с трибун.
Драко Малфой резко подался вперёд:
— Одри…
Но она уже не слушала.
Она развернулась в падении — слишком рискованно, почти без контроля — и снова выровнялась буквально в сантиметрах от земли.
Толпа ахнула.
И в этот момент она снова увидела его.
Снитч.
Слева.
Одри резко ушла в сторону, игнорируя боль в руках и дрожь в пальцах.
Капитан Дурмстранга тоже заметил и рванул следом.
Они снова шли рядом.
Слишком равные.
Слишком опасные.
— Это уже не матч… — тихо сказал кто-то на трибунах.
— Это гонка на выживание, — ответил другой голос.
Одри сжала зубы так сильно, что заболела челюсть.
И пошла в последний рывок.
Ветер бил в лицо, метлу трясло, всё вокруг сливалось в движение.
Снитч был уже совсем близко — почти в пределах руки.
И в этот момент всё решалось не техникой.
А характером.
Драко Малфой на трибунах не моргнул ни разу.
— Давай… — тихо, почти неслышно.
И Одри сделала последний рывок вперёд.
Снитч был уже почти в пределах пальцев.
Одри тянулась вперёд, ощущая, как всё сужается до одного движения — ещё чуть-чуть, и…
И в этот момент капитан Дурмстранга резко оказался рядом, почти наравне.
Он усмехнулся, сквозь ветер и шум трибун:
— Ты правда думаешь, что сможешь выиграть у меня?
На секунду это почти не имело значения.
Почти.
Но Одри услышала.
И резко повернула голову.
— Повтори, — холодно сказала она.
Драко Малфой на трибунах напрягся:
— Не отвлекайся…
Но было поздно.
Капитан Дурмстранга усмехнулся шире:
— Я говорю, ты слишком медленная для финала.
И это стало последней каплей.
Одри резко разозлилась.
Не громко.
Не хаотично.
А холодно.
Вся усталость, весь риск, весь шум — всё исчезло.
Осталась только цель.
— Посмотрим, — тихо сказала она.
И в следующий момент она резко ускорилась так, что метла буквально завыла в воздухе.
Снитч мелькнул впереди.
Но теперь она не просто летела.
Она догоняла.
Драко Малфой резко встал:
— Вот теперь он её разозлил…
И это было видно сразу.
Одри шла вперёд так, будто весь матч превратился в ответ на одну фразу.
Капитан Дурмстранга попытался снова выйти вперёд — но она уже не отставала ни на секунду.
И теперь вопрос был только один:
кто первым отпустит этот воздух между ними и снитчем.
Снитч снова рванул вверх — резко, будто специально проверяя их на прочность.
Одри даже не моргнула.
Она шла за ним так плотно, что ветер вокруг неё начал свистеть сильнее обычного.
Капитан Дурмстранга попытался снова выйти вперёд, но теперь он уже не улыбался.
— Ты реально думаешь, что это поможет?! — крикнул он сквозь ветер.
Одри не повернула голову.
— Мне не нужно думать, — холодно ответила она. — Я просто забираю.
Драко Малфой на трибунах резко сжал зубы:
— Вот сейчас она уже не просто играет…
Снитч ушёл вниз.
Резко.
Оба сорвались следом.
Падение было почти вертикальным.
Трибуны вскрикнули.
— ОНИ СЛИШКОМ НИЗКО!
Одри ушла в вираж буквально в сантиметрах от земли, цепляя воздух так, будто режет его.
И снова выровнялась.
Рядом — капитан Дурмстранга.
И теперь они летели плечо к плечу.
Снитч прямо впереди.
И Одри уже чувствовала — это последний шанс.
Она вытянула руку.
Капитан Дурмстранга тоже.
И на секунду всё замерло между ними.
Фред Уизли на трибунах:
— ЕСЛИ ОНА СЕЙЧАС ЭТО ВЫТЯНЕТ, Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ ШУТИТЬ В ЖИЗНИ!
Джордж Уизли:
— ТЫ И ТАК НЕ ШУТИШЬ В ЖИЗНИ!
Драко Малфой сделал шаг вперёд, почти не дыша.
— Давай… — тихо.
И в этот момент пальцы Одри сомкнулись.
На секунду всё просто исчезло.
Одри сжала снитч в руке — и мир вокруг будто взорвался звуком.
— ОНА ПОЙМАЛА! — раздалось с трибун.
Но одновременно с этим капитан Дурмстранга тоже резко дёрнулся вперёд… и на секунду их метлы почти столкнулись.
Драко Малфой резко шагнул вперёд:
— Одри!
Она удержалась.
С трудом, но удержалась в воздухе, выровняв метлу буквально в последний момент.
И только тогда трибуны окончательно взорвались.
— МЫ ВЫИГРАЛИ!
— ОНА СНОВА ЭТО СДЕЛАЛА!
— ЭТО НЕВОЗМОЖНО!
Фред Уизли вскочил:
— Я официально заявляю — это самый опасный капитан в истории Хогвартса!
Джордж Уизли:
— И самый зрелищный!
Одри начала медленно снижаться.
Руки дрожали сильнее, чем раньше, дыхание сбилось окончательно.
Когда её ноги коснулись земли, она почти сразу пошатнулась.
Но её тут же подхватила команда.
— КАПИТАН!
— ТЫ ЭТО СДЕЛАЛА!
Одри тяжело выдохнула, всё ещё сжимая снитч:
— Я… просто хотела, чтобы это закончилось…
И в этот момент она наконец увидела его.
Драко Малфой уже шёл к ней.
Быстро.
Но без суеты.
Когда он остановился перед ней, он просто посмотрел на неё — долго, внимательно, почти строго.
— Ты понимаешь, что ты сейчас сделала? — тихо спросил он.
Одри слабо усмехнулась:
— Выиграла матч?
Он выдохнул и на секунду закрыл глаза:
— Ты чуть не разбилась.
И в этот раз в его голосе не было ни злости, ни холодности.
Только страх, который он не пытался скрыть.
Одри на секунду перестала улыбаться.
Потому что эта интонация задела сильнее любого удара в матче.
Она тихо опустила взгляд на снитч в руке, потом снова на него:
— Я же здесь.
Драко Малфой не сразу ответил.
Он сделал шаг ближе, сокращая расстояние почти до нуля.
— “Здесь” не всегда значит “в порядке”, — тихо сказал он.
Пауза.
Одри выдохнула, устало:
— Ты сегодня слишком драматичный.
— А ты сегодня слишком безрассудная.
И в этот момент между ними снова повисло то самое напряжение — не от матча, а от того, что никто из них не хотел озвучивать прямо.
Позади раздались крики команды:
— КАПИТАН, ТЫ ЖИВА?
— МЫ ВЫИГРАЛИ!
— ОНА СНОВА ЧУДО СДЕЛАЛА!
Фред Уизли уже что-то обсуждал с колдокамерой:
— Это идёт в учебники по квиддичу.
Джордж Уизли:
— И в школьные легенды.
Одри наконец чуть улыбнулась, но усталость всё ещё держала её.
Она посмотрела на Драко:
— Ты сейчас снова будешь говорить, что я тебя напугала?
Он чуть наклонил голову:
— Я и не переставал.
Пауза.
И уже тише:
— Просто в следующий раз… не заставляй меня думать, что я могу тебя потерять.
И это было сказано настолько просто, что вокруг на секунду будто стало тише, чем на всём стадионе.
На следующий день Большой зал снова гудел, как будто вчерашний матч вообще не заканчивался.
Одри сидела за столом Гриффиндора с кружкой чая, пытаясь хотя бы немного прийти в себя после двух подряд безумных матчей.
Но спокойствия, как обычно, не дали.
— Ты вчера почти упала два раза подряд, — раздался голос с соседнего стола.
Капитан Дурмстранга.
Он стоял рядом с несколькими своими игроками и смотрел прямо на неё с той самой спокойной, раздражающей уверенностью.
— И всё равно выиграла? — он усмехнулся. — Забавно. Значит, просто везение.
Тишина за столами стала плотнее.
Драко Малфой медленно поднял взгляд от тарелки.
Фред Уизли уже тихо сказал:
— О-о… он сейчас ошибся.
Джордж Уизли:
— Большая ошибка.
Одри сначала не ответила.
Просто медленно положила ложку на стол.
— Везение? — тихо переспросила она.
Капитан Дурмстранга пожал плечами:
— А как ещё назвать то, что ты удержалась в воздухе, когда должна была упасть?
И в этот момент что-то в Одри щёлкнуло.
Её пальцы сжались на ложке.
Слишком сильно.
Металл начал едва заметно деформироваться.
Драко Малфой резко напрягся:
— Одри…
Но она уже не смотрела на него.
Только на капитана Дурмстранга.
— Повтори, — сказала она очень спокойно.
Он усмехнулся:
— Ты слышала.
И ложка в её руке начала гнуться сильнее.
Фред Уизли шепнул:
— Он сейчас либо извинится… либо умрёт в моральном смысле.
Джордж Уизли:
— Или физическом.
Драко Малфой резко поднялся из-за стола.
Одри резко встала из-за стола, и зал будто на секунду задержал дыхание.
Тишина повисла неестественно плотная.
Фред Уизли мгновенно понял, что сейчас будет что-то очень плохое.
— О нет-нет-нет… — пробормотал он.
Джордж Уизли уже вскочил вместе с ним.
И в следующую секунду они оба буквально подхватили Одри с двух сторон.
— Пошли-пошли-пошли, — быстро сказал Фред.
— Ты не идёшь туда, — добавил Джордж.
— Я иду туда, — резко сказала Одри, пытаясь вырваться.
— Нет, — синхронно ответили они.
Одри дёрнулась сильнее:
— Он меня провоцирует!
Фред:
— Он всех провоцирует!
Джордж:
— Это его стиль жизни!
Они почти силой потащили её между столами, пока весь Большой зал смотрел им вслед.
Драко Малфой резко поднялся:
— Уизли!
Фред, не оборачиваясь:
— Живой, Малфой!
Джордж:
— Мы спасаем твою будущую проблему!
Одри всё ещё пыталась вырваться:
— Я сама разберусь!
Фред:
— Нет, ты разнесёшь Дурмстранг.
Джордж:
— И половину зала заодно.
И пока они буквально вытаскивали её из Большого зала, шёпот снова поднялся со всех сторон.
А где-то позади, уже у стола Дурмстранга, капитан медленно усмехнулся — будто именно этого и добивался.
И только Драко Малфой стоял на месте, не сводя взгляда с выхода, куда её утащили.
И явно был не в восторге от того, что всё закончилось не так, как он хотел.
Коридор за дверями Большого зала был уже почти пустым, только эхо шагов и приглушённый шум остались позади.
Фред Уизли всё ещё держал Одри за локоть, но уже чуть слабее — понимал, что она больше не рвётся вперёд так резко.
Джордж Уизли шёл рядом, настороженно поглядывая на неё:
— Только не говори, что ты сейчас развернёшься обратно.
Одри резко остановилась.
Они оба напряглись одновременно.
Она подняла взгляд — не в ярости уже, а с тем самым холодным спокойствием, которое появлялось перед матчем.
И громко, так что голос разнёсся по коридору и даже, кажется, вернулся эхом в зал, она крикнула:
— УВИДИМСЯ ЗАВТРА НА ПОЛЕ!
Тишина.
Фред медленно моргнул:
— …она всё равно сказала это.
Джордж устало:
— Конечно сказала.
Драко Малфой, стоявший у входа в зал, услышал это тоже.
Он не улыбнулся.
Но уголок губ чуть дёрнулся — почти незаметно.
Фред повернулся к Одри:
— Ты вообще умеешь не устраивать объявления?
Одри выдохнула, уже спокойнее:
— Нет.
Джордж:
— Честный ответ.
И пока они продолжали идти по коридору, стало ясно: завтрашний матч уже перестал быть просто игрой.
Он стал личным.
Команды выстроились у выхода на поле — последний момент перед стартом, когда шум трибун ещё можно было почувствовать как вибрацию в воздухе.
Одри стояла в форме Гриффиндора, крепко сжимая метлу, и уже не смотрела ни на кого вокруг.
Только вперёд.
С другой стороны — капитан Дурмстранга.
Он тоже не отводил взгляда.
И в какой-то момент они одновременно подняли головы.
Встретились.
И всё вокруг будто выключили.
Шум трибун не исчез — но стал далеким, глухим, как под водой.
Ни шуток.
Ни криков.
Ни движения.
Только взгляд.
Холодный.
Жёсткий.
Без улыбок.
Фред Уизли даже перестал говорить на полуслове.
Джордж Уизли тихо:
— О…
Драко Малфой с трибун напрягся, не моргая:
— …
И в этот момент рядом щёлкнула камера.
Фред, автоматически:
— Я это поймал.
На снимке — они оба.
Одри и капитан Дурмстранга.
Лицом к лицу.
И в этом взгляде было слишком много — вызов, злость, концентрация, обещание не уступить ни сантиметра.
И именно в этот момент зал наконец понял:
это уже не просто матч.
это личная война на метлах.
Свисток разорвал тишину резко, как удар.
Одри сорвалась с места первой — не потому что была быстрее, а потому что уже была внутри игры ещё до старта.
Метла рванула вверх, и воздух сразу стал плотным, шумным, опасным.
Виктор Крам поднялся почти одновременно.
Спокойно.
Чётко.
Без лишних движений.
И уже через секунду стало понятно: он не гонится — он контролирует поле.
— Они оба идут за снитчем! — закричали с трибун.
Драко Малфой сжал перила:
— Слишком рано…
Фред Уизли:
— Или слишком уверенно.
Джордж Уизли:
— Или оба сразу.
Снитч мелькнул высоко над полем — короткая золотая искра.
И Одри рванула вниз, резко меняя траекторию.
Крам не отставал ни на сантиметр.
Он шёл рядом так, будто заранее знал каждое её движение.
И это начало бесить.
Одри сжала зубы и ускорилась ещё сильнее.
Но Крам не пытался обогнать.
Он просто держался.
И этим давил сильнее любого столкновения.
Снитч резко ушёл в сторону.
Они оба — за ним.
И впервые в матче стало понятно:
это не гонка за мячом.
это гонка друг против друга.
Снитч снова ушёл вверх, резко, почти издевательски.
Одри шла за ним, но в какой-то момент почувствовала — не просто соперника рядом.
А давление.
Виктор Крам держался идеально ровно, будто вообще не тратил сил.
И это начало раздражать сильнее любого столкновения.
— Он даже не ускоряется… — донеслось с трибун.
Драко Малфой напрягся:
— Он играет с ней.
И именно в этот момент Крам чуть повернул голову в её сторону, не теряя скорости.
— Ты всегда так спешишь? — спокойно сказал он.
Это было почти тихо.
Но Одри услышала.
И резко повернулась:
— Что ты сказал?
Виктор Крам даже не выглядел злым.
Только слишком уверенным.
— Ты тратишь энергию быстрее, чем нужно.
И это задело.
Не криком.
Не оскорблением.
А тем, что он говорил это как факт.
Одри сжала зубы.
И на секунду её движение стало резче, агрессивнее.
— Не учи меня летать, — холодно бросила она.
И резко ускорилась.
Метла завыла.
Теперь она уже не просто догоняла снитч.
Она доказывала.
Фред Уизли с трибун:
— О-о… он её задел.
Джордж Уизли:
— Теперь всё.
Драко Малфой тихо:
— Вот теперь он её разозлил по-настоящему…
Воздух стал резким, почти режущим.
Одри больше не просто летела — она давила вперёд так, будто хотела догнать не снитч, а само раздражение внутри себя.
Виктор Крам всё ещё держался рядом.
Спокойно.
Слишком спокойно.
И именно это бесило сильнее всего.
Снитч резко ушёл вниз — почти к самой траве.
— ОНИ ПАДАЮТ! — закричали с трибун.
Одри рванула следом без раздумий.
Метла ушла в почти вертикальное падение.
Ветер ударил в лицо так, что на секунду стало трудно дышать.
Драко Малфой резко поднялся:
— Она сейчас…
Но она уже не слышала.
Крам оказался рядом снова — плечо к плечу в падении.
И он снова спокойно сказал, почти как между делом:
— Ты всё ещё слишком торопишься.
И это стало последней каплей.
Одри резко повернула голову прямо в падении:
— ХВАТИТ.
И в этот момент она не просто ускорилась.
Она взорвалась движением.
Резкий рывок вперёд, корпус ниже, метла выровнялась в последний момент — и она вырвалась на полкорпуса вперед.
Снитч мелькнул прямо перед ней.
Фред Уизли:
— ЕСЛИ ОНА ЭТО СЕЙЧАС ВОЗЬМЁТ…
Джордж Уизли:
— Я ПЕРЕСТАНУ СИДЕТЬ!
Виктор Крам впервые за весь матч чуть ускорился.
Но было поздно на долю секунды.
Пальцы Одри уже тянулись вперёд.
Пальцы Одри сомкнулись в воздухе — резко, точно, без сомнений.
И на секунду всё будто провалилось в тишину.
Снитч в её руке.
Стадион взорвался звуком так, что даже ветер словно отступил.
— ОНА ПОЙМАЛА! — кричали с трибун.
— ХОГВАРТС ВЫИГРАЛ!
— ЭТО СНОВА ОНА!
Виктор Крам ещё пролетел вперёд по инерции, но сразу сбавил скорость.
Он не выглядел злым.
Только коротко кивнул, признавая результат.
Драко Малфой резко выдохнул и наконец отпустил перила, за которые держался всё время.
Фред Уизли вскочил:
— Я ЗНАЛ!
Джордж Уизли:
— ТЫ ВСЕГДА ТАК ГОВОРИШЬ!
Одри медленно снизилась к земле.
Руки дрожали.
Но она всё ещё держала снитч.
Когда её ноги коснулись поля, колени чуть подкосились.
И команда тут же окружила её.
— КАПИТАН!
— ТЫ СДЕЛАЛА ЭТО!
— ЭТО БЫЛО БЕЗУМИЕ!
Она тяжело выдохнула, пытаясь улыбнуться:
— Он меня бесил…
И где-то в стороне Виктор Крам уже развернулся, уходя с поля спокойно, как будто это был просто ещё один матч в его жизни.
А на трибунах весь Хогвартс всё ещё не мог поверить, что это закончилось.
После того как шум стадиона начал постепенно стихать, Одри всё ещё сидела с ощущением победы в теле, но с какой-то странной пустотой внутри — как будто что-то важное должно было случиться, но не случилось прямо сейчас.
Драко Малфой стоял рядом, молча наблюдая за ней, пока вокруг носились поздравления, крики и обсуждения матча.
И вдруг…
— Одри!
Голос.
Знакомый, родной, слишком резкий на фоне всего этого хаоса.
Гарри Поттер, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер почти одновременно появились рядом, перебивая друг друга поздравлениями и эмоциями.
— Ты это видела?! — Рон почти кричал.
— Это было крайне опасно, но эффективно, — сразу добавила Гермиона.
— Это было легендарно, — сказал Гарри.
Одри слабо улыбнулась:
— Спасибо… я вроде ещё жива, если что.
И именно в этот момент что-то изменилось.
Сова.
Одна из школьных сов резко спустилась прямо к ней.
И уронила письмо.
На конверте — аккуратный почерк.
Её фамилия.
Драко Малфой сразу заметил:
— Это тебе.
Одри на секунду замерла, потом осторожно взяла письмо.
Пальцы чуть дрогнули.
Она уже примерно понимала, от кого оно.
И когда она развернула конверт, вокруг будто стало тише, хотя шум никуда не делся.
Письмо от мамы.
И там было не много слов — но достаточно, чтобы выбить весь воздух из груди:
“Я горжусь тобой. Капитан — это не просто титул, это ответственность. Ты справилась. Я всегда знала, что ты сможешь.”
Одри долго не двигалась.
А потом просто чуть крепче сжала письмо в руках.
Рон Уизли тихо:
— Эй… это хорошее письмо, да?
Одри выдохнула:
— Да…
И впервые за весь этот сумасшедший день победа стала ощущаться не как шум стадиона.
А как что-то личное.
Одри всё ещё держала письмо в руках, будто боялась, что если отпустит — оно исчезнет вместе с этим чувством внутри.
Шум вокруг постепенно возвращался, но уже не давил так сильно.
Гермиона Грейнджер первой нарушила тишину:
— Это… очень важно. Такие письма.
Рон Уизли кивнул:
— Ну да. Это как… официальное одобрение. Почти.
Гарри Поттер мягко добавил:
— Твоя мама правда гордится тобой.
Драко Малфой стоял чуть в стороне, но не уходил.
Он посмотрел на Одри внимательнее, чем раньше.
— Ты изменилась после письма, — тихо сказал он.
Одри чуть усмехнулась, не отрывая взгляда от конверта:
— Я просто перестала делать вид, что мне всё равно.
Пауза.
И в этот момент рядом снова раздался шум — команда, поздравления, кто-то уже обсуждал следующий матч, кто-то смеялся.
Фред Уизли и Джордж Уизли подлетели одновременно:
— ЭЙ, КАПИТАН!
— У НАС ЕСТЬ ПЛАН!
Одри подняла бровь:
— Это уже звучит опасно.
Фред:
— Мы просто хотим устроить нормальное празднование!
Джордж:
— Очень шумное.
Рон Уизли сразу оживился:
— Празднование? Я за!
Гермиона Грейнджер:
— Только не “очень шумное” в смысле “с риском для здания”.
Драко Малфой тихо, почти себе под нос:
— Это уже звучит как катастрофа.
Одри наконец улыбнулась шире, убирая письмо в карман:
— Тогда я, кажется, должна это контролировать.
Фред:
— Нет!
Джордж:
— Это как раз то, чего мы боимся!
И вся компания, споря и смеясь, двинулась обратно в замок — уже без напряжения матча, но с ощущением, что этот день ещё точно не закончился.
Они вернулись в замок, и коридоры быстро заполнились тем самым шумом, который всегда появляется после больших побед — смех, обсуждения, шаги, кто-то уже тащил еду и идею “вечеринки”.
Одри шла чуть позади остальных, всё ещё ощущая в кармане письмо от мамы, как будто оно задавало ритм её шагам.
Фред Уизли внезапно развернулся:
— Всё! План готов!
Джордж Уизли добавил:
— Гриффиндор устраивает праздник века!
Рон Уизли уже почти кричал от радости:
— Наконец-то нормальная вечеринка!
Гермиона Грейнджер тяжело вздохнула:
— Я чувствую, что это закончится нарушением минимум пятнадцати правил.
Драко Малфой шёл рядом с Одри и тихо сказал:
— Ты реально собираешься это “контролировать”?
Одри посмотрела на него:
— А у меня есть выбор?
Он усмехнулся:
— Нет.
К вечеру гостиная Гриффиндора уже изменилась до неузнаваемости.
Кто-то развесил красно-золотые ленты, кто-то заколдовал свечи, чтобы они мигали в такт музыке, а близнецы Уизли явно “улучшили” атмосферу чем-то подозрительно ярким.
Фред Уизли с гордостью:
— Это будет легендарно.
Джордж Уизли:
— Или нас всех исключат.
Одри стояла у входа в гостиную и медленно выдохнула:
— Я уже чувствую, что это плохая идея…
И в этот момент где-то в глубине комнаты кто-то закричал:
— МАЛФОЙ ПРИШЁЛ?!
Пауза.
Драко Малфой появился в дверях, оглядел всё это и спокойно сказал:
— Я уже жалею.
И вечеринка началась.
Вечеринка в гостиной Гриффиндора уже разогналась до своего максимума — смех, музыка, крики близнецов и какие-то подозрительные заклинания, из-за которых свечи то мигали, то меняли цвет.
Одри почти сразу поняла, что “контролировать” это невозможно.
И просто перестала пытаться.
Драко Малфой появился рядом с ней буквально через несколько минут после начала хаоса.
— Я всё ещё думаю, что это плохая идея, — спокойно сказал он, оглядывая комнату.
— Поздно, — ответила Одри. — Ты уже здесь.
Он чуть усмехнулся:
— Ошибка.
Но всё равно не ушёл.
И как-то само собой получилось, что они остались вместе у дивана — чуть в стороне от центра шума.
Фред Уизли и Джордж Уизли пробегали мимо, периодически бросая взгляды:
— Они снова вместе сидят.
— Это уже традиция.
Рон Уизли где-то в толпе:
— Почему Малфой вообще тут?!
Гермиона Грейнджер спокойно:
— Потому что никто не умеет останавливать близнецов Уизли.
Одри села на диван первой, вытянув ноги и наконец позволив себе расслабиться.
Драко Малфой сел рядом, чуть позже, соблюдая дистанцию, но не уходя.
— Ты всегда так отдыхаешь после победы? — спросил он.
— Нет, — она усмехнулась. — Обычно хуже.
Пауза.
Он посмотрел на неё:
— Ты сегодня почти сломала Крама.
— Он сам напросился.
— Он вообще-то легенда.
Одри повернулась к нему:
— А я что?
Тишина на секунду повисла между ними.
Драко Малфой чуть наклонил голову:
— Проблема.
Она фыркнула:
— Очень романтично.
Он тихо усмехнулся:
— Я стараюсь.
И пока гостиная взрывалась праздником вокруг, они просто сидели рядом на диване — не участвуя в хаосе, но и не выпадая из него.
И почему-то именно это ощущалось правильнее всего.
Утро началось резко — как удар совиной почты по голове.
Одри только села за стол, как над залом уже закружились газеты.
— “ЕЖЕДНЕВНЫЙ ПРОРОК!” — кто-то крикнул.
И через секунду свежие номера уже лежали на столах Гриффиндора.
Рон Уизли первым схватил газету:
— ОГО, ты СНОВА там!
Гарри Поттер наклонился ближе:
— Что на этот раз?
Гермиона Грейнджер уже взяла один экземпляр и нахмурилась:
— Это… предсказуемо.
На первой странице огромный заголовок:
“ХОГВАРТС БРОСАЕТ ВЫЗОВ ДУРМСТРАНГУ: КАПИТАН ОДРИ И ВИКТОР КРАМ — НАПРЯЖЕНИЕ ПЕРЕД МАТЧЕМ”
И ниже фотография.
Не матч.
Не победа.
А тот самый момент.
Сделанный Фред Уизли.
Одри и Виктор Крам стоят лицом к лицу перед игрой.
Взгляды жёсткие.
Никаких улыбок.
Только чистое противостояние.
Рон Уизли:
— Эм… они реально сделали из этого обложку…
Гермиона Грейнджер:
— Это типичная манипуляция прессы.
Гарри Поттер тихо:
— Но выглядит… как будто они ненавидят друг друга.
Драко Малфой, бросив взгляд на газету:
— Они просто любят драму.
Одри медленно взяла газету в руки.
Долго смотрела на фото.
И спокойно выдохнула:
— Конечно… они выбрали самый “красивый” момент.
За соседними столами уже начались шёпоты.
— Это она с Крамом…
— Они что, враги?
— Или это что-то большее?..
Драко Малфой тихо рядом:
— Теперь ты официально их любимая тема.
Одри чуть усмехнулась:
— Пусть пишут.
И на этот раз в этом не было ни злости, ни удивления.
Только ощущение, что теперь она действительно стала частью большой игры — не только на поле, но и за его пределами.