Часть 9. Урок флирта и его последствия
После завтрака Хуа Чэн утащил Вэй Усяня в оружейную под предлогом проверки новых амулетов. На самом деле он хотел поговорить.
— Вэй Усянь, — начал он, прислонившись к стене и скрестив руки, — ты понимаешь, что твой бог — существо крайне сдержанное?
— Ну, да, — Вэй Усянь пожал плечами. — Он же Лань Чжань. Три тысячи правил, всё такое.
— Именно. Поэтому, — Хуа Чэн наклонился ближе, его единственный глаз хитро блестел, — тебе нужно научиться его... провоцировать.
— В смысле?
— Вэй Усянь, — Хуа Чэн вздохнул с видом мудреца, объясняющего очевидное, — Лань Ванцзи будет сдерживаться до конца времён, потому что таков его характер. Но он хочет тебя. Хочет так же сильно, как я хочу Се Ляня. Просто он не знает, как это показать. Ты должен дать ему повод.
— И как же? — Вэй Усянь невольно подался вперёд, заинтригованный.
— Флиртуй, — просто сказал Хуа Чэн. — Прикасайся к нему. Говори провакационно. Заставь его потерять контроль.
— Но я... я не умею! — запротестовал Вэй Усянь. — Ну, то есть, раньше у меня получалось, но это было просто баловство! А теперь, когда я знаю, что он меня любит, я теряюсь! Я как школьник!
Хуа Чэн рассмеялся.
— Тогда начни с малого. Например... — он понизил голос до заговорщицкого шёпота, — сядь к нему на колени.
— ЧТО?!
— Тсс! — Хуа Чэн зажал ему рот. — Тихо! Просто сядь и посмотри, что будет. Поверь моему восьмисотлетнему опыту.
Вечером Вэй Усянь, воодушевлённый советом (и тремя чашками вина для храбрости), решил действовать. Они с Лань Чжанем сидели в павильоне над прудом с лотосами. Луна отражалась в воде, воздух был напоён ароматом ночных цветов.
— Лань Чжань, — Вэй Усянь подошёл ближе, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, хотя сердце колотилось как бешеное, — ты не устал? Весь день тренировался.
— Не устал, — ответил Лань Ванцзи, поднимая на него глаза. — Но тебе нужно отдохнуть. Твоё тело ещё адаптируется.
— Кстати, о теле... — Вэй Усянь сделал шаг, потом ещё один. — Оно такое новое, такое чувствительное. Даже твоя лента, которую я ношу с собой, кажется тёплой.
Он сел. Не рядом — прямо на колени Лань Ванцзи. Обвил его шею руками, глядя в расширившиеся золотистые глаза.
— Вэй... Ин... — голос Лань Ванцзи дрогнул. Его руки инстинктивно легли на талию Вэй Усяня, чтобы поддержать.
— Что, Лань Чжань? — Вэй Усянь наклонился ближе, почти касаясь губами его уха. — Я просто проверяю, удобно ли сидеть моему божеству. Ты такой тёплый. И пахнешь сандалом. Мне нравится.
Уши Лань Ванцзи стали пунцовыми. Дыхание сбилось. Его пальцы на талии Вэй Усяня сжались чуть сильнее.
— Вэй Ин... ты играешь со мной.
— А что, если да? — Вэй Усянь отстранился ровно настолько, чтобы видеть его лицо. — Ты остановишь меня?
Вместо ответа Лань Ванцзи подался вперёд и поцеловал его. Это не был тот нежный, осторожный поцелуй, что у дерева во время охоты, когда у Вей Ина были завязаны глаза. Это был жадный, голодный поцелуй человека, который тринадцать лет ждал, мечтал и не надеялся. Вэй Усянь ответил так же страстно, запуская пальцы в волосы Лань Чжаня, прижимаясь ближе.
Они целовались, пока не закончился воздух. А когда отстранились — оба тяжело дышали, и в лунном свете их лица сияли совершенно одинаковым, ошеломлённым счастьем.
— Кажется, совет Хуа Чэна сработал, — пробормотал Вэй Усянь.
— Что?
— Ничего. Поцелуй меня ещё раз.
И Лань Ванцзи поцеловал.