°•Берега любви•°
Место: Зал дисциплины Линь Куэй. Помещение без украшений, с каменными стенами и холодным светом падающим сверху. На возвышении за массивным столом из черного дерева сидел Би-Хань, справа от него чуть менее формальном кресле Вайлет, её взгляд опущен на сложенные на столе руки. По левую сторону зала, как живые свидетельства, выстроились Вергилий, Хайраддин и Сяомин.
Эбссуд отсутствовал, эденийские целители и маги Линь Куэй работали над его сломанными рёбрами. Бейджо стоял по стойке смирно, но его спина была неестественно прямой, а челюсть сжата.
Вступление Би-Хана.
[Саб-Зиро]: Тебе предъявляются обвинения в нарушении устава: нападение на члена семьи, неподчинение лейтенанту, провокация драки. Три слова твои.
Вступление Бейджо.
[Шу Хань]: Я лишь указал ему на его место, отец. А он использовал свою тёмную магию «разводит руки в стороны» и напал меня, но никак не наоборот.
[Саб-Зиро]: Мастер оружейница. Ваше свидетельство.
Вступление Сяомин.
[Сектор]: Атаковал первым Бейджо. Эбссуд использовал магию исключительно в защитных целях. Оскорбления исходили только от Бейджо.
[Шу Хань]: Вовсе нет.
Вступление Вергилия, будто зачитывал отчёт.
[Хань Шу]: Он назвал его призраком и позором, после того как лейтенант встала между ними. Он проигнорировал её приказ и продолжил агрессию.
[Шу Хань]: Хватит лгать. Все не так было!
Сяомин сделала шаг вперёд. Глаза Бея на мгновение метнулись к Сяомин, полные яда.
[Сектор]: Бейджо действовал из личной неприязни и ревности. Его оскорбления были спровоцированы не поведением Эбссуда, а фактом моего общения с ним.
[Саб-Зиро]: «смотрит на сына» Ревность к оружейнику клана не оправдание для сломанных костей брата. Твои действия принесли вред клану вдвойне. Месяц в Алом Стяге. После понижение в звании.
Вайолет наконец подняла голову. Это было прощение, однако мягкое для сломанных рёбер и открытой ненависти.
Вступление Сяомин.
[Сектор]: Великий Мастер, это недопустимо.
[Саб-Зиро]: Лейтенант, не переходите границы дозволенного.
Все взгляды устремились на неё.
[Сектор]: Он не раскается. Бейджо воспримет это как слабость с вашей стороны и как разрешение продолжать. Алый Стяг его не исправит. Он закалит его обиду, когда он вернётся с того поста его ненависть к Эбссуду ~ будет только сильнее.
[Саб-Зиро]: Ты обвиняешь меня в некомпетентности?
[Сектор]: Я констатирую факт на основе анализа его поведения. Я не позволю наследию Вайолет быть растоптанным злобой её сына, которую вы отказываетесь обуздать. Простите за прямоту, но кто-то должен был это сказать.
Би-Хань был в ярости, но ярость была холодной, расчётливой. Но он также не мог просто отмахнуться от слов Сяомин.
Вступление Вайолет.
[Тан Шу]: Я видела его глаза сегодня. Когда он бил Эбссуда. Это были не глаза воина, защищающего честь ~ а глаза мальчика который потерял меня и теперь хочет, чтобы кто-то другой тоже почувствовал эту потерю. Любой ценой.
Би-Хань смотрел на жену потом на сына, в его ледяном взгляде что-то надломилось. Он видел не нарушителя устава, а провал. Бейджо, услышав слова матери задржал - его напускная твердыня затрещала. Гнев сменился чем-то более страшным — стыдом и осознанием, что его самая сокровенная, уродливая рана только что была выставлена на свет всеми.
Разбирательство было окончено. Но приговор был вынесен не Би-Ханем, его вынесла сама жестокая и неудобная правда, а Вайлет понимала что её план “спасительных браков” - теперь должен начинаться не с красивого знакомства, а с попытки вытащить Бейджо из бездны в которую сам себя загнал.
Уединённый балкон на одной из башен цитадели.
Воздух был чистым и холодным, но уже без прежней леденящей остроты. Эбссуд стоял, опираясь на свою трость, его взгляд был устремлён вдаль, но не видел пейзажа. Он был погружён внутрь себя, в тот болезненный клубок стыда, вины и сломанного ребра, которое теперь туго стянуто бинтами под одеждой.
Сяомин молча подошла ближе, остановилась в шаге от него, чуть-чуть нарушая его личное пространство, чтобы он чувствовал лёгкое жужжание. Вступление Эбссуда.
[Линь Вэй]: Спасибо за твоё вмешательство и свидетельство, лейтенант.
[Сектор]: Не нужно благодарностей «голос ровный» это была, моя обязанность.
Она посмотрела на его сжатую на трости руку, на костяшки пальцев.
[Сектор]: Очень больно?
[Линь Вэй] Терпимо. Лекари сделали что смогли.
Он соврал, боль была не только физической - она жгла изнутри. Сяомин смотрела на него и её молчание было более проницательным, чем любой вопрос, сделала к нему неожиданное движение.
[Сектор]: Твоя магия не разрушает. Она упорядочивает хаос, делает невидимое управляемым. Это редкий дар.
Эбссуд наконец поднял на неё глаза.
[Линь Вэй]: Ты... не боишься мою магию?.
[Сектор]: Твоя тьма другая длина волны, она защищала меня вчера. Ты не ошибка.
Казалось она собирается уйти, но замерла встретившись со взглядом Эбссуда.
[Сектор]: Ты следующий шаг.
И повернувшись, она ушла так же тихо, как и появилась, оставив его одного с тростью, со сломанным ребром и с новым странным чувством в груди которое было сильнее любой боли, это было - чувство что его увидели по-настоящему.
Эбссуд снова посмотрел вдаль на ледяные пустоши, теперь в его взгляде появилась твёрдая искра. Искра, зажжённая не гневом а тихим, стальным голосом верности которая пришла проведать его первой.