Глава 26.
Спустя 30 минут. Они разделяются кто куда. Сириус пошел за напитками, Регулус не по далеко общается с одной девушкой, Анна и Римус о чем то разговаривали, Джеймс сидел и пил вино наблюдая за происходящим за из столиком
Римус (подходит к ней):
— Он здесь, да?
Эмили, не глядя на него, кивает.
Эмили:
— Я чувствую это по кулону. Он начинает светиться... по-другому. Не тепло. Ожидание.
Римус:
— Сириус знает?
Эмили:
— Нет. Если узнает, может сорваться.
Римус кивает, но отходит — давая ей пространство.
И вот он — незнакомец
Сквозь толпу появляется он.
Высокий, в мантии цвета ночного неба. Лицо скрыто маской — почти неузнаваем, но не для Эмили.
Когда он приближается, кулон на её шее вспыхивает мягко, как дыхание.
Незнакомец (тихо, только ей):
— Я знал, что ты узнаешь.
(улыбка, тонкая, с болью)
— Привет, Эмили.
Эмили (едва слышно):
— Матео...
Он снимает маску с лица. Его глаза — те самые, которые она не видела почти год.
Более взрослый, более уставший. Но всё тот же Матео Нотт.
Музыка становится тише
Матео:
— Прости, что всё было через письма. И кулон. Я...
(взгляд в пол)
— Я не мог иначе. Они следили. Я ушёл не по своей воле.
Эмили (потрясённо):
— Ты... Ты жив... Всё это время...
(в глазах слёзы)
— Почему ты сейчас?
Матео:
— Потому что кульон загорелся. Потому что ты ответила. Потому что...
Он делает шаг ближе.
Матео:
— Потому что я всё ещё... не отпустил тебя.
И вдруг — Сириус
Словно почувствовал.
Он замечает их и идёт прямиком к ним, будто ничего больше не существует.
Сириус (резко, холодно):
— Всё хорошо, Эмили?
Матео (спокойно, но уверенно):
— Здравствуй, Сириус. Рад наконец увидеть тебя не через окна особняка.
Сириус (сжав кулаки):
— Значит, ты и есть тот "без имени"?
Эмили (вмешивается):
— Стоп. Сейчас не время для ссор. Не здесь.
Матео опускает взгляд, делает шаг назад.
Матео (тихо):
— Я не враг. Не сейчас. Не для неё.
Он уходит в толпу. Эмили закрывает глаза, делая глубокий вдох.
Сириус (через паузу):
— Ты... всё это время знала?
Эмили:
— Догадывалась. Но не была уверена.
Сириус (глухо):
— Ты всё ещё его... любишь?
Эмили не отвечает сразу.
Она смотрит туда, где исчез Матео.
Эмили (тихо):
— Я любила. Когда он был рядом.
(поворачивается к Сириусу)
— Но сейчас...
(протягивает руку к его щеке)
— Сейчас я люблю тебя.
Бал продолжается.
Свет мерцает. Музыка играет.
Но теперь — всё иначе.
Матео вернулся.
И вопрос не в том, что он скажет.
А что он сделает дальше.
Поздний вечер, бал в Хогсмиде подходит к концу
Свет мерцает мягче, пары медленно покидают зал. Музыка становится тише.
Эмили стоит у окна с Сириусом, Римус и Джеймс беседуют с профессором Флитвиком у входа. Регулус где-то в глубине зала. Анна несколько минут назад ушла в особняк Эмили, из за того что у неё сильно болела голова. Все расслаблены — впервые за долгое время.
И вдруг...
Взрыв. Крик.
Двери зала распахиваются с грохотом. На пороге появляется маг в мантии Аурора. Лицо бледное, губы дрожат.
Аурор:
— Все, кто учится в Хогвартсе — к стене. Немедленно!
Люди в зале замирают. Кто-то вскрикивает.
Сириус, Джеймс, Римус и Регулус тут же становятся рядом с Эмили. Заходит МакГонагалл, за ней — Фоукс, феникс Дамблдора, который будто прилетел сам.
МакГонагалл:
— Его... Его нет.
Пропал человек
Выясняется: пропал пожилой волшебник по имени Арамис Грейн — близкий друг и бывший соратник Дамблдора, мастер трансфигурации, преподаватель Шармбатона в прошлом.
— Он был почётным гостем на балу. Сидел в кругу профессоров, а затем, около одиннадцати, вышел в сад... и не вернулся.
И послание на стене
Когда ауроры с профессорами находят его палочку и плащ за пределами зала, они обнаруживают на стене за пределами здания — в саду — выведенные кроваво-красными буквами слова:
"Лорд Волдеморт вернулся. Следующий — Дамблдор. Следите за светом. Он гаснет."
Мгновенная реакция
Эмили (в шоке):
— Это... это правда?..
Сириус (тихо, резко):
— Это они. Пожиратели. Они вернулись.
Джеймс:
— Надпись... это не предупреждение. Это заявление. Они больше не прячутся.
Регулус (напряжённо):
— Я видел такой стиль раньше. Это была подпись одного из самых безжалостных Пожирателей...
Римус (ровно):
— Больше не будет "тишины". Это начало.