Осколки нас

На каблуках бегать тяжело, как бы хорошо ты ни умел ходить на них. Я как обычно проспала, опоздала на автобус, в такси попала в пробку. Пришлось выбегать из машины под крики таксиста и лететь в институт.

Подбегая, я вижу на лавочке Лену, мою подругу. Увидев меня, она поднимается и крепко обнимает меня.

— Доброе утро, соня, — смеясь и целуя меня в щеку, говорит она.

— Видимо, утро не такое и доброе, я сломала каблук.

Лена выкинула ещё несколько безобидных шуток, протянула мне стаканчик с латте и круассан, берет меня под руку и ведет в корпус. Она знает, что я мастер по опозданиям куда-либо, поэтому перед тем, как идти на учебу, берет завтрак ещё и для меня.

Наша дружба началась ещё на первом курсе. Тогда я только переехала в чужой город, без знакомых и близких, стояла как испуганный котенок перед своими одногруппниками. Лена, как мне показалось, странно смотрела на меня, но позже подошла и познакомилась. Она была очень комфортной в общении, находила разные темы для разговора, и для таких интровертов, как я, это был как глоток свежего воздуха. Мы начали сидеть вместе, обедать вместе, гулять вместе. Тогда я была счастлива. Она рассказывала мне про свою жизнь, что ей было жаль прощаться со своим классом — одиннадцать лет как никак вместе проучились. Мне же рассказать было нечего.

Как рассказала моя мама, у меня редкое заболевание — парамнезия. Это состояние, при котором человек искаженно запоминает что-либо, веря в правдивость своих воспоминаний. Я не помнила, как ходила в школу, какие были друзья, как мы переезжали в этот город. Более того, я почти ничего не помнила о той аварии, в которой мы с мамой чуть не погибли. Врачи сказали, что мозг блокирует травматичные воспоминания, но иногда они возвращаются обрывками. Я приняла этот факт и решила, что мне нужны новые, яркие впечатления.

Лена была шокирована этим заболеванием, но всегда поддерживала меня и помогала в трудную минуту.

Первой парой у нас была история психологии, и её вела пожилая преподавательница, Ванесса Игоревна. Она объясняла материал настолько нудно, что все, в том числе и я, засыпали на её занятиях.

Мы с Ленкой были отличницами и чаще всего садились на первые парты, но в этот раз мы заметили на нашем месте неприятную парочку. Олег и Аня всегда соревновались с нами, подставляли нас перед другими преподавателями, и им всегда сходило это с рук, ведь Олег был нашим старостой, а Анна — заместителем старосты.

— Опять эти заняли наши места, — шепнула мне Ленка и потянула на предпоследнюю парту. — Лучше сядем на другое место, а то опять ныть начнут.

Я молча кивнула и заняла место у окна. Раскладывая свои вещи, я заметила записку. Мне сразу стало от этого не по себе.

Уже целую неделю я получаю странные послания. Сначала всё было почти безобидно: в шкафчике появлялись любовные письма, конфеты в красивой коробке, цветы. Но когда я присмотрелась, то поняла: мне подсовывают еду, на которую у меня аллергия, а цветы всегда чёрные и всегда чётным числом. Первый букет был из восьми роз, второй — из двенадцати. Конфеты я по незнанию попробовала — попала в больницу с отёком. Лена тогда очень переживала, даже хотела заявить в полицию, но я отговорила: мало ли, ошибка.

Теперь же вместо цветов и конфет приходят записки.

Когда Лена повернулась ко мне, она молча поняла всё по моему лицу. Она выхватила записку, раскрыла её и прочитала тихо, но со злостью:

— «Долго тебе не получится бегать, я тебя найду и убью. Будет воссоединение, моя дорогая Вероника». Мразь, кто вообще такое в здравом уме может писать? Никуль, ты как? Может, воды попьешь или выйдешь, умоешься?

— Нет, всё в порядке, — прошептала я, но на лбу выступил холодный пот.

— Лучше свежим воздухом сходи подыши...

— Дамы, я вас не отвлекаю? — язвительно спросила преподавательница. — Не виделись целые выходные, какая трагедия! Мне уже доложили, на каких лекциях вы не присутствовали, может, мне ввести отработки за прогулы?

— Ну что вы? Мы на всех ваших парах были. Можете просмотреть наши фотографии и даты, когда они сделаны, — воскликнула Елена.

— Фотографии? Весело вы время проводите на моих занятиях, — хмыкнула Ванесса Игоревна.

— Если вы не заметили, то Нике плохо, мы сходим к медсестре. Лучше бы вы так следили за состоянием здоровья своих студентов! Психологами ещё называетесь.

И Лена вывела меня из аудитории под взглядами всей группы. Но мне не было до них дела. Я хотела умыться и забыть об этой чертовой бумажке, которую Лена по дороге порвала и выбросила в мусорку. Надеюсь, что больше таких сюрпризов не будет...
Лена открыла окно в туалете, а я просто стояла и пыталась прийти в себя. Всё это настолько напрягало меня, что живот начало выворачивать. Но я сдержала себя — ведь нужно выглядеть идеально: королева не должна показывать свои слабости, иначе её просто растопчут и уничтожат.

— Всё хорошо. Просто, скорее всего, кто-то мстит. Тебе ведь так много людей завидуют. Слушай, а давай попробуем найти эту дрянь, которая пишет тебе эти записки? Я подключу Русика, он точно быстренько найдёт этого человека для нас, — подмигнув, предложила Ленка.

Лена и Руслан встречаются уже третий год. Как она рассказывала, у них такая искра произошла при первой встрече, что она легла под него в тот же вечер. Руслан учился на программиста, но использовал свои навыки не в самом лучшем русле. На заказ он мог находить интересную и грязную информацию про кого-либо, и платили ему соответственно его работе. Но он мне никогда не нравился. Как говорят, «взгляд человека говорит больше слов», — так можно сказать и про него. Если заглянуть в его глаза, то можно увидеть пустоту и расчетливость. Ну, если уж моя подруга с ним счастлива, то пусть будет так, я в любом случае её поддержу.

— Не будем напрягать своей ерундой твоего и так занятого парня. Меня это не волнует, просто неприятно, что кто-то занимается какой-то чепухой. Так, надо привести себя в порядок, — я начала доставать косметичку и зеркальце. Ведь всегда надо выглядеть как человек, на которого все должны смотреть сверху вниз.

— Хорошо, если что — говори, сразу найдём эту гадину. Кстааати, а ты будешь участвовать в «Мисс Университет»? Я вот думаю попробовать, да и, правильно говорят, «подлецу всё к лицу».

Лена сама же посмеялась над своей остроумной шуткой и начала показывать наряды, которые она хочет примерить после пар.

— Подруга, поедешь со мной? Одной скучно, а Русланчик, как всегда, занят своей работой. Ц, бесит.

— Прости, подруга, но я обещала маме прийти сегодня сразу после занятий домой. Она собирает какое-то очень важное семейное собрание, — я уже расчёсывала последние пряди волос, на солнце они казались медовыми завитками.

— Ой, тогда я, пожалуй, заберу своё приглашение. Ну всё, хватит прихорашиваться, выглядишь прекрасно. Побежали на пару, а то Ванеска нас сожрёт.

Я рассмеялась, посмотрела на своё отражение в последний раз и пошла догонять одногруппницу.

Отсидеть все пары я не смогла — всё же то утреннее потрясение не выходило из моей головы. Я решила, что лучше пораньше уйду домой. Отпросившись с оставшихся занятий, я вызвала такси и уехала.

В комнате была, как обычно, идеальная чистота. Ну конечно, когда в углу под потолком висит камера, через которую мама всегда наблюдает за мной, по-другому быть не может. Я зашла в гардероб, сняла свитер, юбку и надела уютную домашнюю одежду.

Не успела я вернуться в комнату, как на всю громкость заиграла музыка. Кто-то звонил, и я не сомневалась, что это мама. Только ответила на звонок, как из динамика начали доноситься крики:

— Моя дорогая дочь, кто тебе разрешил уехать из университета? — строго произнесла мама. — Опять думаешь, что можешь сама решать, что тебе позволено? Только ты отъехала от корпуса, мне сразу пришло уведомление об изменении твоего местоположения. Слушай меня внимательно: ещё раз — повторяюсь, ещё хоть один раз ты меня ослушаешься — пеняй на себя. Снова будешь, как в детстве, сидеть в той комнате. Я не шучу, или тебе напоминать об этом надо каждый день? Я позвонила Илье, он снимет дверь в твоей комнате. Вот это твоё «личное пространство» плохо на тебя влияет.

— Но, мама, ты даже не спросила, почему я уехала! Тебе, как и всегда, плевать на меня, — я не хотела показывать матери, что она добилась своего и её слова меня напугали, но голос дрогнул, а в горле появился ком.

— А зачем? Я ведь знаю, что ты с мальчиками хотела сегодня пойти гулять, больше тебя ничего не интересует. Домой приеду — поговорим. Ты ещё предъявлять мне решила что-то? — хмыкнув, мама завершила разговор.

Я швырнула телефон на кровать и вышла из комнаты. Чуть не столкнулась с Алиной. Это моя сводная сестра, самая адекватная во всём этом доме. Она мне как настоящая сестрёнка, хоть и младше всего на год. Увидев, что я бледная, она сразу повела меня в свою комнату, дала фруктов и сока и начала болтать о своих парнях. Этими глупостями она всегда отвлекала меня, но не сегодня: слишком много произошло за день. И я не понимаю, почему ей можно не учиться, если она не хочет, почему ей можно ходить на сомнительные тусовки, почему она может сама решать, как ей поступить в той или иной ситуации. Её отец, мой отчим Илья, так же строг в воспитании, как и моя мать, но понимает, что молодость одна, и надо гулять, а не сидеть дома и зубрить материал.

Я рассказала ей о тех записках и разговоре с мамой. Она молча вышла из комнаты и вернулась с ноутбуком.

— Я знаю, что если предложить тебе помощь, то ты откажешься. Но я всё равно хочу узнать, что за странный человек посылает такие «подарки» и жуткие записки. У меня есть один знакомый, Виктор, он специализируется на цифровой слежке. Получит доступ к камерам, пробьет заказ цветов и конфет — и мы всё узнаем, — Алина обняла меня и начала шептать слова поддержки.

— Спасибо, — я сказала это настолько тихо, что не была уверена, услышала ли она меня. — Дай-ка свою руку. Дай, говорю! Опять резалась? — я посмотрела на неё со смешанным чувством.

Ведь она с четырнадцати лет этим занимается, и всё из-за её матери-алкоголички, конченых парней, которые видели в ней лишь кусок мяса, и завистливых подруг.

— Просто я поехала к Дане, долго извинялась перед ним. Ведь он не намеренно изменял мне, просто я не давала ему того, что он хотел. Я рада, что он простил меня. В знак примирения Данил порезал мою кожу и зализал рану. Я очень рада, что мы снова вместе...

На это мне нечего было сказать. Не мне указывать ей, что это ненормально и от таких людей надо бежать, но сколько бы я с ней ни разговаривала, она не хотела меня слушать. Мне оставалось только наблюдать за этим из «первых рядов».

***

Девушка нервно крутила в руке айфон последней модели. Она сидела на скамейке у института, но взгляд её был устремлён не на прохожих, а куда-то внутрь себя. Её явно что-то заставляло нервничать — какой-то секрет, который мог в ближайшее время всплыть на поверхность.

Она ждала, когда ей отправят номер телефона одного человека. Это помогло бы оттянуть неизбежное и дать ещё немного времени. Нужно как можно больше времени, чтобы придумать, как всё замять. Когда её телефон завибрировал, она сразу посмотрела на экран.

— Нашёл наконец-то, не прошло и года.

Девушка сразу начала звонить по этому номеру, но собеседник не очень-то хотел отвечать. Только с третьего раза он взял трубку.

— Что тебе ещё от меня надо? Я и так всегда делал всё для тебя. Мы уже договорились, что ты больше меня не беспокоишь.

— Выговорился? А теперь слушай меня. Вероника решила покопаться в том, кто ей угрожает. У неё есть сестра, которая выйдет на тебя. Мне надо, чтобы ты дал им ложный след. Скажешь, что это обычный сталкер, тупик, ничего не найти.

— Ложный след? Я больше не намерен играть в эти грязные игры.

— Да? Тогда скоро на почту твоих родителей придёт очень интересное видео. Если ты, конечно, не хочешь этого, то слушай меня внимательно, — ответила девушка с ядовитыми нотками в голосе.

Парень промолчал несколько секунд, но всё же согласился. Девушка отключила звонок и посмотрела на небо. Теперь нужно только, чтобы Алина не оказалась слишком настойчивой. А если и окажется... что ж, у неё есть и другие козыри. Она набрала другой номер, тот, который был записан как «Клиент».

— Всё под контролем. Она ничего не узнает. Но ваша доченька слишком активничает. Если она продолжит в том же духе, мне придётся действовать жёстче. Вы же не хотите, чтобы она вспомнила всё раньше времени?

В трубке послышался низкий, спокойный голос:

— Делай, что должна, но без самодеятельности. Я сам решу, когда настанет время встречи.

Лена усмехнулась и убрала телефон. Она давно поняла, что этот «клиент» использует её, но и она использует его. Главное — чтобы Влад не оказался рядом с Вероникой, когда всё рухнет. А он обязательно окажется, если вовремя не подставить подруге ножку.