Вампир айдол

«티끌 모아 태산»
«Пылинка за пылинкой — вырастает гора Тэсан»

◾◾◾

Съёмки музыкального шоу всегда были суматошными. Но в тот день напряжение висело в воздухе, как перед грозой.

Феликс сидел в гримёрке, когда в дверь постучали. Он поднял голову — на пороге стоял Ни-Ки. Без приглашения, без охраны. Просто вошёл и закрыл за собой дверь.

— Ты не туда, — сказал Феликс, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Гримёрка ENHYPEN в другом конце коридора.

— Я знаю, — ответил Ни-Ки, медленно двигаясь вперёд. — Я пришёл к тебе.

— Уходи.

— Не бойся. Я просто поговорить.

Феликс встал, отступил к стене. Рукой нащупал край стола.

— Нам не о чем говорить.

— А мне есть, — Ни-Ки остановился в двух шагах. Его глаза из карих стали жёлтыми — медленно, как у хищника, который перестал притворяться. — Ты знаешь, что совет решил. Три месяца. Половина уже прошла. А ты всё ещё человек.

— Я останусь человеком.

— Нет, — Ни-Ки усмехнулся. — Ты станешь вампиром. Или умрёшь. Третьего не дано.

— Минхо не позволит.

— Минхо — один. А нас много.

Ни-Ки шагнул ближе, и Феликс упёрся спиной в стену. Он сжал кулаки, стараясь не показывать страх.

— Не подходи.

— А то что? — Ни-Ки наклонился, почти касаясь губами его шеи. — Ударишь? Ты слабее. Ты просто еда.

Он провёл носом по воротнику толстовки Феликса и замер.

— Блокаторы, — прошептал он. — Умно. Но от меня не спрячешься.

И вдруг его рука рванулась к горлу Феликса, прижимая к стене. Клыки выскользнули из дёсен — острые, белые, смертельные.

— Один укус, — прошептал Ни-Ки. — И ты либо умрёшь, либо станешь одним из нас. Быстрее, чем через два месяца.

Феликс дёрнулся, но хватка была железной. Воздух перехватило.

— Отпусти, — выдавил он.

— Не хочу.

Дверь гримёрки распахнулась с такой силой, что ручка врезалась в стену. Минхо влетел внутрь, и его движения были быстрее, чем Феликс успел моргнуть.

Он схватил Ни-Ки за горло, оторвал от Феликса и швырнул через всю комнату. Тот врезался в зеркальную стену, и по стеклу побежали трещины.

— Тронешь его — убью, — прорычал Минхо.

— Попробуй, — Ни-Ки поднялся, отряхиваясь. Осколки зеркала посыпались на пол. — Ты не можешь меня убить. Мы под защитой совета.

— Плевать.

Минхо двинулся на него, но в дверях появились другие — Хёнджин и Бан Чан перехватили Минхо, не давая добить.

— Хватит, — Бан Чан стиснул плечо Минхо. — Не здесь. Не сейчас.

— Он пытался укусить Феликса! — Минхо вырывался, его глаза горели жёлтым, клыки вылезли наружу. — Я видел.

— Я просто играл, — усмехнулся Ни-Ки, потирая шею. — Проверял рефлексы. А он такой нервный.

— Убирайся, — сказал Бан Чан, не отпуская Минхо.

Ни-Ки пожал плечами и вышел, насвистывая какую-то мелодию.

Гримёрка опустела.

Феликс стоял, прижавшись к стене, и дрожал. Толстовка на горле была порвана — там, где когти Ни-Ки разодрали ткань. Кожа осталась целой. Чудо.

— Ты как? — Хёнджин подошёл, взял его за плечи.

— Жив, — выдавил Феликс. — Жив.

Минхо вырвался, подошёл к Феликсу, взял его лицо в ладони.

— Прости, — сказал он. — Я не должен был отходить.

— Ты спас меня, — ответил Феликс. — Спасибо.

Он уткнулся лицом в плечо Минхо и почувствовал, как холодные руки обнимают его.

---

Скандал разгорелся в тот же вечер.

Хисун позвонил Бан Чану и потребовал немедленного собрания. Они встретились в нейтральном месте — в подземном гараже, где пахло бензином и сыростью. С одной стороны — ENHYPEN (Хисун, Ни-Ки, Джейк), с другой — Бан Чан, Минхо, и Феликс (настоял, чтобы был).

— Твой вампир напал на моего, — холодно сказал Хисун, глядя на Минхо.

— Твой вампир пытался укусить человека, — ответил Бан Чан. — Это нарушение всех законов.

— Законы не защищают людей.

— А должны.

— Хватит спорить, — вмешался Джейк. — Мы здесь не для этого.

Хисун выдержал паузу.

— Официальное требование, — сказал он. — До конца месяца Феликс должен стать вампиром. Или мы его убьём сами. Без обсуждений. Без апелляций.

— Это не месяц, — возразил Бан Чан. — Вы давали три месяца.

— Вы не выполнили условий. Ваш человек путешествовал без присмотра, ваш вампир напал на члена совета. Срок сокращается.

— Одна неделя, — вдруг сказал Феликс. Все повернулись к нему. — Дайте мне неделю. Я решу.

Хисун посмотрел на него долгим взглядом.

— Неделя, — согласился он. — Ровно через семь дней ты либо даёшь согласие на обращение, либо мы забираем твою жизнь.

Они разошлись.

Феликс сел в машину, закрыл глаза.

— Что ты задумал? — спросил Минхо.

— Не знаю, — честно ответил Феликс. — Но у меня есть неделя. Может, что-то придумаю.

— А если нет?

— Тогда, наверное, я стану вампиром.

— Ты не хочешь.

— А выбора нет, — Феликс открыл глаза. — Или я становлюсь монстром. Или умираю.

— Ты не монстр, — сказал Минхо.

— Стану.

— Тогда я буду рядом. Всегда.

Машина тронулась, увозя их в ночь.

Феликс смотрел на огни Сеула и думал о том, что через семь дней его жизнь изменится навсегда.

Или закончится.

И, странное дело, он почти перестал бояться.

Может, потому, что Минхо был рядом.

А может, потому, что внутри него уже росло что-то новое — тёмное, голодное.

То, что когда-нибудь проснётся.

Независимо от его желания.