Мой последний шанс || Турбо

Пока Туркина не было, Вика сидела в комнате на кровати. Девушка вовремя вспомнила про свои ментоловые сигареты, которые в руки она не брала полтора месяца.

Она чиркнула спичкой и закурила. Кайфовое было это дело, особенно когда хреново. Она затягивалась и выдыхала дым. Пепел рассыпался, а Зималетдинова всё ещё чувствовала, как губы засыхают.

«Вахит, держись, пожалуйста». Пронеслось у неё, и она провела второй рукой по лицу. Брюнетка тяжело выдохнула, чувствуя, как внутри снова просыпается страх.

Но она пыталась сдерживаться.

«Или ты их, или они тебя». Как говорил брат.

Ещё немного посидев, она всё-таки докурила свою сигарету. Потушив её об пепельницу, Вика уже легла на кровать. Ноги немного раздвинуты, а ладони сложены на груди, отчаянно глядя в потолок.

«Как же так, Костя?»

Но она отбросила эту мысль.

Раз пацаны решили сдаться, то Вика на месте сидеть не хотела. Но Турбо бы не допустил, чтобы она делала что-то со своей подачи. Всё легко может обернуться против неё, и она об этом знала.

А Турбо? Вика даже представить не могла. Ну, поцеловались, да. Случилось и случилось. Нечаянно.

Хотя... «За нечаянно бьют отчаянно». Усмехнулась она сама себе.

Туркин был сложным человеком. Сегодня он тебя целует, а завтра делает вид, что не знает. В воспоминаниях всплывало иногда то, как из-за «отношений» у Турбо возникали проблемы.

Девушки менялись каждый месяц, а то и неделю. Они думали, что любовь с ним сладкая, пару раз попрыгают, и он останется в восторге. Все делали это дело одинаково, да и сам Валера был не против.

Удовлетворишь себя и кинешь. Насколько бы мерзко это ни звучало, но это являлось горькой правдой. Мышление его было таким: если при первой возможности баба раздвинула ноги — она шлюха.

Старшие уже терпеть этого не могли. Кощей изредка появлялся дома у Зималетдиновых, чтобы решать этот вопрос с Зимой, пока Валера летал в облаках. Виктории даже разговор один запомнился, который она подслушала два года назад.

— Ты понимаешь, то, что если Турбо не перестанет вертеться с кем попало, то он конкретно под раздачу попадёт? — объяснял Кощей, явно в раздражении.

— Я всё понимаю, не тупой. Но что ты от меня хочешь? Не могу лезть к нему, он на своём стоит, — отвечал лысый.

— Зима, ты можешь повлиять. Мне срать, куда Турбо хуй свой суёт, мне важна сугубо моя репутация, его и пацанов. А попадётся ему уже грязная, тогда я его никак не буду прикрывать тем, что: «Ну, трахнул он бабу». Потом пойдёт ещё, что мусорня девок грязными делает, не поймут нас.

Серьёзно обронив эти слова, мужчина потом ушёл.

Видимо, Вахит повлиял хоть немного, или просто Вика не знает о занятиях Туркина. Скорее второе, чем первое, ибо что ему ещё остаётся.

Поэтому лучше не задумываться: «Что будет дальше?» Что будет, то и будет, поцеловались разок и пошли, хватит. По дружбе, так сказать.

Вика твердила себе это, пытаясь потушить свои же нарастающие чувства. Чёрт, ну и что делать? То похрен на поцелуй, то всплывает, как этот поцелуй заставил её почувствовать себя хорошо. Каша.

Внезапно камень прилетел в окно. Господи, кто это? Девушка выглянула, думая, что придётся разбираться. Но, высунув голову, её взгляд упал на Марата, что стоял внизу.

— Вика, спускайся! — окликнул её младший.

— Зачем? — чуть громче спросила она.

— Гулять, я же обещал. Давай, пригоняй!

Зималетдинова хмыкнула и, немного посмотрев на него, крикнула в ответ:

— Жди!

И закрыла окно. Она машинально засунула сигареты к себе в карман. Пока Валера не вернулся, можно и погулять немного. Быстро спустившись по ступенькам, Вика потянула ручку на себя, быстрее покидая подъезд.

— Ну вот это я понимаю. Наконец-то, — недовольно и одновременно усмешливо сказал Суворов. — Идём давай.

— Да куда? Турбо к себе на хату за вещами попёрся, вернётся скоро. Не увидит, если — я потом точно от него похлеще, чем от брата, отхвачу, — рассказывала она, поправляя волосы.

— Да не очкуй ты, — притормозил он её, — в качалке твой Турбо, они там ножи да кастеты разбирают. Привезли. Он там до поздна точно, мы с Сутулым по дороге направили его. Ну, я и ускользнул, а Илюха с ним пошёл.

— Какой ты умный, — ухмыльнулась она. — Ну, тогда без проблем. Куда идём-то?

— Давай в подвал наш. Я у бати водку спиздил, выпьем немного, а чё.

— Гениальная идея, Марат, ты вообще молодец. — А повод какой? — задала ещё раз вопрос Вика.

— Повод... — задумался Марат. — Да хоть за встречу. Всё, дуру не гони, давай пошли, а то как лохи тут стоим.

— И почему же как... — про себя пробормотала она и последовала за другом.

⸻

Поздний вечер. В качалке всё как всегда. Сегодня пацаны тестировали арсенал. Ножами тыкали в коробки.

Кощей сидел с сигаретой между пальцев, периодически закуривая и наблюдая за парнями. А вот рядом с ним сидел человек поинтереснее.

На первый взгляд в ней бросалась в глаза именно её внешность. Длинные светлые волосы, выразительные глаза и тонкие, почти кукольные черты лица. Выглядела она хрупкой и одновременно уверенной. Всё в ней выглядело аккуратным и дорогим — даже то, как она просто сидела, чувствуя абсолютное безразличие к происходящему.

— Ну вот скажи мне, чего я тут должна сидеть, м? — слегка возмутилась она, осторожно выхватив у него сигарету.

— Варь, ну не видишь, дела у меня? Потом поедем, купишь себе чего.

— Ц, ладно, — закатила она глаза, продолжая разглядывать парней и само помещение. Всё это было не для неё, даже фамилия её об этом кричала. «Дорохова».

Туркин, занимаясь делом, услышал краем уха их разговор, и первая мысль пришла, что это очередное развлечение Кощея. Кудрявый усмехнулся сам себе, продолжая. Видимо, так думать мог не только он.

— Ну чё, пацаны, нормальные? — наконец обратился к пацанам Костя.

— Нормальные. Режут хорошо, даже с первого раза, — отчеканил Туркин.

— Ну и всё. Уже что-то. Мне тут подсказали часы, когда Жилка валит с базы своей, ну это мы потом обсудим. Идеи, как Зиму вытащить, у вас вообще есть в голове? — продолжил Кощей, прищуриваясь.

— А какие идеи? Финка его у мусоров. Там дай бог отпечатки снимут, и всё, — разочарованно ответил Адидас.

Дорохова смотрела то на Костю, то на кудрявого шатена, а то и на усатого, которые явно на неё внимания не обращали.

— Финка на экспертизе как минимум месяц, мои подкупные на многое не рассчитываются. Ну, это смотря как, — говорил мужчина, глядя на товарищей.

— И что получается, сажают Зиму? — с каким-то вопросом пробормотал Адидас.

— А ты ещё какие-то варианты увидел? — процедил Туркин, усмехаясь.

— Турбо, я тебя предупреждал. Не базарь так, прибереги для дела поважнее. Это твой старший, ну, — фыркнул Кощей, явно уже чувствуя, как терпение кончается.

— Блин, прикиньте, если бы можно было нож этот украсть, — обволакивающе проговорила Варвара, делая очередную затяжку.

— Ты себе это как представляешь? — с вопросом ухмыльнулся Туркин.

— Ну, просто украсть его. Нет ножа — нет и отпечатков, а значит, и тюрьмы, — продолжила светловолосая.

— Слушайте, украсть мы не украдём. Мне нужно сделать один звоночек, — взбодрился Костя. — А ты, барышня, молодец, не ожидал, — подмигнул ей Кощей и подошёл к телефону.

Она покосилась на парней и закатила глаза.

«И что я тут забыла». Мысленно сказала она.

— Алло, Крест, это Кощей, — резко воскликнул кудрявый.

— Слушаю тебя, — послышался в трубке голос Мирона.

— Бери Беса и дуйте сюда. Дело есть, в долгу не останемся, — объяснил он.

— Будем. Ждите, — ответил Мирон и сбросил.

Константин вернулся к себе на место, явно ожидая прихода.

Дверь качалки распахнулась минут через десять.

Первым вошёл Крест, следом за ним и Бес. Оба переглядывались между собой, но шли, как всегда, спокойно и уверенно.

— Ну что за срочность у вас? — с порога начал Мирон и, подойдя, пожал руки пацанам.

— А где лысый ваш? Неужто для него срочность? — усмехнулся Бес, тоже здороваясь.

— Для него, да, — кивнул Адидас без какой-либо насмешки.

И тут Бес посерьёзнел. Вот сейчас точно не до шуток.

— Мы-то с ним у вас были, а потом уехали. Этот гений нападку на Жилку устроил, короче, там перемешалось всё, — указал он рукой на Вову. — А Зиму с ножом поймали. Ну и, короче, он сбежать с заварушки этой не успел, и его легавые взяли.

— Ну дела... — растянул Мирон, поглядывая на парней и на Варвару, которая покорно сидела, не шевелилась, только изредка поправляла волосы.

— Финка на экспертизе так точно на месяц. Спиздить её не выйдет, а если бы и хотели, потом до кого-то допрёт, что мусорня подкупная есть, — тяжело выдохнул Кощей.

Двое кивнули, а затем наступила тишина. Все тут собрались решать проблему. Казалось, позвал Кощей парней, мол, разбираются они. Но лишнее решение в голову не лезло: три головы хорошо, но пять ещё лучше.

Пацаны ещё немного подумали, покурили, и тут Крест оживил:

— Парни, я, кажется, придумал, как вытаскивать его, — заговорил он, и все резко перевели на него взгляд. — Кощей, какая у него финка была?

— Да Бык дарил ему... зоновская, — ответил тот.

— Смотри, как сделаем. Зная вас, или нас, бывших и нынешних Универсамовских, Бык месть любил, и я знаю, что вы от неё не откажетесь. — Парни кивнули ему, и он продолжил: — Мы сделаем точную финку, которая была у Зимы, а ты её потом дашь своим прикормленным, и они просто подменят её. — Вещал он, чувствуя, как все подняли головы. — Будет суд — пойдёте со спокойной душой, его сторона выиграет. Но на всякий случай возьми адвоката, ну сам знаешь.

— Мирон, точняк, как мы до этого не додумались... — согласно проговорил Кощей. — Как только дело закроется, мы договор, так сказать, заключим, будем крышевать вас. Ну а насчёт мести мы сами. Добро?

— Добро, я считаю, — пошёл на сделку Бес, как вдруг все согласились.

— Кость, ну мы едем? Я ещё новые сапожки должна купить, — подала голос и Варвара, жалобно спрашивая.

— Да едем мы, ну, — ответил он.

Через несколько минут пацаны уехали, сейчас внутри сидели только Универсамовские.

— Завтра утром тренировка. Смотрите, не опаздывайте, — предупредил их Кощей, вставая с места. — А ты чего расселась-то, или сапожки уже не нужны?

— Да нужны, конечно, сам застрял в спортзале своём и как царь на этом диване, — недовольно фыркнула Дорохова. — Пока, мальчики. — И дверь за ней закрылась.

— Бабы, а чё ещё, — махнул рукой Кощей и, кивнув пацанам, вышел за ней.

Турбо с Адидасом остались одни, казалось, ну сидят и сидят себе. Но эта недосказанность назойливо стояла на своём, тем самым давя на их взаимоотношения.

Валера во всей ситуации обвинил Вову изначально. Правильно это или нет — каждый решал сам, как и Туркин решил для себя. Но, с другой стороны, кудрявый вспоминал годы с Адидасом, и это было не самым худшим.

Старшего нужно уважать.

То, как Адидас ночами не спал, чтобы тренировать Туркина, как в больницу приходил, чтобы ночевать с ним, пока тот пацаном ещё был.

Или когда четырнадцатилетний Валера разбил окно в классе, и Суворов, который уже как шесть лет закончил школу, пришёл, представился старшим братом, оплачивая испорченное. Не такой плохой он.

Он поступил некрасиво по отношению ко всем. Универсамовские злились, как и Турбо, за подставу, за Зиму. Но внутренний голос кричал: он воспитал. Был также рядом в трудные минуты, которые показались ему вот сейчас.

Так отблагодари, Валера. Ты стоишь между лучшим другом и своим старшим. Да, Вахит сейчас на волоске от тюрьмы, но и ты не руби с плеча. Ты злишься, очень. Настолько, что лишний раз смотреть на Вову не хочется.

Но переступи через себя. Всё уже случилось. Теперь не потеряйте друг друга.

И с этими мыслями парень молча вышел на улицу покурить, переварить.

⸻

Неразлучники тем временем активно беседовали, сидя в подвале. На столе: полупустая бутылка водки, раскатанные банки из-под запасов. Огурцы, капуста — всё, что душе угодно.

Оба не затихали. Обсуждали и обсуждали.

— Ну и короче... — растягивал Марат, чувствуя, как в голове всё сбивалось. — Нравилась она мне, пиздец как...

— Сука она! — щёлкнула пальцами Вика, взмахивая. — Я вон тоже... вчера Кощей меня выгнал, а я уже с Турбо целовалась!

— Целовалась? — спросил Марат в ответ, закуривая. — Ну так значит, за целовалась!

Они чокнулись стаканами и сделали очередные глотки. Зималетдинова чувствовала пульсацию в висках, язык уже заплетался. Слабая ты на алкашку.

— Ну вот, Марат... скажи ты хоть, — начала Зималетдинова, пошатываясь, — ну вот Вахита посадят, а я же это... одна останусь. Ты вот останешься со мной?

— Я? Останусь, — уверенно и твёрдо, с нотками опьянения ответил Марат. — И Турбо тоже... он же любит тебя.

— Что? — рассмеялась девушка. — Какое любит? Ты вот хоть знаешь, что это вот это вот «любит», м?

— А то, вот давай споём лучше! — предложил он, разводя руками. Младший уселся рядом с Викой, придурошно улыбаясь. — Там где клён шумит...

Говорили мы о любви с тобой

Продолжили они вместе, смотря на друг-друга.

Опустел тот клён, в поле бродит мгла

А любовь, как сон, стороной прошла

А любовь, как сон, а любовь, как сон

А любовь, как сон, стороной прошла

Сердцу очень жаль, что случилось так

Гонит осень вдаль журавлей косяк

Четырём ветрам грусть-печаль раздам

Не вернётся вновь это лето к нам

Не вернётся вновь, не вернётся вновь

Не вернётся вновь это лето к нам

Ни к чему теперь за тобой ходить

Ни к чему теперь мне цветы дарить

Ты любви моей не смогла сберечь

Поросло травой место наших встреч

Поросло травой, поросло травой

Поросло травой место наших встреч.

— Также будем на свадьбе у тебя петь! — затем радостно воскликнул парень, обнимая через плечо подружку.

— Ой, да иди ты!

Время ещё шло, бутылка пустела всё больше и больше, как и в глазах темнело всё больше и больше. С момента их ухода прошло часа четыре, оба рассчитывали на спокойную посиделку.

Но не тут-то было. Резко дверь перед полузакрытыми глазами распахнулась...

_______________

Как вам новая глава? Делитесь впечатлениями в комментариях, и заходите в тгк — записки софуши, там вся информация о главах! 🫶🏻