[BL] Бесконечный город

Плотные тёмно-серые шторы почти полностью закрывали солнечный свет, и в спальне царил приятный полумрак, идеально подходящий для сна. Проведя ночь, полную событий, Ан Янь даже не мог сосчитать, сколько раз он поднимался на вершину блаженства. Под конец из него словно выжали все силы до последней капли. Измотанный до предела, он провалился в глубокий сон и проснулся только на следующий день ближе к вечеру.

Из-за своей ужасной привычки спать как попало он снова использовал Сюй Шаоцяня вместо подушки. Мало того что всё это время уютно проспал у него в объятиях, так ещё и прижимался щекой к груди мужчины, и его тёплое дыхание обвевало обнажённую кожу того.

Открыв глаза и увидев прямо перед собой загорелую мужскую грудь, Ан Янь мгновенно покраснел до самых ушей и тут же резко сел на кровати.

— Кхм-кхм...

Он кашлянул, пытаясь скрыть внезапное смущение, и бросил взгляд на часы. Стрелки уже показывали половину пятого вечера. Потирая ноющие виски, Ан Янь осмотрелся по сторонам, но своей одежды так и не обнаружил. Под одеялом он был совершенно голым, поэтому, собираясь хотя бы умыться, неловко произнёс:

— Найди мне... что-нибудь надеть.

Сюй Шаоцянь уже давно не спал и всё это время молча наблюдал за ним.

Ан Янь не устроил скандал, как в прошлый раз, не стал расспрашивать о том, что произошло ночью, а лишь, покраснев от смущения, отвернулся, стараясь не встречаться с его взглядом. Было очевидно, что он прекрасно помнил всё случившееся. Пусть в самом начале сознание ещё туманилось из-за действия препарата, но после ледяного душа, устроенного Сюй Шаоцянем, он достаточно пришёл в себя. И всю оставшуюся ночь провёл уже в полном сознании.

Как бы ни закончилась эта история, одно было ясно — признание Сюй Шаоцяня он теперь запомнит очень надолго.

В уголках губ мужчины появилась едва заметная улыбка. Он приподнялся и мягко обнял Ан Яня со спины за талию, положив подбородок ему на плечо.

— Это ты сейчас с кем разговариваешь? — тихо спросил он возле самого уха.

От этого нарочито интимного, почти дразнящего тона уровень раздражения Ан Яня мгновенно взлетел вверх.

«В комнате находится всего два живых человека. Неужели я могу разговаривать с воздухом?»

Глубоко вдохнув и с трудом подавив желание врезать этому типу, Ан Янь процедил сквозь зубы:

— Сюй Шаоцянь, найди мне одежду. Я хочу умыться.

— Хорошо, — Сюй Шаоцянь легко коснулся губами его уха и тихо добавил, — мне нравится, когда ты произносишь моё имя.

Лицо Ан Яня тут же вспыхнуло. Уши были его слабым местом, и, очевидно, Сюй Шаоцянь тоже это заметил. Прошлой ночью он без конца возвращался именно к ним: касался губами, проводил языком, слегка покусывал зубами, раз за разом лишая Ан Яня способности ясно мыслить.

Одного этого лёгкого поцелуя оказалось достаточно, чтобы по его спине пробежала дрожь, а в памяти всплыли фрагменты вчерашней ночи.

Под действием препарата он тогда утратил контроль над собой. Мужчины и без того очень импульсивны, а когда телесные ощущения полностью подавляют разум, сопротивляться желанию становится невозможно. В конце концов Ан Янь даже сам обнял Сюй Шаоцяня и потянулся к нему за поцелуями. Он тогда был невероятно пылким, почти сгорая в пламени страсти.

Вспомнив собственное поведение, Ан Янь почувствовал себя ещё более скованно.

«Это всё из-за препарата. Точно из-за него. Иначе как можно объяснить, что я, стопроцентный натурал, вообще реагировал на объятия другого мужчины?»

Вскоре Сюй Шаоцянь принёс одежду: совершенно новые белые трусы и комплект светлой повседневной одежды. Ан Янь быстро переоделся прямо под одеялом и направился в ванную.

К своему удивлению, он почти не чувствовал боли. К тому же после всего произошедшего Сюй Шаоцянь позаботился о нём и привёл его в порядок.

В прошлый раз всё было иначе. Тогда он едва мог ходить не только потому, что Сюй Шаоцянь применил силу, но и потому, что сам Ан Янь яростно сопротивлялся. Сейчас же он практически не боролся, а Сюй Шаоцянь был гораздо осторожнее и терпеливее. Несмотря на то что всё продолжалось почти до утра, сейчас оставалось лишь лёгкое чувство наполненности и незначительный дискомфорт, который совершенно не мешал двигаться.

Умывшись холодной водой и быстро почистив зубы, Ан Янь вышел из ванной и увидел, что на столе уже накрыт ужин.

— Иди есть, — негромко сказал Сюй Шаоцянь.

— Я... — он не успел договорить. Сюй Шаоцянь поднялся, взял его за руку и без особых церемоний подвёл к столу.

Усадив Ан Яня на стул, он слегка надавил ему на плечо и спокойно произнёс:

— Садись и ешь. Мне ещё нужно с тобой поговорить.

Ан Янь мгновенно замер, затем удивлённо посмотрел на него:

— О чём?

— Сначала поешь. Потом поговорим, — с этими словами Сюй Шаоцянь налил миску рыбного супа и поставил перед ним.

Надо было признать: в бытовых вещах Сюй Шаоцянь разбирался прекрасно. Готовил он действительно великолепно. Его супы всегда получались насыщенными и ароматными. Едва миска оказалась на столе, как по комнате разлился густой аппетитный запах, от которого невольно просыпался аппетит.

Ан Янь действительно был голоден, поэтому больше не стал ломаться и без лишних разговоров взялся за еду.

Некоторое время они молча ужинали. Два мужчины, как следует проголодавшиеся за последние сутки, очень быстро расправились со всеми блюдами на столе.

Вытерев губы салфеткой, Ан Янь перешёл в гостиную и устроился на диване, чувствуя необычное удовлетворение. Сюй Шаоцянь ловко убрал посуду, быстро привёл кухню в порядок и только после этого вернулся.

Сев рядом, он сразу перешёл к делу:

— Что ты собираешься делать с Сюй Кэ?

Вопрос прозвучал настолько прямо, что Ан Янь на мгновение растерялся. Следом пришло чувство неловкости. Совсем недавно он с полной уверенностью заявлял Сюй Шаоцяню, что ему нравится Сюй Кэ. А теперь выяснилось такое. Это было похоже на звонкую пощёчину, полученную у него на глазах.

Сюй Шаоцянь достал из ящика стола толстую папку с документами и положил её перед ним.

— Сначала посмотри это.

— Что это? — удивился Ан Янь.

— Результаты моего расследования.

Нахмурившись, Ан Янь открыл папку и начал внимательно читать.

Сюй Шаоцянь указал на одну из фотографий и спокойно пояснил:

— После окончания школы Сюй Кэ поступила в театральную школу Силиньского университета — ту самую, где когда-то учился ты. У неё была сестра-близнец по имени Сюй Нин. В отличие от младшей сестры, Сюй Нин не обладала ни её талантом, ни способностями. После школы она работала в цветочном магазине и таким образом зарабатывала на жизнь им обеим.

Он сделал небольшую паузу и продолжил:

— Полгода назад Сюй Кэ победила на всекитайском конкурсе талантов и получила первое место. А три месяца назад погибла в результате несчастного случая во время путешествия. Девушка, которую ты знаешь как «Сюй Кэ», на самом деле не она.

Ан Янь резко поднял голову.

— Сёстры были практически неотличимы друг от друга. Единственное различие — у Сюй Кэ за левым ухом была родинка красного цвета. У Сюй Нин её не было.

Чем дальше он читал документы, тем мрачнее становилось его лицо.

Сюй Шаоцянь тихо спросил:

— Теперь понимаешь?

Он немного наклонился вперёд и продолжил:

— Сюй Нин присвоила личность своей погибшей сестры и пришла в съёмочную группу «Юного императора» под её именем. Она знала, что ты окончил ту же школу, поэтому представилась твоей младшей соученицей и специально начала сближаться с тобой. То, что произошло прошлой ночью, тоже наверняка было заранее спланировано ею и её агентом. Она обманула всех вокруг. История про младшую соученицу была лишь способом использовать тебя как трамплин для собственной карьеры.

Он ненадолго замолчал.

— Это и есть настоящая причина, по которой я заменил исполнительницу главной роли.

Ан Янь крепко сжал папку. От напряжения кончики пальцев побелели.

— Тогда ты даже не дал мне договорить и сразу ушёл, — спокойно сказал Сюй Шаоцянь. — Поэтому у тебя сложилось обо мне совершенно неверное впечатление.

Он усмехнулся без особой радости.

— Обычно я никому ничего не объясняю. Мне это неинтересно. Но я не хочу, чтобы из-за этой женщины между нами возникла ещё большая пропасть.

Перед его глазами вновь всплыл тот взгляд Ан Яня — раненый, полный разочарования. Вспомнилась и его удаляющаяся спина, напряжённая и чужая. Каждый раз при этом воспоминании сердце болезненно сжималось.

— Поэтому я должен рассказать тебе всё до конца.

Сюй Шаоцянь посмотрел на лежащие перед ними документы.

— Да, Сюй Нин и Сюй Кэ были почти одинаковыми внешне. Но талант сестры она подделать не могла. Как и родинку за ухом. Если бы фильм стал успешным и она получила известность, правда очень быстро всплыла бы наружу. Последствия такого скандала ударили бы по всему проекту, поэтому я и решил заменить главную актрису.

Его голос стал чуть тише:

— Это было не потому, что я, любя тебя, просто ревновал к женщине, которая тебе понравилась. Я не стал бы уничтожать её карьеру из-за собственной зависти.

Он встретился взглядом с Ан Янем.

— Я, Сюй Шаоцянь, не из тех, кто вообще не имеет принципов.

После короткой паузы он добавил:

— Да, меня злило, что ты заинтересовался ею. Но эта женщина... просто не стоила того, чтобы я лично тратил на неё силы.

Какой бы человек ни привлёк внимание Ан Яня, Сюй Шаоцянь предпочёл бы завоевать его сердце другими способами. Опускаться до того, чтобы травить и уничтожать беззащитную женщину, он считал ниже своего достоинства. Лишь потому, что Сюй Нин выдала себя за сестру и, прикрываясь статусом младшей соученицы, обманула Ан Яня, задев тем самым его больное место, Сюй Шаоцянь решил воспользоваться властью инвестора и настоять на замене исполнительницы главной роли.

К сожалению, тогда он даже не успел ничего объяснить. Разъярённый Ан Янь ударил его и сразу ушёл, не желая слушать дальше.

Теперь, когда правда наконец открылась, Ан Янь долго сидел молча, затем медленно положил папку на стол и тихо спросил:

— Тогда... Сюй Кэ... нет, Сюй Нин... где она сейчас?

— Вчера я приказал временно доставить её и Яо Лу в дом семьи Сюй. Изначально собирался заняться этим утром, — ответил Сюй Шаоцянь. — Но эта история касается прежде всего тебя.

Он повернулся к Ан Яню и мягко посмотрел ему в глаза.

— Обманули они именно тебя. Поэтому я хочу, чтобы решение принимал ты. Как поступить с ними — решать тебе.

Немного подумав, Ан Янь покачал головой.

— Разбирайся сам. Я больше не хочу их видеть.

— Ты готов доверить это мне? — тихо спросил Сюй Шаоцянь.

— Да.

Ан Янь ненадолго замолчал, а затем добавил:

— Я знаю, что ты умеешь держать себя в руках. Только не заходи слишком далеко. Они, конечно, виноваты, но не настолько, чтобы заслуживать чего-то ужасного. В индустрии полно девушек без связей и поддержки, которые пытаются пробиться подобными методами... Просто они выбрали не того человека, — он горько усмехнулся. — Пусть просто исчезнут из шоу-бизнеса. Этого достаточно.

— Хорошо, — кивнул Сюй Шаоцянь. — Оставь это мне.

После этого между ними снова повисла тишина.

Спустя некоторое время Сюй Шаоцянь неожиданно спросил:

— А что насчёт второго вопроса?

Ан Янь удивлённо посмотрел на него:

— Второго? Какого ещё второго вопроса?

— Того, что касается моих чувств к тебе.

На его губах появилась беспомощная улыбка. Он слегка наклонился вперёд, коснулся губ Ан Яня коротким поцелуем и, не отводя взгляда, тихо произнёс:

— Я вчера признался тебе настолько... убедительно. Неужели после сна ты уже всё забыл?

Воспоминание о его «убедительном признании» мгновенно заставило Ан Яня покраснеть.

— Нет... не забыл... Просто... я... я ведь натурал. И всегда воспринимал тебя как...

— Как друга? — закончил за него Сюй Шаоцянь. — А вот я никогда не воспринимал тебя как друга. Просто ты слишком долго ничего не замечал.

Ан Янь смущённо отвернулся.

После короткой паузы Сюй Шаоцянь снова спросил:

— Неужели во мне нет ничего, что тебе нравится?

На этот раз Ан Янь ответил серьёзно:

— Я не могу представить себя рядом с мужчиной.

— Но прошлой ночью ты вполне мог...

— Прошлая ночь не считается! — поспешно перебил его Ан Янь. — Я был под воздействием препарата и не контролировал себя. Я всегда любил девушек. В будущем я обязательно женюсь, заведу детей. Дедушка уже давно ждёт правнука. Ты прекрасно знаешь мою семью. Если я вдруг окажусь с мужчиной, мама и дед меня просто убьют.

— Если проблема только в этом, я найду решение, — спокойно ответил Сюй Шаоцянь. — Главное — это ты сам. Скажи честно: неужели ты совсем ничего ко мне не чувствуешь?

Этот нежный, низкий голос заставил сердце Ань Яна забиться от необъяснимого волнения.

Всю свою жизнь он был уверен, что любит женщин. Более двадцати лет он ни разу не сомневался в этом и уж точно никогда не представлял, что однажды ему придётся всерьёз задумываться над вопросом: а готов ли он изменить собственную ориентацию?

Но сейчас признание Сюй Шаоцяня привело его в замешательство.

Он не хотел ломать привычную картину мира. Не хотел превращаться в человека, который строит отношения с мужчиной. И всё же... Всё же взгляд Сюй Шаоцяня, наполненный такой глубокой, почти болезненной привязанностью, заставлял его чувствовать себя так, будто на грудь положили тяжёлый камень.

Этот человек, с которым они росли вместе. Человек, который всегда был рядом... Оказывается, все эти годы его удерживала рядом не столько дружба, а любовь.

Ан Янь растерянно смотрел на него, не находя слов.

Сюй Шаоцянь тихо сказал:

— Ан Янь, я люблю тебя так сильно. Неужели ты не можешь хоть немного измениться ради меня? Хотя бы попробовать?

— Но я...

Ан Янь поспешно отвёл взгляд.

— Я правда не гей. Я не способен полюбить мужчину. Изменить свою сексуальную ориентацию — для меня это почти так же невозможно, как убить себя.

— А я тоже не считаю себя геем, — спокойно ответил Сюй Шаоцянь. — Я просто люблю тебя.

Ан Янь просто не знал, что сказать.

Наконец Сюй Шаоцянь улыбнулся.

— Ладно. Если сейчас ты ничего ко мне не чувствуешь, я не стану требовать ответа немедленно.

Он чуть приблизился, почти касаясь губами его губ, и тихо продолжил:

— Но, Ан Янь... надеюсь, ты не будешь возражать, если с этого момента я начну за тобой ухаживать?

В его глазах мелькнула мягкая улыбка.

— У меня ведь есть право добиваться человека, который мне нравится. Разве нет?

Ан Янь так и не нашёлся с ответом.

И даже когда он покинул виллу Сюй Шаоцяня, вернулся домой и переступил порог собственного дома по соседству, его сознание всё ещё оставалось в каком-то странном состоянии.

Растерянность.

Шок.

Неверие.

В голове снова и снова крутилась одна и та же мысль.

«Сюй Шаоцянь любит меня? Как вообще всё дошло до этого?..»

________________________