[BL] Бесконечный город

Молчание затянулось. Казалось, что воздух вокруг будто бы застыл.

Ан Янь по-прежнему был прижат Сюй Шаоцянем к дивану, мир перед его глазами кружился, и без того затуманенный алкоголем мозг окончательно перестал соображать.

Чувствуя на себе тяжесть навалившегося сверху мужчины, Ан Янь растерянно пробормотал:

— Шаоцянь... о чём ты... вообще говоришь?..

Вместо ответа Сюй Шаоцянь начал его страстно целовать.

Во рту Ан Яня ещё оставался лёгкий привкус красного вина. Сюй Шаоцянь проник языком внутрь, жадно исследуя его рот, переплетаясь с его языком. В затуманенном сознании Ан Яня всё смешалось: чужой вкус, онемевший язык, невозможность нормально говорить — из горла вырывались лишь прерывистые, бессвязные звуки.

— Мм... Шао... Шаоцянь... ты... что делаешь... мм... — он изо всех сил пытался оттолкнуть его, но мужчина, прижимавший его к дивану, казался неподъёмно тяжёлым.

Лицо Ан Яня покраснело от нехватки воздуха. Лишь когда он почти начал задыхаться, Сюй Шаоцянь наконец отпустил его и, всё ещё слегка касаясь губами его губ, тихо произнёс:

— Ан Янь, ты знаешь, что такое любить? Я всю жизнь любил только тебя. Мои чувства к тебе — это и есть настоящая любовь.

Каждое слово он буквально выдавливал сквозь зубы.

Столько лет его чувства были спрятаны глубоко внутри, что почти закостенели. Всё это время он не смел признаться, боясь вызвать у Ан Яня отвращение. Потому что любил его. Потому что дорожил им. Потому что уважал его.

Поэтому все эти годы молча отдавал ему всё, оставался рядом добровольно, без сожалений и жалоб. Он думал, что однажды такая преданность тронет Ан Яня. Что тот всё поймёт и примет его.

Но что он получил в итоге? Любовь с первого взгляда... к какой-то другой девушке? Стоило появиться красивой женщине — и этот «лучший друг» тут же оказывался забыт?

Такого результата Сюй Шаоцянь не мог принять.

Если бы он знал, чем всё закончится, то ещё после окончания школы, когда впервые понял свои чувства, сразу бы признался. Любой ценой удержал бы Ан Яня рядом. Даже если бы в ответ получил презрение и ненависть — это было бы лучше, чем равнодушное игнорирование.

Да, именно игнорирование.

В сердце Ан Яня Сюй Шаоцянь всегда был кем-то, кого можно было просто не замечать.

В вопросе чувств к Ан Яню он оказался слишком мягким. Настолько, что полностью утратил свою обычную решительность и жёсткость. Воспитанник Сюй Цзычжэн, наследник, которого тот растил собственными руками — Сюй Шаоцянь всегда действовал быстро и без колебаний. Всё, что ему нравилось, он легко получал.

Кроме Ан Яня.

Потому что не мог заставить себя причинить ему боль. И потому раз за разом позволял причинять боль себе. Снова и снова смотреть, как тот встречается с разными актрисами... а теперь ещё и собственными глазами наблюдать, как в его жизни начинается новая любовь?

«Любовь с первого взгляда» — эти четыре слова окончательно разорвали остатки нежности в душе Сюй Шаоцяня.

И что ему теперь делать? Продолжать быть мягким? Молча оберегать Ан Яня до того дня, пока тот не женится и не заведёт детей?.. А потом? Великодушно отпустить его, благословив на счастье с другой?.. Нет. Это не в стиле Сюй Шаоцяня.

«С этого дня наши отношения должны измениться.»

В его взгляде вспыхнули яростное желание обладать и решимость во что бы то ни стало заполучить Ан Яня.

А сам Ан Янь уже почти окончательно потерял связь с реальностью. Алкоголь будто затопил сознание. Он совершенно не понял, что Сюй Шаоцянь только что признался ему.

Глядя на мужчину перед собой затуманенными глазами, Ан Янь слабо нахмурился от неприятной тяжести в голове и тихо пробормотал, толкая ладонью его грудь:

— ...голова болит... я хочу спать...

На губах Сюй Шаоцяня появилась лёгкая улыбка. Поправив очки, он без труда поднял Ан Яня на руки и понёс в спальню, приговаривая с нежностью в голосе:

— Хорошо. Я сейчас уложу тебя спать.

В спальне загорелся свет. Тёплое жёлтое освещение делало комнату удивительно уютной, наполненной ощущением дома.

Огромная кровать king-size шириной почти три метра была застелена белоснежными простынями. Когда-то Сюй Шаоцянь лично выбирал эту кровать при оформлении комнаты. Её даже пришлось заказывать напрямую у производителя — в магазинах он не смог найти такой.

Всё это потому, что Ан Янь с детства имел плохие привычки во сне: любил всю ночь обнимать что-нибудь и постоянно ворочался, иногда даже скатываясь на пол. Его кровать обязательно должна была быть большой.

И эта кровать действительно была огромной — на ней спокойно поместились бы пятеро взрослых мужчин.

Матрас был мягким и невероятно удобным. Стоило Ан Яню оказаться на нём, как тело сразу утонуло в мягкости. Почувствовав под собой кровать, он машинально потянулся за подушкой, чтобы обнять её, но Сюй Шаоцянь безжалостно вытащил подушку из его рук.

— Мм?.. — Ан Янь недовольно застонал, а Сюй Шаоцянь тут же снова накрыл его губы поцелуем.

Целуя его, он быстро избавил их обоих от одежды. Затем горячие поцелуи скользнули по шее ниже, к животу, оставляя за собой цепочку багровых следов на коже. В то же время, решительная рука ласкала интимную часть его тела сзади.

Прошлая ночь, случившаяся когда-то в пьяном забытьи, снова повторялась.

Уложив Ан Яня лицом вниз на кровать, Сюй Шаоцянь резко раздвинул его ягодицы и одним движением вошёл в него.

— А-а-а...

Эта сильная боль заставила его на мгновение прийти в себя, но вскоре сознание затуманилось, и он снова погрузился в растерянность.

— Мм... мм...

Зарывшись лицом в подушку, он издавал бессвязные звуки. В полубреду ему казалось, будто он маленькая лодка посреди бушующего моря — тело полностью потеряло контроль, его уносило волнами всё дальше и дальше.

Сквозь хаос ощущений иногда прорывались вспышки резкой боли. И уже проваливаясь в сон, Ан Янь смутно подумал:

«Этот сон... какой-то слишком странный.»

На следующий день Ан Янь проснулся уже ближе к полудню. Всё тело ломило и ныло, и это ощущение казалось ему подозрительно знакомым — точно таким же, как после той прошлой пьянки. Особенно неприятно было сзади: там и болело, и чувствовалось непривычное онемение одновременно. Но что ещё хуже, казалось, будто внутри есть что-то чужеродное...

Когда Ан Янь приподнялся и сел на кровати, по внутренней стороне бедра потекла тёплая жидкость. Он нахмурился, опустил взгляд — и в тот же миг лицо его резко побледнело.

На простыне расплывалось влажное пятно. Будучи мужчиной, он прекрасно понимал, что это такое. И если внутри у него оказалось это, а задница так болит... нужно ли вообще спрашивать, что произошло ночью?

Ан Янь медленно, словно одеревенев, повернул голову к человеку рядом.

Им оказался Сюй Шаоцянь...

Настроение мгновенно стало сложным и запутанным.

«Почему это опять он?..»

«Да что за чертовщина? Почему каждый раз после пьянки я просыпаюсь именно с ним? Это уже вообще выходит за рамки здравого смысла!»

Ан Янь смутно помнил вчерашний вечер. После окончания посиделок они с Сюй Кэ ещё пару часов тусовались в баре: вспоминали студенческие годы и болтали без умолку. Потом его вроде бы привёз домой менеджер. Он только помнил, как Шаоцянь вошёл в дом, прижал его к стене и начал говорить какие-то странные вещи... На этом воспоминания обрывались.

«Неужели всё повторилось, как в прошлый раз? Я опять напился и мы переспали? Но моя ориентация ведь совершенно нормальная!»

Даже в тот первый раз всё случилось только потому, что он был в стельку пьян и потерял контроль. Но чтобы это произошло снова?.. И главное — если бы они оба были обычными натуралами, разве вообще возможно кончить с мужчиной? Тогда почему внутри него...

Ан Янь уставился на следы на внутренней части своих ног, и почувствовал жуткую неловкость. А когда он обернулся и встретился взглядом с Сюй Шаоцянем, его смущение и вовсе достигла предела.

В прошлый раз всё закончилось простым «прости». Ан Янь всегда был человеком великодушным и после извинений быстро забыл об этом деле. Но сейчас?.. Что ему делать теперь?

Пока он в панике пытался придумать хоть какое-то решение, одеяло рядом внезапно откинулось, и Шаоцянь тоже сел.

Видимо, он сделал это слишком резко, и одеяло тут же сползло на пол. Всё, что скрывалось под ним, полностью открылось.

Они оба были абсолютно голыми. Их ноги соприкасались, а смятая постель выглядела настолько двусмысленно, что смотреть на это без смущения было невозможно. Более того — у Сюй Шаоцяня проявилась вполне очевидная утренняя реакция, и размеры его возбуждённого члена выглядели пугающе внушительно.

«Это уже слишком...» — мысленно взвыл Ан Янь.

Его взгляд, как назло, упал именно на это место, и он тут же в панике отвернулся. Но Шаоцянь неожиданно схватил его за подбородок и силой повернул обратно.

— Что, проснулся — и даже ничего не скажешь? — тихим голосом спросил он, приблизившись почти вплотную.

— Я... я вчера был пьян... — поспешно попытался оправдаться Ан Янь, стараясь отстраниться.

Но хватка на подбородке стала только крепче.

— И?

— Я... почти ничего не помню...

— И?

Растерявшись, Ан Янь замолчал.

«А что вообще я должен сказать?!»

В прошлый раз первым полез именно он, поэтому и извинялся. Но вчера... разве не Шаоцянь прижал его к стене и начал на него орать?

Шаоцянь вдруг тихо усмехнулся:

— Только не говори, что снова собираешься сказать «прости».

— Я...

— Не нужно. На этот раз извинения не потребуются, — с этими словами он неожиданно перевернулся и мягко прижал Ан Яня обратно к кровати. — В этот раз мы просто заново повторим всю сцену.

— Шаоцянь, о чём ты... м-мф!

Он не успел договорить — Шаоцянь снова заткнул ему рот поцелуем. А в следующую секунду развёл его ноги и резко подался вперёд.

— А-а-а!!

Глаза Ан Яня широко распахнулись.

Гнев, шок, неверие!

После ночи безумия его тело оставалось мягким и расслабленным, поэтому Шаоцянь легко вошёл без всякой подготовки. А из-за оставшейся внутри жидкости его движение даже сопровождал слишком непристойный звук.

— Сюй... Шао... Цянь!!! — Ан Янь наконец понял, что происходит, и моментально взорвался. — Отпусти меня! Ты что творишь, мать твою?! Быстро отпусти!! Ублюдок! Пошёл вон!!

Он яростно вырывался, пытаясь оттолкнуть его руками.

— Отпусти!!

— Не отпущу, — совершенно спокойно ответил Шаоцянь.

Он перехватил обе его руки и прижал их над головой Ан Яня. Из-за этой возни его член немного вышел, но он снова толкнулся вперёд — войдя ещё глубже и жёстче.

— А-а-а!! — от боли у Ан Яня задрожали ноги. — Ты псих! Сюй Шаоцянь, чёртов ублюдок!!

— Я просто помогаю тебе освежить память, чтобы ты опять ничего не забыл, — невинно произнёс тот, продолжая двигаться с безумной настойчивостью. На губах его даже появилась лёгкая улыбка. — Слушай внимательно, Ан Янь. И в прошлый раз, и вчера... это я тебя брал.

— ...

— Вот так. Снова и снова.

— ...

— Вот так входил в тебя... раз за разом...

— ...

— И я хотел этого уже очень... очень давно...

На этих словах он резко толкнулся особенно глубоко.

— А-а-а!!

От этого движения по телу Ан Яня словно прошёл электрический разряд от копчика до макушки. Он не знал, чего коснулся Сюй Шаоцянь, но где-то внутри вспыхнуло странное ощущение, от которого всё тело задрожало, а его собственный член неожиданно начал постепенно реагировать...

И Шаоцянь тут же это заметил. Он ловко обхватил рукой его возбуждённый орган и нежно погладил его.

— Уже? — тихо усмехнулся он, продолжая двигать рукой. — Ты здесь по-прежнему такой чувствительный и честный.

— ... — Ан Янь едва не умер от стыда и ярости.

Но его уставшее после пьянки и секса тело совсем обессилило. Только сейчас он понял, насколько Сюй Шаоцянь на самом деле силён. За столько лет дружбы Ан Янь никогда не видел, чтобы тот применял силу всерьёз — и теперь вырваться было совершенно невозможно.

— Я люблю тебя, Ан Янь... — сказал Шаоцянь, затем резко наклонился и мягко поцеловал его в губы.

В отличии от того, с какой безумной силой он продолжал двигаться внутри него, этот поцелуй ощущался на губах почти невесомо — нежный, словно перо, щекочущее его сердце.

Но Ан Янь не слышал это, по сути, нежное признание Сюй Шаоцяня. В голове у него сейчас существовала только одна мысль: его насилует мужчина. И это приводило его в бешенство.

— М-мф... Сюй Шаоцянь!! Ублюдок! Отпусти... А-а... Чёрт... Ты животное! Я убью тебя!!..

В тот день, среди бела дня, на тихой вилле Ан Янь отчаянно сопротивлялся, а Сюй Шаоцянь прижимал его к кровати, чтобы снова и снова овладевать им.

Пока в конце концов, измученный, голодный и злой Ан Янь не исчерпал весь свой словарный запас ругательств, и окончательно обессиленный не потерял сознание.

__________________________