Глава 77.
Что бы он там ни представлял в голове, сейчас они все еще находились на съемках детского шоу.
Ань Линмо с глубоким следом в форме полумесяца на губном желобке встал и вернулся в команду.
Он надел фонарик, и вокруг сразу стало заметно светлее.
Один за другим находя отцов-самцов своих друзей, Лю Шань был одновременно и рад, и разочарован: почему это не дядя Пэй?
Он подошел поближе, чтобы осмотреть то место, откуда ушел Ань Линмо:
— Здесь нет карточки.
Несколько жуков вместе прочесали окрестности, но ничего не нашли.
Лю Шань опустил голову:
— Неужели мы больше никогда не найдем дядю Пэйя...
Неужели взрослые жуки так легко пропадают?
— Мы будем искать вместе, и обязательно сможем найти, —решительно сказал Цзян Цяньло и позвал Фу Наньцзе. — Отец-самец, ведь так?
Фу Наньцзе кивнул:
— Так.
Ань Синцяо садился на корточки и снова вставал, оглядываясь по сторонам, упорно выискивая карточку.
Сюй Маомао почесал затылок и задумался:
— Мозет быть, позвонить по видеосвязи и сплосить у дяди Пэйя, де он?
Все жуки разом повернули головы.
Сюй Маомао не понял, а затем его осенило:
— О, дядя Пэй, навелное, тозе уснул, он не смозет ответить на видеозвонок.
Цзян Цяньло тоже так подумал, он кивнул и, указав на щель под контейнером, сказал:
— Возможно, карточка здесь.
Сюй Маомао опустился вслед за Цзян Цяньло и отклячил попу.
Ань Синцяо подошел к Лю Шаню:
— Попробуй позвонить по видеосвязи.
Лю Шань в замешательстве кивнул, но ведь дядя Пэй тоже не сможет ответить.
Тем не менее, он послушался Ань Синцяо и набрал ID.
Почти мгновенно впереди раздался рингтон, однако он тут же оборвался.
Глаза Ань Синцяо заблестели:
— Мы пойдем туда, где был звук.
Услышав это, Цзян Цяньло кубарем вскочил, случайно ударившись головой о что-то одновременно мягкое и твердое:
— Ай.
Ань Линмо обернулся и потер голову детеныша:
— Больно?
Цзян Цяньло покачал головой.
Ань Линмо и Лю Шань снова позвонили по видеосвязи, но на этот раз звука не было.
Вместе они направились туда, откуда только что раздался рингтон.
Но этот завод был действительно довольно большим, и группа жуков шла уже пять минут, но так ничего и не нашла.
Лю Шань тоже забыл, откуда доносился звук, и невольно вздохнул.
Вдруг раздался стук от падения какого-то предмета на землю.
Детеныш присмотрелся: это карточка!
Лю Шань поднял её и с приятным удивлением сказал:
— Нашел!
Сюй Маомао, наблюдавший за всем этим процессом, схватил край куртки Ань Линмо и приподнял ее:
— Больсе нету.
Ань Линмо вдруг почувствовал, что его попе стало немного прохладно.
Он распахнул куртку и увидел на правой внутренней стороне оставшийся след от карточки.
— ... — Ань Линмо застегнул молнию обратно; съемочная группа оказалась очень сообразительной.
Они окружили Лю Шаня, чтобы посмотреть содержимое карточки.
На карточке была нарисована дымовая труба, из трубы вился поднимающийся белый дым, а также цилиндрическое архитектурное сооружение, увенчанное диском, на поверхности цилиндра было нарисовано несколько отверстий.
Лю Шань узнал дымовую трубу: в деревянном доме, где он жил на планете Сисайя, был камин, камин вел в дымовую трубу, но он не знал, что это за вторая вещь.
Цзян Цяньло долго рассматривал рисунок, затем поднял голову, огляделся и, указав на самый центр неподалеку, сказал:
— Похоже на ту штуку.
Они находились недалеко оттуда, как раз на максимальном расстоянии луча фонарика.
Взглянув выше, можно было увидеть, что она соединяется с дымовой трубой, проходящей прямо наружу завода.
Группа жуков пошла вперед и, как и ожидалось, нашла такого же «находящегося без сознания» Пэй Шуюня.
Лю Шань присел на корточки рядом с Пэй Шуюнем и тихо позвал:
— Дядя?
Пэй Шуюнь никак не отреагировал.
Лю Шань немного подумал и, повторив действие Ань Синцяо, нажал на губной желобок Пэй Шуюня.
Но его указательный палец лишь слегка опустился на это место, без всякого усилия.
Лю Шань посмотрел на Ань Синцяо и с недоумением спросил:
— Разве не так?
— Возможно, ты недостаточно сильно нажал, — Ань Синцяо нахмурился. — Дай я попробую.
Детеныш только собирался шагнуть вперед, как Ань Линмо схватил его.
Ань Линмо улыбнулся:
— Забудь, Шань-Шань уже попробовал, возможно, на твоего дядю Пэйя это не действует.
Ань Синцяо кивнул.
Услышав это, Цзян Цяньло присел рядом с Пэй Шуюнем и потянул его за веки, а через несколько секунд доложил Лю Шаню:
— Это тоже бесполезно.
Сюй Маомао подергал Пэй Шуюня за волосы:
— Бесполезно.
Лю Шань ходил кругами вокруг Пэй Шуюня, размышляя.
Мм... А?
Лю Шань остановился и, подражая тому, как Сюй Маомао повалил Сюй Иньху, навалился на Пэй Шуюня и крепко обнял его.
Он очень тихо позвал:
— Отец-самец?
Пэй Шуюнь внезапно дернулся, он поднял веки, и его лицо было полно недоверия.
— Вау! Дядя проснулся! — Лю Шань подпрыгнул, ликуя от радости вместе со своими маленькими друзьями.
— Как же здорово!
— Е-е!
Пэй Шуюнь со смешанными чувствами встал и отряхнул пыль с попы.
На этом испытание по «поиску отцов-самцов», завершилось.
Съемочная группа изначально хотела заставить детенышей в одиночку исследовать пустынный заброшенный завод: следуя за мерцающими время от времени световыми точками внутри завода, они, дойдя до самого конца, смогли бы найти четверых родителей.
Кто же знал, что Фу Наньцзе останется, поэтому они просто временно изменили план.
Покинув здание завода, они пообедали, и затем началось свободное время.
Фу Наньцзе повел Цзян Цяньло на горнолыжный курорт, одолжил две пары лыж и защитное снаряжение, чтобы практиковаться в катании.
Детеныш, надев шлем и стоя на двух лыжах, делал шаг левой ногой вперед и останавливался, шаг правой ногой вперед и останавливался, напоминая покачивающегося пингвина.
У Фу Наньцзе зачесались руки, и, воспользовавшись моментом, когда левая нога ребенка только приподнялась, он легонько ткнул его.
Маленький пингвин тут же потерял равновесие и со шлепком упал, к счастью, на попе была защита.
Пока детеныш не успел среагировать, Фу Наньцзе поднял ребенка на руки и с полной серьезностью:
— Ничего страшного, Ло-Ло, на первой тренировке всегда так бывает.
Ребенок в замешательстве кивнул.
Хотя сам Фу Наньцзе и умел кататься, в обучении он тоже был новичком, поэтому Цзян Цяньло то и дело падал головой вниз, и ему перехотелось играть.
Он повел детеныша в ледяной парк развлечений, чтобы тот вместе с Сюй Маомао покатался с горки, правда, горка здесь была ледяной, и весь парк состоял из ледяных скульптур.
Оставив ребенка с Сюй Иньху, который по названию был другом, а на деле — детским садом, Фу Наньцзе со спокойной душой и смелостью пошел кататься на лыжах.
Стоя на сноуборде, он на огромной скорости мчался вниз с самой вершины горы, поднимая одно облако снежной пыли за другим.
Ветер со свистом проносился мимо, кедры превращались в размытые тени, а горные вершины оставались далеко позади.
Фу Наньцзе подъехал к скале и подпрыгнул в воздух, уровень адреналина резко подскочил.
Скорость символизировала опасность, а опасность приносила удовольствие; мозг Фу Наньцзе кричал.
Вдоволь насладившись, он вернул сноуборд, вернулся в «детский сад», чтобы забрать детеныша, и пошел в ресторан ужинать.
В конце дня снова наступило время возвращаться.
Детеныши помахали зрителям.
— До следующей встречи.
— Пока-пока, мы скоро снова увидимся.
[Хнык-хнык-хнык, день не увидимся — словно три осени прошло, а у нас будет так много осеней.]
[Ничего страшного, я буду сам смотреть нарезки за едой / утирая слезы.]
.
После возвращения в поместье, Фу Наньцзе начал активно готовиться.
Тогда он попросил дворецкого отвезти массажер обратно; Цзян Цинмань отнес его в лабораторию, долго размышлял над ним, сам надел и попробовал, но на духовную силу он не оказал совершенно никакого эффекта.
Массаж кожи головы — это действительно довольно приятно.
Фу Наньцзе проводил измерения, не снимая массажера, и его духовное море пришло в еще большее возбуждение.
Похоже, этот массажер для мозга и впрямь работает.
Поэтому слуги-жуки в доме часто могли видеть, как Фу Наньцзе расхаживает повсюду со шлемом на голове.
Если во время подрезки цветов и растений они видели у озера ослепительный световой шар, то это несомненно был их достопочтенный хозяин поместья.
В то время, когда «Космический альянс» не обновлялся, Цзян Цяньло увлекся «Снековым переполохом».
В этом аниме рассказывается о том, что каждый вид снеков в супермаркете на самом деле живой, и по ночам, когда вокруг нет ни одного жука, они устраивают вечеринки.
Если покупатель забирает один из них, душа с этого товара прикрепляется к другому такому же товару, и только рюкзак главного героя может забрать снеки домой вместе с их душами.
Вечером перед сном детеныш, лежа между родителями, сказал:
— Я хочу пойти в супермаркет.
Фу Наньцзе с радостью кивнул:
— Отлично, я тоже хочу пойти, тогда завтра и отправимся в супермаркет.
Цзян Цинмань тоже не возражал, но вдруг о чем-то вспомнил:
— Ты собираешься пойти в супермаркет в массажере?
— Ну да.
Фу Наньцзе повернулся на бок и подпер голову рукой:
— Чтобы победить бывшего жениха маршала, мне нужно больше стараться.
— ......
Теперь Цзян Цинмань уже начал разбираться в этом характере Фу Наньцзе.
Фу Наньцзе все еще ждал реакции Цзян Цинманя, но в итоге дождался лишь того, что свет над головой погас.
В полумраке раздался голос жука-самки:
— Спи.
.
Рано утром следующего дня Цзян Цинмань еще даже не встал, а Фу Наньцзе и Цзян Цяньло уже были готовы.
Старший надел свой шлем, младший нацепил маленький рюкзак, и оба были в любую минуту готовы к отправлению.
Фу Наньцзе давно не видел детеныша с рюкзаком:
— Почему ты сегодня с рюкзаком?
Ребенок был очень серьезен:
— Только в этот рюкзак можно положить живые пузырьковые чипсы.
Фу Наньцзе внимательно присмотрелся — по бокам рюкзака еще были маленькие крылышки.
Цзян Цинмань все еще завтракал, а Цзян Цяньло позвонил Сюй Маомао по видеосвязи:
— Мао-Мао, я выезжаю!
Сюй Маомао на другом конце тоже был очень взволнован:
— Ты обязательно долзен их найти!
Он поднял в руках такой же рюкзак, очевидно, тоже одержимый живыми снеками:
— Я тозе поеду во втолой половине дня!
Когда двое детенышей закончили свое бурное обсуждение, Цзян Цинмань вытер рот, и они отправились вместе.
Они сели в ховеркар и прибыли в самый большой воздушный супермаркет в центре столицы империи.
Фу Наньцзе отсканировал тележку для покупок, выбрал режим с ребенком и спросил Цзян Цяньло:
— Какой внешний вид тебе нравится?
Детеныш указал на неуклюжего слона на световом экране.
Тележка быстро превратилась в летящего неуклюжего слона, два больших уха хлопали вверх-вниз, а в углублении на теле могли бы поместиться два Цзян Цяньло.
Всю дорогу они то шли, то останавливались, наслаждаясь редким походом за покупками вживую, как самая обычная семья жуков.
Но этот семейный состав был действительно слишком броским.
Не говоря уже о личностях каждого из этих трех жуков, один только отражатель на голове Фу Наньцзе привлекал к себе достаточно взглядов.
Хотя их охраняли скрывающиеся в тени телохранители и ни один жук не осмеливался подойти, этот образ Фу Наньцзе уже был тайно сфотографирован многими жуками и выложен в Звездную сеть.
【Спасите, зачем ходить по супермаркету в шлеме!】
【Какой сверкающий диско-шар /закрывает лицо руками.】
【Подождите, это не обычный шлем, это же массажер для мозга от босса Хэ, друзья!】
【Фу Наньцзе хочет повысить духовную силу ради турнира? Все же говорят, что это бесполезно, а он все никак не сдается.】
【Если бы он вышел из игры пораньше, то потом хотя бы не проиграл так позорно.】
【Хоть я и считаю, что он переоценивает свои силы, но, глядя на то, как усердно трудится Фу Наньцзе, становится и грустно, и жалко, а еще это вызывает у жуков восхищение, в любом случае, от меня ему respect.】
【Мне кажется... Фу Наньцзе наверняка очень неравнодушен ко второму принцу, иначе он не стал бы бросать ему вызов в таком никчемном теле, и тем более не стал бы носить массажер, зная, что это бесполезно.】
【Фу Наньцзе больше переживает об оригинальном супруге (?) потому, что он третий лишний?】
И без того не утихшая теория о вмешательстве Фу Наньцзе в чужие отношения вновь вспыхнула подобно лесному пожару, и вместе с темами о походе семьи Фу Наньцзе из трех жуков в супермаркет и использовании Фу Наньцзе массажера для мозга образовала предмет для обсуждений.
В Звездной сети поднялась буря, повсюду были фотографии семьи Фу Наньцзе в супермаркете.
А в супермаркете главные герои этих обсуждений все еще находились в отделе снеков, надолго застряв на одном месте.
Фу Наньцзе вздохнул:
— Ло-Ло, пошли.
— Нет, я еще не нашел.
Детеныш взял упаковку конфет, положил ее в рюкзак и отсчитал несколько секунд — никакого движения.
Он положил конфеты обратно, взял другую упаковку и сунул в рюкзак, нет движения — сменил на следующую.
— Чем-то отличаются эти упаковки? — Цзян Цинмань вытащил те несколько упаковок конфет, что детеныш вернул на полку, и внимательно осмотрел их.
— Они не двигаются, они должны начать двигаться, когда кладешь их в рюкзак, — серьезно сказал ребенок.
Он размахивал конфетами в руках вверх-вниз, изображая гудок поезда:
— Ту-ту-ту, вот так, все верно.
Фу Наньцзе наугад снял с полки упаковку конфет, положил ее в рюкзак Цзян Цяньло и начал безостановочно трясти, подражая ребенку, изображающему поезд:
— Ту-ту-ту-ту-ту, вот так?
Детеныш кивнул, очень довольный способностью отца-самца к пониманию.
В следующую секунду Фу Наньцзе отпустил руки, но конфеты все еще танцевали в рюкзаке, едва ли не выпрыгивая наружу.
Ребенок остолбенел, в спешке крепко прижал рюкзак к себе, снеки в его объятиях так и прыгали:
— Они-они-они двигаются?!
Как только он это сказал, из щели рюкзака высунулась «голова» снека.
Фу Наньцзе проворно запихнул ее обратно, спрашивая то, что и так было понятно:
— Кажется, она хочет сбежать, мы будем искать дальше?
— Не-не-не будем, пошли скорее! — детеныш подбородком придавил снова высунувшуюся упаковку конфет. — Скорее домой!
Теперь настала очередь Цзян Цяньло спешить с уходом, у него даже не было времени на разговоры с живыми снеками.
В итоге:
— Быстрее, быстрее, быстрее, быстрее——
Делавшие покупки прохожие жуки почувствовали, как мимо пронесся порыв ветра.
Большой неуклюжий слон хлопал ушами со свистом, он вез на себе детеныша, а детеныш сжимал в объятиях подпрыгивающий рюкзак.
Рядом с ним следовал большой жук в шлеме, оставляя за собой серебряный след света, куда бы они ни направлялись.
— Подожди, а где твой отец-самка?
Отец-самец и сын разом обернулись: Цзян Цинмань находился в пяти шагах от них.
— Пшшш——
Как только детеныш открыл рот, его тут же ударил беспокойный снек:
— Отец-самка, быстрее!
— ......
Взгляд Цзян Цинманя был сложным, ему не очень хотелось идти с ними вместе.
Когда они вернулись домой, эта упаковка конфет снова перестала прыгать.
Вечером перед сном детеныш огорченно жаловался:
— Ну почему они больше не двигаются?
Фу Наньцзе похлопал ребенка по круглому животу:
— Ничего страшного, в следующий раз мы снова сходим в супермаркет.
Однако каждый раз снеки, прыгавшие в супермаркете, по прибытии домой переставали прыгать.
В еще одну такую ночь ребенок катался по середине кровати, перекатываясь с руки Цзян Цинманя на руку Фу Наньцзе, затем от головы Фу Наньцзе к ногам Цзян Цинманя, и наконец, ерзая, вернулся в самый центр, уткнувшись лицом в подушку.
— Они не хотят ехать со мной домой? Почему они не хотят ехать со мной домой?
Фу Наньцзе откинул одеяло:
— Пошли.
Он взял ребенка на руки и пошел к озеру.
Уличные фонари светили тускло-желтым, изумрудная гладь воды тоже окрасилась в цвета ночи.
Фу Наньцзе указал на пузырьки, булькающие на поверхности воды — это были признаки того, что рыбы дышат.
— Ло-Ло, как ты думаешь, почему рыбы живут в воде?
— Потому что им нравится вода?
— Может быть, им также нравятся луга.
— Тогда почему они не живут на лугах?
— Потому что они могут дышать только в воде. Ло-Ло может вдыхать воздух под водой?
— Хм... кажется, нет.
— Поэтому я и думаю, может быть, снеки тоже могут дышать только в супермаркете?
Детеныш ошеломленно приоткрыл рот, погрузившись в осознание некой тайны.
Цзян Цинмань тихо следовал позади двух жуков.
Он неожиданно заговорил:
— А люди могут здесь дышать?
Фу Наньцзе еще не задумывался об этом:
— Если нет разницы в составе воздуха, то проблем быть не должно.
Цзян Цинмань кивнул.
Они вернулись в спальню, ребенок, потратив слишком много мозговых клеток, вскоре уснул от усталости.
После того, как выключили свет, до Фу Наньцзе внезапно дошло, что Цзян Цинмань не из тех, кто говорит просто чтобы поддержать беседу.
— Ты беспокоишься обо мне?
— ......Теперь ты инсект.
— Тогда давай изменим вопрос: ты думал о том, смогу ли я дышать?
— Угу.
— Ладно, я знаю, что ты за меня беспокоишься.
— ......
— Хочешь подойти и проверить мое дыхание?
— Нет.
— Тогда мне подойти?
— Я уже сплю.
На мгновение повисла тишина.
Вскоре в темноте раздался приглушенный смех Фу Наньцзе:
— О, спокойной ночи.
— ......
.
В последующие 2 дня на съемках эстрадного шоу Фу Наньцзе тоже брал с собой массажер и клал его на видном месте в своем жилище, так что зрители в прямом эфире могли его видеть.
Кроме того, зрители также могли заметить, что на левом запястье Фу Наньцзе появился браслет.
На браслете были отмечены пять делений, показывающих, сколько духовной силы в нем сохранено.
Фу Наньцзе ввел свою духовную силу, чтобы протестировать его: максимальная вместимость этого браслета равнялась всей духовной силе одного самца S-класса.
На самом деле это имело большое значение для сражающихся военных самок; особенно в ситуации истощения боевых сил браслет мог служить резервным источником энергии.
Поэтому в это время можно было повсюду увидеть рекламу браслета — Ань Юйбай, похоже, использовал Фу Наньцзе для пиара.
Даже на площадке для соревнований висела реклама браслета.
.
Соревнования длились в общей сложности 3 дня, начиная с десяти часов утра первого дня, но прямая трансляция началась уже в восемь часов.
Фу Наньцзе сидел в столовой, одновременно завтракая и поглядывая в прямую трансляцию.
В этот момент количество зрителей-жуков в прямом эфире уже достигло ста миллионов и продолжало непрерывно расти.
[Так волнительно, занимаю место в первом ряду!]
[Черт, почему только первый день, так хочется перемотать сразу к показательному матчу ааааа.]
[Мне уже плевать, какой легион победит в командном турнире, просто хочу посмотреть, как второй принц и Фу Наньцзе будут драться!]
Зрители наперебой кричали о желании перемотать на третий день, потому что показательный матч проходил на третий день перед церемонией награждения.
В прошлом на показательных матчах три командующих легионами тянули жребий, и двое выпавших выходили на сцену для обмена ударами, демонстрируя отточенное мастерство, что радовало глаз и воодушевляло сердца жуков — это было редкое противостояние на высшем уровне.
За победу легиону символически начислялось десять баллов.
Однако в прошлом году заявили, что нужно ломать стереотипы, поэтому участниками стали Ань Юйбай и его супруг-самка Сы Юй, адмирал, возглавляющий Второй легион.
Они принадлежали к одной команде, и баллы тоже были отменены.
Некоторые инсекты сомневались и беспокоились: как самцы могут прикасаться к столь опасным вещам? Но великолепная техника и выступление Ань Юйбайя на сцене разбили эти разговоры.
Хотя они выступали как супружеская пара, было видно, что Сы Юй поддавался, но ведь это изначально был показательный матч, и все были рады уступить самцу.
В этом году всё стало еще оживленнее; хотя пользователи сети как само собой разумеющееся считали, что Фу Наньцзе жестоко изобьют, все с нетерпением ждали, как именно покажет себя Фу Наньцзе.
В первый день проходили индивидуальные соревнования, а во второй — командные.
Первый, Второй и Третий легионы принимали участие.
Фу Наньцзе, подумав об этом, выключил оптический компьютер:
— Кто раньше выигрывал в соревнованиях чаще? Какой легион?
Цзян Цинмань сделал глоток молока, на бугорке его губы осталась белая капля:
— Мы, но последние два года побеждал Второй легион.
Фу Наньцзе наблюдал, как кончик языка Цзян Цинманя мелькнул, слегка слизнув каплю с верхней губы, и рассеянно сказал:
— Тогда в этом году придется постараться.
Когда детеныш тоже закончил завтракать, они на левитирующей машине прибыли к месту проведения соревнований.
Стадион находился вдали от центра, занимал огромную площадь и имел форму кольца.
Огромная толпа зрителей всё еще была снаружи, выстроившись в очередь для прохода по порядку; некоторые жуки держали в руках баннеры, на их щеках были нарисованы эмблемы поддерживаемых ими легионов, и они вели между собой горячие обсуждения.
Фу Наньцзе держал Цзян Цяньло за руку и следовал за Цзян Цинманем, входя на стадион через проход для участников.
Внутри стадиона повсюду были большие и маленькие световые экраны, чтобы зрители могли в деталях наблюдать за ходом боев.
А прямо по центру наверху находилось табло с баллами, сейчас счет всех трех легионов был 0.
Под табло с баллами участники соревнований проводили разминку на площадке, одетые в тренировочные костюмы трех цветов: красного, желтого и синего; с первого взгляда было понятно, кто из какого легиона.
Цзян Цяньло заранее радушно пригласил своих хороших друзей и специально взял с собой тот рюкзачок с маленькими крыльями.
— Ло-Ло, мы с Сань-Санем вчела снова ходили в супелмаркет, — Сюй Маомао, с таким же рюкзаком на спине, сел справа от Цзян Цяньло.
Цзян Цяньло подался вперед:
— И что потом?
— Всё так же ничего.
Сюй Маомао открыл рюкзак и вытащил одну пачку, две пачки, три пачки... десять пачек мелких снеков, и они бездушно легли мертвым грузом на стол.
Лю Шань похлопал по пакету со снеками, на упаковке остался вмятый след от ладони:
— Угу, совсем не двигаются.
Цзян Цяньло разорвал пачку шоколадных палочек:
— Похоже, в доме у Мао-Мао они тоже не могут дышать.
Сюй Маомао следом открыл воздушные чипсы:
— Хрусть——что, хрусть——дысать, хрусть——
Цзян Цяньло сказал:
— Мой отец-самец сказал, что снеки могут дышать только в супермаркете, поэтому дома они перестают двигаться.
Ань Синцяо взглянул на Фу Наньцзе; Фу Наньцзе как раз встал и направился к выходу.
Детеныш с подозрением взял леденец на палочке, поднес к уху и послушал, а затем поднес к носу и понюхал.
Дышать? Леденец умеет дышать?
Ань Линмо подумал, что Ань Синцяо не может разорвать обертку.
После возвращения с планеты Сисайя он случайно слишком коротко подстриг детенышу ногти, кхм.
Ань Линмо забрал леденец из рук ребенка, распечатал его и всунул обратно:
— Ешь.
Ань Синцяо так и не стал есть; сжимая палочку, он, нахмурив брови, осмотрел конфетный шарик со всех сторон.
Он ведь не слизнет леденцу ноздри?
...
Фу Наньцзе спустился вниз, желая посмотреть на здешнюю площадку.
Однако, как только он вошел на территорию, то совершенно случайно столкнулся с Ань Юйбаем.
Ань Юйбай первым помахал рукой с улыбкой на лице:
— Давно не виделись после парка развлечений, этот браслет удобен в использовании?
Позади него стоял еще один самка с миловидной внешностью; судя по военной форме и значкам, это был Сы Юй.
Фу Наньцзе кивнул и искренне ответил:
— Он не только может зажигать стеклянные шарики, но и упорядочивать духовное море, действительно очень неплохо.
Видя, что он совершенно не задел Фу Наньцзе, а наоборот, позволил тому похвастаться, Ань Юйбай втайне стиснул зубы и с улыбкой сказал:
— Тогда я спокоен.
— Кстати, — глаза Фу Наньцзе внезапно загорелись. — Второй принц, кто изобрел этот ваш продукт? Я бы очень хотел поболтать с дизайнером о его идеях.
Ань Юйбай с естественным выражением лица махнул рукой:
— Это же секретное оружие императорской семьи, как я могу тебе рассказать.
Он сменил тему:
— Ты практиковался в управлении мехой в эти несколько дней?
Фу Наньцзе кивнул, его тон был искренним:
— Когда придет время, я не проявлю снисхождения; поддаваться — значит проявить к тебе неуважение.
Ань Юйбай в изумлении широко раскрыл глаза, а придя в себя, не удержался от смеха:
— Хорошо, хорошо, я тебе тоже поддаваться не буду. Тогда я пойду первым. — Он был в приподнятом настроении, повернулся и зашагал прочь легкой походкой.
Умереть со смеху, это ты-то еще и не проявишь снисхождения.
Сы Юй слегка кивнул и ушел вслед за светловолосой спиной.
[Эээ, Фу Наньцзе еще и собирается поддаваться второму принцу?]
[Это сложно комментировать, но поддаваться — значит не уважать, тут он прав.]
[Я уже поставил 50 тысяч звездных монет на победу второго принца на сайте «Пять мечей», эта ставка — верняк (□□)!]
[Символически куплю победу Фу Наньцзе за одну звездную монету, ради его храбрости, желаю ему не умереть слишком жалко.]
Фу Наньцзе сделал круг и вернулся на высокую трибуну.
Соревнования официально начались.!