Глава 28.
- Первый выбор, палатка-гриб.
Как только голос ведущего-жука стих, на песке перед всеми внезапно появилось здание в форме гриба, полупрозрачный внешний вид которого позволял легко разглядеть внутреннюю структуру.
Маленькая гостиная в 20 квадратных метров, низкие стол и стулья, кровать на двух жуков, отдельная ванная комната.
- Круглосуточно поддерживаемая температура, не нужно беспокоиться о перепадах температур в пустыне, к тому же можно по своему желанию регулировать прозрачность, лежа на кровати можно видеть звездное небо, а утром - смотреть на восход в пустыне.
Гриб в нужный момент стал полностью прозрачным, а затем снова полностью закрытым, совершенно заслонив обзор для внешних жуков.
Цзян Цяньло дернул Фу Наньцзе за штанину, двумя короткими ручками, словно гребя в воде, изо всех сил нарисовал в воздухе круги и воскликнул:
- Отец-самец! Какой большой гриб!
- Вау, и правда очень большой! - Фу Наньцзе спросил: - Так он тебе нравится?
Цзян Цяньло кивнул.
Сюй Маомао тоже потянул своего отца-самца:
- Я хосю этот!
Сюй Иньху отвесил детенышу щелбан и раздраженно сказал:
- Мы на последнем месте, так что просто мечтай об этом.
Сюй Маомао закрыл голову руками, опустил голову и недовольно пробормотал себе под нос:
- Ты говолил зе, сто не будесь стусять.
Лю Шань тихонько произнес «вау», поднял голову, посмотрел на своего отца-самца и снова затих.
А вот Ань Линмо и Ань Синцяо ничего не сказали.
Когда гости прекратили обсуждение, ведущий-жук продолжил представлять:
- Второй выбор, палатка-пирамида.
По соседству с грибом на ровном месте появилась палатка в форме пирамиды, установленная на деревянном каркасе.
Снаружи пирамиду окружала красивая светодиодная лента, ткань у входа была загнута, внутри было просторно и лаконично, мягкий матрас был расстелен прямо на полу.
- Хотя это ткань, но она прочная и износостойкая, защищает от ветра и песка, с превосходным уровнем комфорта.
В этот момент загорелась светодиодная лента теплого желтого цвета, создавая атмосферу.
Поскольку до этого было представлено нечто лучшее, реакция жуков была немного слабее.
- Третий выбор, обычная палатка.
Справа от палатки-пирамиды перед всеми предстала новая палатка.
Палатка полностью соответствовала своему названию, действительно будучи очень обычной. Простая портативная, стоит лишь поискать в Звездной сети - и найдешь целую кучу таких, обычная туристическая, которую можно поставить где угодно.
[И впрямь, хорошее - хорошо, плохое - плохо, классовое расслоение тут не слишком ли велико.]
[Третье уже и так бронзовой комплектации, четвертое может быть еще более мусорным?]
- Четвертый выбор, роскошный номер.
Подождав немного, рядом с обычной палаткой так ничего и не появилось. Все жуки озирались по сторонам.
Ведущий улыбнулся:
- В получасе езды отсюда, в оазисе Цинти, в пятизвездочном отеле.
Что выберут Фу Наньцзе и Ло-Ло?
- Большой гриб! - решительно сказал Фу Наньцзе, и повернул голову, чтобы уточнить у детеныша: - Верно?
Ребенок поднял сжатый кулак высоко вверх:
- Большой гриб!
Ведущий-жук спросил победителей второй группы:
- А вы?
Ань Линмо указал на палатку-пирамиду:
- Вот эту.
Ведущий-жук кивнул и посмотрел на Лю Дунди и Лю Шаня:
- Тогда профессору и Шань-Шаню остается только выбрать одно из двух.
Достоинства и недостатки отеля и простой палатки были совершенно очевидны.
Отель находился далеко от пустыни и остальных семей, но выигрывал в комфорте и чистоте.
Палатка хоть и была скромной, зато в ней можно было испытать другую жизнь и повеселиться с друзьями.
Лю Шань заметил взгляды своих маленьких друзей, снова поднял голову, глядя на отца-самца; он сцепил и теребил две ручки за спиной, очень нервничая.
Он хотел жить в палатке.
Лю Дунди после минутного раздумья сказал:
- Будем жить в номере отеля.
Руки личинки, заведенные за спину, безвольно опустились по бокам, плечи поникли.
Лю Дунди мягко погладил детеныша по голове:
- Шань-Шань хочет жить в палатке? Но в палатке нет ванной, а ночью будет очень холодно, что, если ты простудишься?
Детеныш глухо ответил:
- Хорошо.
[Ах, Шань-Шань такой расстроенный.]
[Сравнительно говоря, условия в отеле намного лучше, будь я на его месте, я бы тоже жил в отеле.]
[А что такого в том, чтобы пожить так пару дней? Раз уж вышли повеселиться, зачем так много переживать?]
[Профессор просто несет ответственность за ребенка, хорошо? Если и винить кого-то, то съемочную группу, они специально так все спланировали.]
[Споры создают зрелищность, хватит ругаться, в любом случае всегда найдется жук, который будет жить в отеле, если не Лю Дунди, то это будет Сюй Иньху.]
[Но ведь активное и пассивное участие - это не одно и то же, верно?]
В итоге принадлежность обычной палатки пала на совсем не обычных Сюй Иньху и Сюй Маомао.
Сюй Иньху расстегнул молнию палатки, внутри было пусто, совсем ничего не было. Он потрогал ткань палатки, она пропускала свет и ветер. Он сказал одному из чемоданов позади себя:
- Включить режим кемпинга.
*(тозе хосю такой семодан ^_^)
В следующую секунду, словно в научно-фантастическом фильме, чемодан раскрылся и развернулся вперед, назад, влево и вправо, возведя на месте здание с круглой остроконечной крышей, занимающее площадь около десяти квадратных метров.
Дверь открылась, внутри также были шкаф, стол и стулья.
На фоне этого обычная палатка по соседству казалась игрушкой для игры в семью *(типа дочки-матери).
[Почему я вдруг забыл о силе технологий? Слишком долго смотрел развлекательные шоу?]
[Нет, возможно, ты просто слишком беден.]
[Только что вернулся с поиска, домашние жуки, можете не проверять, цена продажи - 300 миллионов звездных монет.]
[Мой отец-самка спрашивает меня, почему моя голова вдруг ударилась об пол.]
Только что положивший багаж и вышедший за дверь Фу Наньцзе как раз наткнулся на эту сцену и, цокнув языком, покачал головой.
Детеныш вышел только после того, как сходил в туалет:
- Отец-самец, что случилось?
- Задохнулся от запаха денег, - мрачно ответил Фу Наньцзе.
Цзян Цяньло высунул голову в щель между отцом-самцом и дверью:
- Ничего себе! Когда здесь появилась еще одна палатка?
В это время Сюй Маомао вышел из дверей новой палатки, он помахал рукой и крикнул:
- Ло-Ло! Падем кусять!
Фу Наньцзе уступил место, Цзян Цяньло побежал воссоединиться с маленькими друзьями:
- А куда пойдем есть?
Лю Шань подхватил разговор:
- Рядом с местом, где я живу, кажется, есть много вкусного.
Ань Синцяо добавил:
- Ведущий-жук сказал, что это ночной рынок, ночной рынок Цинти.
Он повернул голову, и Цзян Цяньло, проследив за взглядом Ань Синцяо, увидел левитирующий катер, подготовленный съемочной группой.
Таким образом, группа жуков села в него.
Когда ведущий пересчитывал количество жуков, Лю Дунди наконец-то запоздало подошел:
- Извините, заставил долго ждать.
Он переоделся, на его лице все еще оставались капли воды, должно быть, он немного привел себя в порядок.
Фу Наньцзе взглянул на него и снова опустил голову, чтобы проверить оптический компьютер.
Таким образом, вся группа жуков уселась на левитирующий катер и направилась к оазису Цинти.
Когда они прибыли в оазис, небо уже полностью потемнело.
Ночной рынок на Шакади сильно отличался от торговой улицы на планете Ялань. Многие торговцы сидели прямо на земле, на головах у них были маленькие круглые шапочки, а одеты они были в весьма характерные и причудливые наряды.
Перед ними на вязаных коврах со сложными узорами были разложены самые разные вещи: затейливые складные веера, вышитые плетеные сумки, сшитые вручную куклы, все это было наполнено великолепным колоритом.
Над улицей лампы в форме колокольчиков, соединенные одна за другой, освещали ночной рынок.
Несколько детенышей, как только вышли из машины, сразу же были привлечены новой обстановкой и с шумом убежали.
Фу Наньцзе мимоходом купил связку шашлычков и, следуя за детенышем, жевал говядину.
Он помахал шашлычками из говядины перед тремя взрослыми жуками, и Ань Линмо и Сюй Иньху вытащили по одному.
Когда он поднес их к Лю Дунди, тот с улыбкой покачал головой и замахал руками, сказав:
- Я не ем говядину.
Фу Наньцзе издал звук «о» и сказал:
- Ну ладно.
После того, как он доел шашлычки, он купил порцию мясных шариков.
Наколол один, покачал им перед Ань Линмо, и тот был съеден.
Наколол один, покачал перед Сюй Иньху, и тот был съеден.
Наколол еще один для Лю Дунди, но получил вежливый отказ с улыбкой:
- Не нужно, спасибо.
Рука Фу Наньцзе не сдвинулась, а наоборот, приблизилась еще немного:
- Свинина.
Лю Дунди отвернул лицо, выражение его лица было терпеливым, и он через силу произнес:
- Я не часто ем еду на улице.
Фу Наньцзе кивнул, засунул последний мясной шарик себе в рот и, проходя мимо мусорного бака, мимоходом выбросил шпажку. Он спросил невзначай:
- Я помню, ты преподаешь генетику?
Лю Дунди улыбнулся:
- Да.
- Это относится к гуманитарным наукам? О чем там вообще рассказывают? - Фу Наньцзе, которого Цзян Цяньло утащил купить местную традиционную маленькую круглую шапочку, вернулся и снова спросил.
- Нет, это естественные науки. Говоря простым языком, это теоретическое изучение геномов живых организмов, - терпеливо объяснил Лю Дунди.
Фу Наньцзе только хотел продолжить расспросы, как его снова перебил детеныш:
- Отец-самец! Быстрее иди сюда, быстрее иди сюда!
Впереди был один необычайно популярный прилавок, вокруг него стояло много жуков, они перешептывались, казалось, все чего-то ждали.
Любопытный Цзян Цяньло стоял в самом конце, встал на цыпочки, но почувствовал, что как будто не поднялся выше, почему-то его линия обзора ничуть не изменилась.
Он раскачивался из стороны в сторону, пытаясь сквозь ряды ног разглядеть хоть какую-то картинку происходящего, тревожась, как муравей на горячей сковороде.
Как раз в тот момент, когда детеныш попытался использовать свое маленькое тело, чтобы протиснуться в щели между чужыми ногами, он почувствовал, как его схватили за задний воротник одежды, а затем весь жучок резко взмыл вверх и устойчиво сел на какое-то место.
Детеныш, в секунду ставший двухметровым, поверх толпы взрослых жуков увидел сцену в самом центре оцепления.
- Сиди спокойно, - напомнил Фу Наньцзе, придерживая сидящего у него на шее Цзян Цяньло.
Однако ребенок совершенно не расслышал, он взволнованно хлопал отца-самца по голове:
- Вау! А это еще что такое!
- Это обезьяна.
Фу Наньцзе и сам по себе был высоким, поэтому он без труда видел происходящее внутри.
На сиденье у поперечного стола сидела обезьяна, которая, очистив банан от кожуры, жевала его.
Пока она ела, ее глаза продолжали быстро бегать из стороны в сторону.
Обезьяна окинула взглядом толпу жуков слева направо и вдруг остановила его на чрезвычайно приметном Цзян Цяньло.
Детеныш, обнаружив, что на него смотрят, взволнованно замахал рукой.
В этот момент обезьяна открыла рот, и раздался странный голос:
- Эй, привет.
Толпа жуков в тот же миг
закипела:
- Заговорила, заговорила!
- Я так долго ждал, и она наконец-то заговорила!
- Боже, мне нужно скорее позвонить моему отцу-самке!
В отличие от взволнованных взрослых жуков, детеныш, на которого пристально смотрели, крепко обнял голову отца-самца, дрожа от страха.
Фу Наньцзе чуть не был задушен до смерти.
Он стянул две ручонки, которые закрывали его глаза и зажимали нос, и глубоко вздохнул:
- Хух...Что случилось?
Голова детеныша уже повернулась на максимальный угол, изо всех сил стараясь избежать взгляда обезьяны:
- Она, она, она, она умеет разговаривать!
Он медленно повернул голову, чтобы бросить взгляд, и снова быстро отвернулся, широко раскрыв глаза:
- Она все еще смотрит на меня!
Ребенок в ужасе произнес:
- Отец-самец! Обезьяна, оказывается, умеет разговаривать!
Будучи тем, кто когда-то был обезьяной, эволюционировавшей до способности говорить, Фу Наньцзе не знал, как выразить свое отношение.
Выражение его лица было сложным, но он все равно заботливо утешил:
- Не бойся, ты же говорящий жук.
Цзян Цяньло грыз маленький пальчик, тщательно обдумывая это.
Ло-Ло: Верно, я же говорящий жук, как меня может напугать говорящая обезьяна.
Пока детеныш глубоко задумался, обезьяна вдруг схватила лежащий рядом банан и бросила его сюда, и его уверенно поймал Фу Наньцзе.
Одна настоящая обезьяна и одна фальшивая обезьяна смотрели друг на друга несколько секунд.
Фу Наньцзе очистил банан, откусил кусок и поднял его в знак приветствия:
- Спасибо.
Обезьяна тоже откусила кусок и подняла банан в воздухе.
...
Фу Наньцзе, неся на себе все еще сбитого с толку детеныша, продолжил идти вперед и только через 10 минут встретил основную группу в кинотеатре под открытым небом.
Трое детенышей сидели на местах в самом первом ряду, а родители сидели рядом и листали свои оптические компьютеры.
В проекции снова была знакомая сцена убегающей толпы жуков.
Когда в ушах раздалось знакомое «дын-дын-дын-дын», в сердце Фу Наньцзе тоже екнуло, и он условным рефлексом чуть было не начал хлопать.
Но как только его две руки оторвались от детеныша, он отреагировал и немедленно вернул их обратно.
Фу Наньцзе: Поэтому конвейерная работа не годится, совсем как одержимость.
Цзян Цяньло звуками «дын» тоже был возвращен к реальности, он заболтал короткими ножками, просясь спуститься:
- А-а-а! Огг пришел!
Фу Наньцзе схватил детеныша и опустил его, и как только две ноги коснулись земли, ребенок вылетел вперед, словно стрела, выпущенная из лука.
Он неторопливо пошел вперед и сел рядом с Ань Линмо. В этот момент световой компьютер внезапно зазвонил, незнакомый ID запросил видеозвонок.
Кто мог связаться с первоначальным владельцем?
Фу Наньцзе убедился, что сейчас включен режим конфиденциальности, и только после этого нажал на кнопку ответа, лицо, с которым он попрощался только этим утром, немедленно появилось перед его глазами.
В отличие от маршала в военной форме, которого он видел раньше, Цзян Цинмань в этот момент был одет в мягкую серую атласную пижаму, пуговицы которой были строго застегнуты до самого верха, как раз приоткрывая красивые ключицы.
Должно быть, он только что принял душ и лег в кровать, на его чистых белых щеках все еще играл розовый румянец, он утратил свою холодную и жесткую ауру, но выражение его лица по-прежнему оставалось равнодушным.
Цзян Цинмань спокойно сказал:
- Это мой другой ID, в будущем давай использовать его для связи.
То, что ты говорил об экспериментах по повышению духовной силы, я приступлю к расследованию этого вопроса, если Лю Чан действительно участвовал в экспериментах над телами жуков, Империя обязательно докопается до сути.
Сказав это, он снова сделал паузу:
- Муж-самец вовремя остановился на краю пропасти, не принимал в этом участия и, кроме того, активно предоставляет доказательства, так что с тобой ничего не случится.
Однако по какой-то причине Фу Наньцзе немного остолбенел:
- А, о.
Только через несколько секунд он пришел в себя, его голос звучал ровно:
- На самом деле, у меня есть еще несколько мыслей, но сейчас неудобно говорить, я расскажу тебе вечером, когда вернусь.
Цзян Цинмань кивнул:
- Угу.
Разговор на этом прервался.
Два жука смотрели друг на друга, какое-то время им нечего было сказать, атмосфера была немного неловкой.
Фу Наньцзе в молчании смотрел в эти аквамариновые глаза, однако не прошло и нескольких секунд, как он немедленно отвел взгляд, когда его взгляд скользнул по ключицам, он снова был ослеплен их белизной, и только когда его взгляд упал на подушку за его спиной, ему стало комфортно.
Он сказал, глядя на подушку:
- Не хочешь немного поболтать с Ло-Ло?
Цзян Цинмань не ответил сразу, сначала он подался вперед, чтобы поправить подушку, затем обеими руками откинул длинные волосы и откинулся назад, после чего произнес:
- Хорошо.
Он снова посмотрел на экран, но увидел лишь профиль Ань Линмо.
В сердце Цзян Цинманя зародилось сомнение.
Затем картинка резко изменилась, линия обзора стала выше, потом ниже, и лицо Цзян Цяньло заняло весь экран.
Раздался сладкий голос детеныша:
- Отец-самка! Ты меня видишь?!
Лицо Цзян Цинманя бессознательно смягчилось:
- Угу.
В комнате прямой трансляции интернет-жуки, которые уже давно задавались вопросом, с кем Фу Наньцзе разговаривает по видеосвязи, взорвались.
[Отец-самка???????]
[Кто это в конце концов! Я сейчас же, немедленно, обязательно должен увидеть экран оптического компьютера!!!]
[Я в шоке, оказывается, Ло-Ло знает, кто его отец-самка, и они все еще поддерживают связь! Разве он не усыновленный?]
[Я сейчас в обморок упаду, в голове такая каша, может ли какой-нибудь жук помочь распутать ход мыслей.]
[Во-первых, Фу Наньцзе и Цзян Цяньло - это отец-самец и сын. Во-вторых, Фу Наньцзе сказал, что на вопросы о происхождении Ло-Ло отвечать неудобно, и даже если отец-самка есть, нужно считать, что его нет, а также он состоит в браке с маршалом. Подводя итог вышесказанному: я совершенно ничего не смог проанализировать, а-а-а-а!]
[Спасите, я вдруг обнаружил, что хотя вчера Фу Наньцзе и прояснил несколько слухов, он совершенно не объяснил этот вопрос с женитьбой на маршале, так это в итоге попытка примазаться ради хайпа или нет?]
[Ничего не понимаю, хочется ворваться на планету Шакади, похитить Фу Наньцзе и заставить его рассказать правду!]
За пределами комнаты прямой трансляции Цзян Цяньло и Цзян Цинмань очень радостно беседовали, хотя говорил только один из них, а другой слушал, но, очевидно, оба получали от этого удовольствие.
Цзян Цяньло поменял угол обзора оптического компьютера, развернулся по кругу и направил его на проекцию:
- Мы сейчас смотрим «Космический альянс».
Цзян Цинмань тихонько поддакнул, наклоняясь, чтобы взять стакан с водой с прикроватной тумбочки.
Кинотеатр под открытым небом был установлен на берегу озера Полумесяца в этом оазисе, как раз окруженный изогнутым озером.
Фу Наньцзе сидел рядом с ребенком, то поднимая голову к небу, то опуская голову к земле.
Из-за внезапного движения детеныша он, застигнутый врасплох, снова оказался лицом к лицу с Цзян Цинманем.
Фу Наньцзе с одного взгляда заметил изящные линии шеи и слегка выступающий кадык, когда самка повернула голову.
Он быстро отвел взгляд и посмотрел на поверхность озера, уставившись на отражение луны в воде.
Озеро Полумесяца на земле было изогнутым, и полумесяц в воде тоже был изогнутым.
Изгиб полумесяца в глазах Фу Наньцзе постепенно слился с кадыком в его мыслях.
Он с силой хлопнул себя ладонью по лбу.
Детеныш испугался внезапного звука:
- Что случилось, отец-самец?
Почувствовав два обжигающих взгляда, один большой и один маленький, Фу Наньцзе тут же сел прямо.
Он посмотрел на проекцию впереди и начал громко хлопать в ладоши:
- Вау! Огг появился!