Часть 10
Джисон сыто зажмурился, отодвигая пустую тарелку. Вкусная корейская еда сотворила чудо: настроение улучшилось, а утренний позор с томатным соком и тирания Минхо на секунду показались не такими уж страшными. Хан довольно поднялся из-за стола, собираясь наконец спокойно дойти до следующего кабинета, как вдруг двери столовой с грохотом распахнулись.
В зал влетела одна из их одноклассниц, запыхавшаяся и с дикими от восторга глазами.
— Народ, бросайте всё и бегом на третий этаж к директрисе! — завопила она на всю столовую. — Там новые учителя пришли! Все разом! Вы обязаны на это посмотреть!
Столовая мгновенно загудела. Толпа учеников, подгоняемая любопытством, сорвалась с мест и ломанулась к лестнице. Феликс и Хёнджин переглянулись, у них загорелись глаза.
— Хан, Чонин, шевелитесь, мы пропустим всё самое интересное! — крикнул Хёнджин, хватая Джисона за рукав и увлекая за собой в общий поток.
Через минуту у кабинета директора образовалась приличная давка. Девочки и парни теснились в коридоре, вытягивая шеи. Массивная дубовая дверь кабинета была дизайнерской — с большими вставками из матового, но полупрозрачного стекла, украшенного изящными узорами. Через эти узоры внутренность кабинета просматривалась как на ладони.
Толпа завороженно прильнула к стеклу. Хёнджин и Феликс вовсю комментировали увиденное, Чонин пытался разглядеть физрука, а Джисона просто зажали в самый центр этой живой стены, прямо напротив дверной ручки.
Внутри кабинета как раз стояли новые учителя. Джисон присмотрелся и обомлел. Рядом с Минхо стоял невероятно широкий в плечах парень, похожий на скалу, — видимо, тот самый физрук-спортсмен. Чуть дальше — парень в очках с очень умным лицом и еще один, со светлыми кудрями, который мягко улыбался директрисе. А сама японка-директриса вместе со своим вечно ноющим племянником в белом костюме что-то им объясняла.
— Смотрите, смотрите, физрук реально качок! — зашептал Чонин, налегая сзади на Джисона.
— А корейский ведет какой симпатичный… — вздохнул кто-то из девчонок, надавив на толпу сбоку.
Натиск сзади усилился. Ученики, пытаясь разглядеть детали, начали буквально ложиться на дверь. Джисон почувствовал, что его со всей силы вжимают лицом в узорчатое стекло.
— Эй, полегче, раздавите же! — пискнул Хан, пытаясь упереться руками, но было поздно.
Хлипкий защелкивающийся замок старой деревянной двери просто не был рассчитан на массу тридцати любопытных старшеклассников. Раздался оглушительный, сухой треск. Дверь резко распахнулась внутрь кабинета.
Толпа, потеряв опору, с визгом и воплями повалилась вперед. Джисон летел первым. В следующую секунду передовая группа шпионов в составе Джисона, Феликса, Хёнджина и Чонина живописной кучей-малой рухнула прямо на ковер в кабинете директрисы, а сверху их завалило чужими рюкзаками.
В кабинете воцарилась гробовая, звенящая тишина.
Джисон, оказавшийся на самом верху этой человеческой кучи, медленно поднял голову. Прямо перед его носом стояли дорогие кожаные туфли Ли Минхо. Хан поднял взгляд выше и наткнулся на ледяные глаза директрисы, оскорбленное лицо историка в белом костюме и широкие ухмылки троих новых учителей. Минхо же смотрел на него сверху вниз, выгнув бровь, и в его глазах читалось неприкрытое, злорадное веселье.
Джисон почувствовал, как краска заливает лицо от корней волос до самой шеи. Он покраснел так густо и ярко, что теперь его щеки идеально гармонировали с утренним томатным соком на рубашке Минхо. Ему захотелось прямо сейчас провалиться сквозь этот ковер на первый этаж, а лучше — сразу в другую галактику.