Глава 11. Суд и правда
Суд состоялся через полтора месяца. Аврора готовилась к нему как к главному выступлению в своей жизни. Она репетировала речь перед зеркалом так же, как когда-то репетировала танцевальные связки. Адель была рядом — молчаливо, поддерживающе. Она не вмешивалась в юридические вопросы, но каждый вечер готовила ужин для Авроры и Марты, следила, чтобы они обе нормально ели и спали.
В день суда Аврора надела строгий костюм (Александра привезла его накануне — «для уверенности, он счастливый») и собрала волосы в аккуратный пучок. Марту оставили у Александры.
Зал суда был меньше, чем представляла Аврора. Никакой драмы, никаких сцен из фильмов — обычная комната с гербом на стене и рядами стульев. Олег пришел с адвокатом — молодым парнем в дешевом костюме, который явно был неопытным. Аврора пришла с Региной Аркадьевной, которая излучала спокойную и уверенную силу.
Судья — женщина средних лет с усталым лицом — выслушала обе стороны.
Олег говорил долго и путано: о «традиционных ценностях», о том, что «ребенку нужен отец», о том, что Аврора «подает дурной пример». Его адвокат пытался давить на моральную сторону вопроса, но быстро сдулся под напором фактов, которые представила Регина Аркадьевна.
— Мой клиент, — говорила Регина Аркадьевна ровным, спокойным голосом, — не платил алименты в полном объеме последние пять лет. Он видел ребенка в общей сложности семь раз за этот период. У него нет постоянного места работы и стабильного дохода. В то время как Аврора Павловна — ответственная мать, обеспечивающая дочери все необходимые условия: образование, медицинское обслуживание, развивающие занятия.
— А как насчет её... нетрадиционных отношений? — встрял Олег.
— Семейный кодекс РФ не содержит понятия «традиционные отношения», — отрезала Регина Аркадьевна. — В деле нет ни одного доказательства, что отношения моей клиентки с Адель наносят вред ребенку. Напротив: у нас есть заключение психолога из садика, которое характеризует Марту как здорового, счастливого и хорошо социализированного ребенка.
Аврора смотрела на Олега и не чувствовала ни злости, ни страха — только пустоту. Когда-то она любила этого человека. А теперь он сидел напротив и пытался сломать её жизнь из-за обиды и злобы.
Судья удалилась на совещание. Эти двадцать минут показались Авроре вечностью.
— Решение суда, — огласила судья, вернувшись. — В удовлетворении иска о лишении родительских прав Авроры Павловны отказать. Установить для Олега Викторовича график встреч с дочерью: два раза в месяц, в присутствии матери или социального работника. Обязать Олега Викторовича выплатить задолженность по алиментам в течение шести месяцев.
Аврора выдохнула. Она не осознавала, что все это время не дышала.
На улице, у здания суда, её ждали Адель, Александра и Марта. Увидев лицо Авроры — усталое, но спокойное, — Адель все поняла без слов. Она подошла и молча обняла её.
— Все кончено, — прошептала Аврора. — Мы победили.
— А я и не сомневалась, — ответила Адель.
Марта, не совсем понимающая, что происходит, но чувствующая настроение взрослых, подбежала и обняла мамины ноги.
— Мама, мы теперь пойдем есть мороженое? Тетя Саша обещала.
— Пойдем, — Аврора подхватила дочь на руки. — Обязательно пойдем. Все вместе.