Между правдой и карьерой
Они встретились снова через два дня.
Мия позвонила сама. Она не могла объяснить, зачем. Может быть, потому что ей нужна была информация, которую только Педри мог дать. Может быть, потому что, несмотря на всё, она не могла поверить, что он был частью заговора. Может быть, потому что она была одна, а он был единственным, кто понимал, через что она проходит.
Они встретились в парке. Нейтральная территория. Не кафе, где они пили кофе и говорили о книгах. Не дом, где они целовались и смотрели на огни Барселоны. Парк, где они могли говорить, не чувствуя себя загнанными в угол.
Педри пришёл первым. Сидел на скамейке, смотрел на детей, играющих в футбол на площадке, и на его лице было выражение, которое Мия не могла прочитать. Тоска? Ностальгия? Сожаление?
Она села рядом. Между ними оставалось расстояние — не физическое, другое. То, которое не измерить в сантиметрах.
— Я думала о том, что ты сказал, — начала Мия. — Ты хочешь помочь мне найти правду. Но если мы пойдём в полицию, твой отец узнает. И он...
— Он убьёт нас, — закончил Педри. — Не обязательно нас. Но он уничтожит любые доказательства. У него везде связи. В полиции, в федерации, в клубах. Он строил эту сеть двадцать лет.
— Тогда что мы можем сделать?
Педри посмотрел на неё долгим взглядом.
— Мы можем собрать доказательства сами, — сказал он. — Достаточно, чтобы суд не смог их игнорировать. Банковские выписки, показания свидетелей, документы. Мой отец не дурак, но он не идеален. Он оставлял следы. Я знаю, где их искать.
— Ты предлагаешь работать вместе? — спросила Мия. — После всего?
— Я предлагаю тебе помочь, — сказал Педри. — Не ради меня. Ради твоей семьи.
Мия молчала. Ветер шевелил листья на деревьях, где-то вдалеке играли дети, на площадке мальчик забил гол и закричал от радости. Нормальный мир, который существовал параллельно с её болью.
— Как я могу тебе верить? — спросила она. — Ты врал мне с первого дня.
Педри кивнул, принимая удар.
— Ты не должна мне верить, — сказал он. — Ты должна верить доказательствам. Я дам тебе доступ ко всему, что знаю. Ты будешь проверять сама. Если я предам тебя, ты это увидишь.
— А если ты просто будешь сливать информацию отцу?
— Тогда ты найдёшь способ это доказать, — сказал Педри. — Ты журналистка. Это твоя работа.
Мия посмотрела на него. В его глазах не было игры. Была усталость, боль и что-то, что она не хотела называть.
— Хорошо, — сказала она. — Мы будем работать вместе. Но я тебе не доверяю.
— Я знаю, — сказал Педри. — Я заслужил это.
Они пожали руки. Рукопожатие было коротким, сухим, деловым. Никакого тепла. Никакой близости.
Но когда их пальцы соприкоснулись, Мия почувствовала, как что-то дрогнуло внутри неё. Что-то, что она пыталась убить в себе последние дни.
Она отдернула руку первой.