Hell in My Hands / Ад в моих руках

Кирилл

Спустя день после того, как она сказала «уходи», я написал Кате:

«Как мы и договаривались, я расстался с ней».

Ответ пришёл через минуту.

«Отлично».

Одно слово. Сухое. Деловое.

Никакой радости. Никакого злорадства. Просто констатация факта.

Катя получила то, что хотела. Я получил… что? Пустоту. Холод. Ад, который сам себе построил.

Я думаю о ней каждый день.

Это не проходит. Не становится легче. Наоборот — с каждым утром боль только сильнее.

Я слежу за ней в школе. Издалека. Не подхожу. Не заговариваю. Просто смотрю.

Как она идёт по коридору — новая, с этими белыми волосами, в чёрном. Как будто траур по нашей любви носит. Или по мне. Какая разница.

Как смеётся с Алексой — но смех какой-то чужой, не её. Как будто внутри неё кто-то умер. Или что-то.

Как проходит мимо меня, не поднимая глаз.

Один раз наши взгляды встретились. На секунду. Её голубые глаза — раньше они были тёплыми, как летнее небо. А теперь — лёд. Холодный, колючий.

Она отвернулась первой.

А я не мог пошевелиться ещё минут пять.

С парнями договорился, чтобы они присматривали за ней. Чтобы её никто не обижал. И чтобы стали её опорой в трудную минуту, так как меня не будет.

Дима понял. Он вообще многое понимает без слов.

— Когда вернёшься, надо будет её завоевать заново, так, как ты умеешь.

Я только улыбнулся.

Я так скучал.

Недели мчались с безумной скоростью. Если бы я мог всё вернуть назад… У меня бы получилось. Я засыпаю и просыпаюсь с мыслью о ней. На экран телефона поставил её фотографию около озера. В соцсетях мы остались друг на друга подписаны. Она выставляла сторисы — как гуляет с Алексой, в баре. Даже выложила пост с фотосессии. Я сразу всё сохранил себе на телефон.

Дима докладывал мне всё, что мог узнать от Алексы. Самое главное — её сердце разбито, но она меня ещё любит.

Может, получится всё вернуть. Но я не уверен.

Анисия

Моя боль не утихала. И мне казалось, что уже не утихнет никогда.

Факультатив по химии закончился поздно. Выйдя в коридор, я увидела, что темно и никого нет. Кроме него.

Он стоял у окна и смотрел на меня.

Я сделала глубокий вдох и пошла с гордо поднятой головой. Я не хотела с ним говорить. Хотя через боль хотелось спросить: «Как ты?». Голова остывала, а сердце ныло.

Проходя мимо, он молча взял меня за руку. Я подняла на него взгляд. Его глаза были уставшие. Я слышала, что он сдал экзамены превосходно. Значит, осталось немного времени, и мы больше никогда не увидимся.

— Аня… — тихо сказал он.

— Отпусти меня. Мы не должны.

— Я улетаю уже через неделю.

— …

— Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть и слышать.

В этот момент я была как под гипнозом. Он притянул меня к себе.

— Отпусти меня, — тихо сказала я, не сводя взгляда.

— Прошу, приди попрощаться. Я люблю тебя, — он смотрел на меня, не отрываясь.

— Зачем ты мне это говоришь? Мне легче не станет от твоих слов. Ты знаешь, что я чувствую. И что не хочу чувствовать. Ты сам меня притянул в этот ад.

— … Я не буду настаивать. Но знай — я буду ждать тебя, — сказал он и отпустил меня.

Я молча смотрела на него. Сердце орало: «Поцелуй! Скажи, что всё неправда! Что ты просто играешь дальше!» А голова была холодной, будто это всё не со мной. Какой-то фильм.

Я развернулась и пошла на выход.

Кирилл

Я переживал каждый день перед отъездом. Я так хотел, чтобы она пришла. Если она придёт — я поцелую её. Да, поцелую. Мы будем вместе. Я буду с ней.

— Кирилл, пора выезжать в аэропорт, — сказала Яна.

— Ок.

— Кир, я думаю, с ней всё будет хорошо. Ты делаешь это для семьи, и это самое главное.

— Но нечестно, что тебя не трогают.

— …

Сев в машину, я внимательно смотрел на телефон. Я ждал её сообщения. Всю неделю я не появлялся в школе. Собирал вещи, проверял, что надо, а что нет.

Приехав в аэропорт, я встретил всех ребят: Влада, Диму, Алексу. Даже Вова летел с нами одним рейсом.

Но её не было.

Мы прощались, договаривались о встречах, что спишемся. Объявили нашу посадку.

Я зашёл в самолёт, так и не увидев её.

Анисия

Дурацкие пробки. Я должна с ним попрощаться. Я себя не прощу. Господи, что я делаю?

— Можете побыстрее ехать?

— Не могу, всё красное.

Я села обратно и смотрела на телефон. Алекса прислала фото и номер его рейса. Она знала, что я приеду, но как подруга пообещала, что не скажет ему. Я сомневалась — приду или нет.

Когда мы подъезжали, я выбежала из машины. Ребята стояли. Они посмотрели на меня, и я всё поняла.

Он улетел.

Мы так и не попрощались.

Я побежала в зону ожидания, откуда было видно самолёты. Ребята за мной. Влад показал, какой самолёт. Он уже взлетал.

Слёзы потекли по моим щекам. Я поняла, что мы так и не попрощались. Я люблю его. Но никогда не смогу простить.

Меня обняла Алекса. Я не знаю, сколько мы простояли, но потом поехали домой.

Между нами так и осталось недосказанное.

— Я подвезу тебя, хочешь? — спросил Влад.

— Да, пожалуй, — сказала я, назвав адрес.

Он выглядел странно. Вышел вместе со мной.

— А ты куда идёшь? — спросила я.

— Не поверишь — домой, — сказал он, почесывая затылок.

— В смысле?

— Ну, меня предки отправили на перевоспитание. Вот и живу на одиннадцатом этаже.

— И я живу на одиннадцатом.

— Серьёзно? Я в сорок пятой квартире. А ты?

— В пятидесятой.

— Ну, будем соседями, — улыбнувшись, сказал я.

Кирилл

Прилетев, я включил телефон. Там было сообщение от Влада:

«Она пришла».

Но в этот момент я уже взлетал.

Она пришла. Но что я ей скажу в смс? Надо будет приехать и сразу к ней. Значит, у меня есть шанс.

В этот момент я ещё не знал, что приеду только через шесть лет.