Волк в шкуре зайца (BTS Бтс Джигуки)

Джин медленно посмотрел на Чонгука. Тот своим видом напугал старшего. Затем Сокджин перевернулся на бок, отвернувшись от Чонгука, и попытался заснуть, чтобы забыть это как страшный сон. Сейчас солнце не светило — лишь тучи покрыли всё голубое небо, которое раньше блестело ярче солнца.

Но Чонгук лишь медленно улыбнулся и сказал:

— А я старался. Вот же… влюблённый идиот. Я же ради тебя это делаю! — он знал, что Сокджин его не слышит. Но Чонгуку важно было выговориться.

Потом тяжело вздохнул и стал готовить обед. Потому что Сокджин мог проснуться не раньше часа дня, это уж точно. Чонгук всячески старался угодить своему другу, потому что всегда хотел быть идеалом. Его с детства учили притаптывать проблемы на месте. Он даже против своих пошёл, встав на сторону Французов, которые просто выбились в лидеры среди производителей смартфонов. Это такая ерунда, как считал Чонгук. Но он бы не отказался прибить тех, кто угрожает его друзьям. Тем более корейская братская кровь текла в их команде: в Чимине, Тэхёне, Намджуне, Хосоке, Юнги и Ким Сокджине. Вот его настоящие друзья, вот его семья. Сколько бы времени ни прошло, он никогда не забудет их улыбки на том пляже возле моря, далеко от пуль, где слегка прохладно и свежо, и можно пить любимый вишнёвый сок со льдом.

Чонгук хотел бы туда вернуться, но сам понимал, что на войне стал совсем не тем, кем был. Он всю жизнь был весёлым и беззаботным мальчишкой, но этот град пуль изменил всё. И вот пока он думал над этим, гречка пригорела:

— О да, я совсем забыл о ней. Надеюсь, Ким Сокджин оценит.

Затем Чонгук положил кастрюлю на стол, а сам решил переодеться в голубую рубашку и брюки. Просто хотел выглядеть культурно и чисто, без кровавых следов. Потом взял из рюкзака канат и пошёл к противникам. Что именно он задумал натворить — неизвестно. Может, прибить кого-то? А может, и вообще повесить прямо на нём.

И вот уже вечером Сокджин просыпается. Первое, что он осознаёт — он заспал утро и проспал до ночи. Это ужасно, ведь он нарушает график сна. Он почуял, что пахнет чем-то вкусным. М-м-м, его любимая гречневая каша. Он сразу наложил себе в пиалу каши и принялся есть. Странно, что он не обратил внимания на то, что Чонгук отсутствовал.

Тем временем тот уже возвращался в их подземный бункер без каната. И вот Чонгук пришёл. Он тщательно вымыл руки с мылом и присел напротив Сокджина на лавку, тоже накладывая себе поесть. В последнее время Чонгук сильно похудел. Явно он мало ел. Джин заметил это. Даже порция у Чонгука была раза в четыре меньше, чем раньше. Но он и прежде много не накладывал. Сокджин резко встревожился и сказал:

— Да что с тобой? Ты так мало ешь. Во время войны нужно экономить, но не так же! Еды навалом, так что сиди и жри сколько влезет!

Чонгук продолжил есть и посмотрел в сторону Джина, молча пережёвывая каждую крупинку. Быстро всё доел и проговорил своим певучим и нежным голосом:

— Я не нуждаюсь в еде. Я не машина, чтобы пихать в себя полный бак. Мне хватит и этого.

Сокджин продолжил жевать, затем задумался о чём-то, молча глядя пустым взглядом в плечо Чонгука. После спросил немного обеспокоенно:

— Ты где был? — из его уст это звучало довольно пугающе.

Чонгук достал бутылку кефира из своего рюкзака и начал попивать, у него даже появились белые «усики», как у котика. Но после пяти глотков он отложил бутылку и сказал:

— Правда тебя шокирует. Лучше ешь, пока лезет в твоё брюхо. Ты болен, тебе нужно больше питаться. Я просто нападал на противников. Подробности, правда, пугающие.

Сокджин подавился гречкой. Он не понимал, почему тогда Чонгук пришёл во всём чистом, даже пота нет. Либо он лжёт, либо настолько силён, что одолел солдат без единой капли крови. Удивительно, сказал бы Сокджин, если бы был ребёнком.

Чонгук дополнил свою фразу:

— Я дрался одним канатом. Это так просто и весело. Прям адреналин, это захватывает. Но одного адреналина мало, нужно победить их, чтобы получить полный сет, — Чонгук говорил, как геймер-задрот.

Сокджин понимающе кивнул: они на войне, здесь насилие допустимо. Но то, что Чонгук буквально вышел сухим из воды, пугало. У него кроме каната ничего не было? Вопрос. Где канат?

Джин, уже доедая кашу, спросил:

— А где канат?

Чонгук глотнул ещё кефира и ответил:

— Я повесил их на нём. Канат был длинным, туда поместилось около двадцати пяти человек. Они умирали в муках. Как они могли причинить тебе вред? — сказал Чонгук спокойно и невинно.

Сокджин занервничал сильнее. Психопат, помешанный на борьбе? Серийный убийца под маской волка? Ну или самый объяснимый вариант — они на войне, и он просто пошёл отомстить. М-да… Это звучит глупо по мнению Сокджина. Такое ощущение, будто Чонгук смотрел ему в душу, читая его мысли.

Потом они убрали посуду и пошли спать. Сокджин думал перед сном о том, как они выпивали в автобусе и пели песни.