одержимые

Я не отводила от него взгляд.

Даже когда пальцы медленно потянулись к краю шорт.

Я спустила их так же медленно, как всё до этого.

Без спешки.

Без сомнений.

И просто позволила им упасть на пол.

Тишина в комнате стала плотнее.

Я снова посмотрела на него.

Прямо.

Он улыбнулся.

Едва заметно.

И сделал шаг ближе.

Наклонился к моему уху.

— Пока что смелая...а дальше? — тихо сказал он.

Его голос был слишком близко.

Слишком спокойный.

Пальцы скользнули по моему плечу — медленно, будто он запоминает каждую реакцию.

И он поцеловал меня в шею.

Не резко.

Не торопясь.

Я невольно закрыла глаза.

На секунду.

И в этот момент всё внутри странно сжалось и отпустило одновременно.

— Мы ведь не одни...милая, — шепнул он.

И специально задержал это слово.

Я почувствовала, как оно ударило сильнее всего остального.

Он сделал шаг назад.

Медленно.

Разрывая близость.

И снова посмотрел на меня.

Я открыла глаза.

И неожиданно для самой себя — улыбнулась.

Не потому что было смешно.

И не потому что я выиграла.

А потому что впервые почувствовала:

он не просто наблюдает.

он тоже реагирует.

Я стояла у стены в одном белье.

Мое сердце колотилось так громко, что я боялась, его услышат за дверью.

В двух шагах от меня стоял Мун Джо.

Он не стесняясь рассматривал мое тело, и его взгляд жег кожу.

Медленно,словно во сне, я начала стягивать трусики.

Кружево скользнуло по бедрам и упало на пол.

Мун Джо шагнул вперед.

Его дыхание коснулось моих губ,а затем он провел языком по ним — нежно, дразняще.

Я улыбнулась, чувствуя, как напряжение уходит.

Одной рукой он спустил лямки лифчика, и ткань ослабла.

Одновременно его вторая рука скользнула ниже, и я прикрыла глаза от острого удовольствия.

его шепот обжег ухо:
— Пропадает смелость?

Я не ответила, закусив губу.

Внезапно он подхватил меня на руки, скинул документы со стола и уложил меня на холодную поверхность.

Я оказалась на столе.

беззащитная и желанная.

Мун Джо начал целовать мое тело: шею, ключицу, живот, спускаясь все ниже.

Я выгнулась дугой, когда его язык достиг моего места.

Он водил языком медленно, мучительно сладко, и я еле сдерживала стоны, боясь привлечь внимание из коридора.

Затем он резко выпрямился и вошел в меня.

Почти крик сорвался с губ, но его ладонь зажала мой рот в последнюю секунду.

Он двигался в быстром темпе, глубоко и сильно.

Я вцепилась ногтями в его спину, извиваясь от наслаждения.

А голос Мун Джо – низкий и хриплый – прошептал на ушко:
— Тише, тише, малышка...Услышат же.

Ритмичные толчки Мун Джо заставляли меня забыть обо всём на свете, кроме жара его тела и стальной хватки его ладони на моём рту.

Я была на грани, мир сузился до этой тёмной комнаты и его обжигающего дыхания.

Но вдруг звук.

Тук-тук-тук.

Звук костяшек пальцев о тяжёлое дерево двери прозвучал как выстрел.

Я замерла, мои ногти, до этого впивавшиеся в его лопатки, застыли.

Мун Джо не отстранился.

Его ладонь всё ещё крепко прижимала мои губы к зубам, не давая вырваться даже вздоху испуга.

— Со Мун Джо? Вы там? — раздался приглушённый голос из коридора.

Это был один из его коллег.

— Я видел свет под дверью. Нам нужно обсудить отчёты по новому пациенту.

Мун Джо медленно наклонился к самому моему уху.

Я видела в полумраке блеск его глаз — в них не было страха, только азарт.

Он не собирался останавливаться.

Он начал двигаться снова.

Медленно.

Мучительно глубоко.

Каждый его толчок заставлял стол едва слышно скрипеть, и этот звук казался мне оглушительным.

Я отчаянно замотала головой, пытаясь высвободиться, но он лишь сильнее прижал меня к столешнице, заставляя чувствовать каждое движение.

Его свободная рука скользнула к моему горлу, не сжимая, но напоминая о том, кто здесь главный.

— Уходите, — голос Мун Джо прозвучал удивительно ровно и холодно, когда он слегка отвёл ладонь от моего лица, но тут же вернул её обратно.

— Я занят. Зайдите завтра.

— Но это срочно... — за дверью послышалась возня, ручка двери дёрнулась.

К счастью, замок был заперт.

— Вы там один?

Мун Джо резко ускорился, вбиваясь в меня с новой силой, игнорируя присутствие постороннего.

Я кусала его кожу на ладони, чтобы не закричать.

Шаги за дверью наконец начали затихать, удаляясь по длинному коридору.

Мун Джо выдохнул мне в шею.

медленно отстранился и убрал ладонь от моего лица.

Я жадно глотнула воздух.

Мун Джо замер над столом, глядя на меня сверху вниз, а затем, тяжело дыша, кончил мне на живот.

Мы оба замерли, прислушиваясь к биению собственных сердец.

Тишина теперь казалась не пугающей, а уютной, разделяющей нас двоих от всего остального мира.

Мун Джо выпрямился, поправляя одежду, и на его губах заиграла та самая едва уловимая улыбка, от которой у меня всегда бежали мурашки.

— А ты чудо во всех планах, — тихо произнёс он.

Я невольно улыбнулась в ответ.

Сползла со стола, ощущая слабость в коленях.

Схватив со стопки документов какую-то салфетку, я быстренько протёрла кожу, избавляясь от спермы. 

Я быстро оделась.

Почти машинально.

Натянула одежду, поправила волосы.

А Мун Джо уже снова сидел за столом, будто ничего не произошло.

Спокойный.

Собранный.

Опять за своими бумагами.

— Вызови секретаршу, — сказал он, не поднимая взгляда. — Пусть уберёт всё с пола.

Я посмотрела на него и с лёгкой улыбкой сказала:

— Хорошо.

Но не ушла.

Просто стояла.

И смотрела на него.

Молча.

Уже без улыбки.

Он почувствовал это почти сразу.

Поднял взгляд.

Несколько секунд просто смотрел на меня.

Потом медленно встал и подошёл ближе.

И поцеловал меня в висок.

Тихо.

Спокойно.

Почти привычно.

Этот поцелуй в висок уже стал чем-то своим.

Как будто вместо слов.

И только после него внутри снова стало спокойно.

Я выдохнула и наконец послушно вышла из кабинета.

Подошла к ресепшену.

— Мун Джо сказал прибраться идти, — спокойно сказала я.

Секретарша сначала не поняла.

Потом её взгляд скользнул по мне, по двери кабинета... и лицо слегка изменилось.

— А ты... вы куда? — быстро спросила она.

Я невинно пожала плечами.

— Домой.

И она сразу заулыбалась.

Слишком быстро.

Слишком довольно.

— Да, хорошо... удачного вечера.

И почти счастливая пошла в кабинет Мун Джо.

Я медленно повернула голову ей вслед.

Смотрела несколько секунд.

А потом уголок моих губ медленно дёрнулся вверх.

Потому что она даже не понимала,

насколько сильно ошибается.